Предел прочности
Мы выходили из офиса последними. На первом этаже остались лишь дежурные, которые тихо спали под бормотание радио, пододвинув рабочие телефоны ближе к ушам, и охранники, смотрящие телевизор. Ночью и днем здание ярко контрастирует. Даже атмосфера меняется. В воздухе не витает напряжение и спешка, нет постоянного фонового шума. Так спокойно и тихо, что работать совершенно не хочется.
В машине Пакс рассказал историю о том, что его собака обожает облизывать бутылки из-под пива и делать это предпочитает именно на улице. Честно сказать, моя голова настолько кипела, что его слова отзывались фоном где-то в затылке и половина просто не доходила до ушей. Я хихикала там, где смеялся он. Его сжатая до белых костяшек рука на руле никак не вязалась с развязной интонацией и расслабленной позой. Я жевала эту мысль, как жвачку – бездумно, на автомате. Слегка качнула головой, отгоняя психологический анализ, и попыталась уловить суть рассказа Пакса.
На самом деле агент – не звание, а клеймо. При любых обстоятельствах я неосознанно анализирую обстановку – где можно спрятаться, откуда ждать нападение. Людей – их позы, манеру говорить, даже взгляд. Это здорово мешает в обычной жизни, особенно когда знакомишься с новыми лицами. Очень много свиданий прервались именно из-за того, что я ловила человека на мелкой лжи или приукрашивании, или на том, что он преследует цели с двойным дном. Даже алкоголь не всегда отключает во мне аналитическую сторону. Зачастую мне приходится расслабляться через силу, как бы абсурдно это ни звучало.
Поездка казалась бесконечно долгой – в частности из-за того, что Пакс не мог замолчать. Ему как будто причиняла боль секундная тишина, поэтому за первой историей следовала вторая, потом третья, и все это смешивалось в кашу. Наконец под колесами захрустел гравий, и в свете фар показались белые ворота. Я подавила зевок и отстегнула ремень безопасности.
– Спасибо, что подвез. – Я выдавила из себя улыбку, но она получилась вымученной. – Увидимся через… три часа.
– Э, нет, у меня завтра выходной. Я не встану со своей кровати даже под дулом пистолета. Беги отсыпаться, Джул. Отдых тебе явно необходим.
Мы дали друг другу «пять», и я быстрым шагом направилась к дому. Пакс отъехал только после того, как за моей спиной хлопнула входная дверь и в прихожей зажегся свет.
***
Пронзительный вой бесчисленных будильников в 6:50, 6:51, 6:53… 7:00 утра. Резкий подъем. Большая кружка горького кофе без добавок. Душ, в котором я чередовала обжигающе горячую воду с ледяной – контраст должен помочь проснуться окончательно. Единственная поглаженная вещь – белая блузка. Отлично – подходит. Светло-синие джинсы и черные ботинки на каблуке. Заднее сиденье такси – сажусь с правой стороны. Все как обычно, я могу проделывать эти действия с закрытыми глазами.
Я приоткрыла окно, позволяя ветру трепать мои шоколадные волосы, которые и так были в полном беспорядке после быстрой сушки феном. Я жмурилась, смотря на солнце, и легкая улыбка все же коснулась моих искусанных губ. Яркое, теплое свечение и голубое небо всегда поднимали мое настроение и дарили ощущение свободы.
Такая погода ассоциировалась со школьными временами. Особенно с последними учебными днями, когда ты выбегаешь из здания и чувствуешь свободу. Больше не надо носить дурацкую серую юбку и белые гольфы, которые давят на икры своей тугой резинкой. Черные балетки, поцарапанные и истоптанные, заменяются на невесомые шлепанцы, а жилетка без рукавов – на майку с ярким рисунком и пайетками. Можно ездить на велосипеде, играть в мяч с папой и смотреть мультики сколько угодно. Никаких уроков, душных кабинетов и контрольных. А еще можно плавать и вставать, когда сон надоедает. Если бы у меня была машина времени, я бы вернулась в то время, хотя бы на несколько минут. Тогда не было проблем, и все казалось таким добрым и светлым.
Я протянула водителю банковскую карту, пытаясь пальцами расчесать свои волосы, и наконец вылезла из машины с приятным чувством ностальгии. Воспоминания отвлекли меня от слабости из-за чертовски короткого сна, и в офис я заходила со спокойствием и решительностью.
