Моя жена – ведьма. Дилогия (СИ)
– Пошли домой, – первым предложил я, – мне надо переодеться.
* * *Нам было не особенно далеко, пешочком, с расстановочкой дотопали за полчаса. Весь путь прошёл в лёгкой, ничего не значащей болтовне. Погода в Городе всегда летняя, не жара, но можно разгуливать по улицам босиком и в халате. Мой костюм никого не смущал, косые взгляды, конечно, были, но именно косые, а не плотоядные. Я льстил себе робкой надеждой, что меня просто узнают в лицо как знаменитого мужа ведьмы и бесстрашного пулемётчика, в одиночку прогнавшего всех демонесс сейлор-мунистой компашки. Хотя Фармазон хмуро отметил, что это лишь по причине общей сытости, время-то обеденное. Наташина квартира в Городе, если помните, расположена на третьем этаже бывшего купеческого особняка (по крайней мере, он так выглядит). При виде знакомого подъезда почему-то сразу вспомнился мой китайский друг – усатый дракон Боцю. Любитель изящной словесности и белых стихов мог быть очень полезен в сражениях с летающими демонессами, но увы… Боцю слишком хорошо воспитан и не позволит себе причинить хоть какой-нибудь вред миловидным девочкам в мини-юбках. Если даже его удалось бы уговорить, то нет ни малейшей гарантии, что под перекрёстный огонь драконьего гнева не попадёт наша глупая Банни, а этого мне никто не простит. Поднявшись на третий этаж, я некоторое время провозился с дверью. В принципе она меня знала, но не открывалась, так как Наташа выдрессировала её реагировать на приказ. Босой пяткой о бетонный пол особо эффектно не пристукнешь… Дверь распахнулась, лишь когда я просто наорал на неё и дважды саданул кулаком. Кулак ушиб, зато мы смогли попасть в квартиру. Но прежде, чем я переступил порог, сзади раздалось приглушенное всхрюкивание, и, обернувшись, мы втроём узрели нашу соседушку с нижнего этажа. Внешность у старушки – только детей распугивать, да и не у каждого взрослого психика выдержит. Это она плескала в меня кислотой, когда я мирно болтался на бельевых верёвках в чём мама родила. Но – кто старое помянет…
– Добрый день. Славная погодка, не правда ли?
– Что, подлизываешься за свою подлость? Ещё и халатик нацепил… Гад, маньяк, извращенец!!!
Близнецы дружно втолкнули меня внутрь и защёлкнули замок, даже не дав мне подыскать достойный ответ. За дверью раздались суетливые подпрыгивания и разочарованный старушечий визг:
– Спасите! Насилу-ю-ю-т!
Спасать, разумеется, никто не вышел. Либо соседям это неинтересно, либо бабка и так всем осточертела до смерти.
– Смотри на вещи философски, – утешающе посоветовал Фармазон. – Какие ещё у старой перечницы радости в жизни? Только оповестить всех окружающих, что она, мымра заплесневелая, хоть кого-то ещё интересует как женщина… Плюнь на дуру старую, не бери в голову!
Анцифер сострадательно кивнул, и, подумав, я с ними согласился. Тем более что на кухне ждал меня сюрприз, который сразу же заставил забыть все проблемы и разочарования: празднично накрытый стол, аппетитно дымящиеся кастрюли на плите и яркая открытка от Наташи на холодильнике.
– Гудим! Водки нет, но хорошо хоть пиво супружница Серёгина не зажилила. Бочкарёв – «Белые ночи», по бутылке на брата. Ещё немного, и я её круто зауважаю – конкретная женщина, помнит о корешах мужа!
Анцифер шлёпнул братца по руке, Фармазон вынужденно выпустил из рук тарелку с колбасой, надувшись, как сыч. Пока ангел раскладывал на троих горячее рагу, всё моё внимание было поглощено открыткой. Нет, наверное, не всё, потому что к восхитительному аромату корейских специй я с удовольствием принюхивался…
«Милый, куда же ты пропал? Я по тебе ужасно соскучилась. Ты у меня самый умный, самый красивый, самый обаятельный! И ещё, тебе безумно повезло с женой… Целую! К обеду не жди. Твоя, твоя и только твоя…
P.S. Прости, что бросила одного, надеюсь, ты и сам расколдуешься. Банни я не догнала».