Я сразу же направилась в столовую, где взяла банановый латте – несменный напиток, который я могу пустить по венам вместо крови. Я долго выбирала сэндвич и в итоге взяла тот, что выглядел более полезным – с куриной грудкой и огурцом. Сделаю вид, что там нет литра майонеза и тонны соли.
Я пошла дальше по коридору, в комнату дежурных, чтобы найти Саманту и немного посплетничать, и сразу же увидела его – причину, по которой мои глаза закатились с такой силой, что я еле вернула их на место.
Мистер Браун стоял около входа и над чем-то смеялся с коллегой. Черный джемпер с белой рубашкой подчеркивали его мощные мышцы на руках и отлично сочетались с темными волосами, которые еще не тронула седина. Он был достаточно высоким и крепким мужчиной с вечно хмурым выражением лица. Я пила кофе через трубочку и неотрывно смотрела на его профиль. Он точно чувствовал это, но намеренно игнорировал. Говнюк.
Я долго стояла в коридоре и ждала Брауна. Собеседники все никак не могли отпустить друг друга, находя новые темы для разговора. Только спустя минут пять Кристиан двинулся в мою сторону, снова игнорируя мое существование. Я подстроилась под его быстрые широкие шаги.
– Доброе утро, мистер Браун. Опаздываете, – сказала я с ухмылкой, смотря на свои электронные часы на запястье.
– Не поверите, Мисс Кларк, узнал о нашем с вами сотрудничестве и всеми силами оттягивал выход из дома.
– Жаль, что не купили билет в другой конец планеты в ту же минуту после этой новости.
– Сбежать и оставить всех бандитов Калифорнии на вас? Я пожалел мой родной и любимый штат, который вашими стараниями точно рухнет.
Мудак. Мы молча зашли в лифт и поехали на второй этаж, чтобы засесть в моем кабинете и начать работать.
***
Я рассказала ему о своих предположениях. По сдвинутым густым бровям поняла, что он в замешательстве и запутался точно также, как и я.
– Короче, – выдохнула я, распечатывая на компьютере карту Калифорнии, – давай начнем с истоков. Мексиканская мафия руководит всем преступным миром нашего штата. – Я обвела пальцем пиксельные границы.
– Вот тут ты ошибаешься, – сказал он, беря в руки карандаш. – Юг Калифорнии, – Кристиан обвел примерно одну треть всей территории, – принадлежит испанской мафии Нуэстра Фамилия.
– О, супер, на арену выходит еще одна группировка, – хмыкнула я, хотя весело мне не было. – Ну, в любом случае это малая часть, – сказала я, обводя ручкой все остальное. – Ты представь, сколько нужно людей, чтобы держать под контролем всю эту территорию. Значит, на воле мексиканцев тоже достаточно, можем оттолкнуться от этого и пробовать искать их тут…
– Притормози и дослушай меня до конца. Они воюют с Нуэстрой, причем уже давно. Раньше испанцам принадлежал гораздо меньший клочок. Вчерашние новости про перестрелку как раз были посвящены им. Война разгорается с нешуточной силой, дележка земли только набирает обороты.
– То есть Нуэстра добрались уже до запада? – спросила я, ставя крестик на нашем городе.
– Да, они хотят сначала взять нас, а что будет потом – неизвестно. Об этом копы мне уже не сообщили, хотя я уверен, они в курсе. Я предполагаю, что позже Нуэстра двинется на восток, постепенно захватывая каждый клочок территории. Ну, и север оставит напоследок. Это логично, но мексиканцы без боя не сдаются, как ты заметила.
Повисла пауза. Я записала все слова Кристиана в свой ежедневник и начала крутиться на стуле, покусывая кончик ручки. Я пыталась понять, к чему он рассказал мне это. Два воюющие мафии – что это значит для нас?
– Сейчас их будет поймать проще, потому что они ожидают подвоха вовсе не от нас, а от Нуэстры. Мы можем сыграть на неожиданности, задержать и провести опрос, – сказала я больше себе, чем Кристиану. – Хорошо, допустим. Но я не могу связать войну и засаду ФБР.
– А ты попробуй использовать мозг. – Он встал и подошел к доске, а я показала ему язык. – Два отлично подготовленных человека сейчас находятся у них. Это же просто подарок свыше, не находишь? Лишние солдаты, которых можно использовать и в бою, и как пушечное мясо, потому что их не жалко. На войне все средства хороши, как известно, поэтому они и решили подставиться. Пока мы будем сидеть и разбираться во всем этом, они спокойно будут делить туманную власть, используя все силы.