– Очень трогательно и, главное, по существу, – заглянув мне через плечо, отметил нечистый дух. – Всё письмецо уси-пуси, а действительно ценной информации – пара слов в малосольном постскриптуме. Нет, я иногда просто теряюсь в догадках: каким же чёрным чувством юмора должен был обладать этот ваш Бог, чтобы подсуропить Адаму такую вот Еву?!
Я хлопнул его открыткой по носу, и он отстал. К обсуждению дальнейших планов мы перешли уже после обеда. Собственно, обсуждался только один вопрос, ставший в последнее время уже традиционным, – сидеть ли здесь, дожидаясь Наташу, или предпринимать самостоятельные шаги по поиску нашей пропавшей родственницы? Мнения разделились так же традиционно: Фармазон требовал немедленно отправляться в путь, Анцифер настаивал на выжидательной позиции. И тот и другой приводили массу вполне обоснованных доводов, которые, в свою очередь, неизменно сводились к одному. Если я остаюсь, то ангелу будет легче уберегать мою душу от всевозможных искушений, хотя это на время и затруднит розыск Банни. В противном случае я имею большие шансы поскорее вернуть беглянку домой, но однозначно становлюсь лёгкой добычей для происков верного чёрта. Как видите, выбирать особенно не из чего… По некотором размышлении я решил всё-таки пойти. Что-то такое задели в моей душе недавние Наташины слова: «Милый, ты у меня кто угодно, но не герой…» А почему это, собственно?! Свою храбрость я уже доказал, причём неоднократно. Умение самому выпутываться из любых, порой кошмарно опасных, ситуаций тоже доказал. Спасать невинных, защищать слабых, наказывать плохих – да было всё это, было! Тогда почему же я не герой? Пора ломать сложившиеся стереотипы! Главное оружие поэта – это его рифмы, что не исключает и прямого использования кулаков. Меня перемкнуло… Спишите всё произошедшее на счёт разлагающего влияния Фармазона – допив пиво, я поднял обе руки за его план.
– Прими к сведенью, Циля, никто ни на кого не давил! Человек честно использовал дарованную ему конституцией свободу непредвзятого демократического выбора. И выбрал меня!
– Не фарисействуй, лукавый дух, – строго поправил Анцифер. – Сергей Александрович избрал не тебя, а с присущей ему христианской самоотверженностью принял тернистый путь спасения души одурманенной девушки. Что и возвращает его под сень моих крыльев. Так-то вот…
– Ну и кто из нас двоих фарисей? – подмигнул мне нечистый.
* * *Полчаса спустя в гардеробной творилось чёрт-те что! Одежда так и летала, самые разнообразные детали мужского туалета свистели в воздухе, а два моих духа спорили до хрипоты, размахивая руками и перекрикивая друг друга. Прошу прощения, я попытаюсь рассказать всё по порядку. Ну, сначала мы перезвонили сэру Мэлори с целью уточнения ситуации. Он ещё раз от души поблагодарил нас за безвозмездную помощь, оказанную его другу-библиофилу, который якобы уложил уже троих обидчиков. Одного вроде бы насмерть, а двоих доставили в госпиталь с увечьями разной степени тяжести, но это к слову… Главное, что мои предположения подтвердились – старый рыцарь был твердо уверен, – в данный момент Банни в городе нет! И, судя по тому, какую карту она пыталась востребовать у мэтра Семецкого, нашу деятельную сестричку стоит разыскивать в недрах Тартара… Конечно, и Анцифер, и Фармазон наверняка знали туда дорогу. Особого страха перед тем, что нам предстоит отправиться в Царство Мёртвых, никто не испытывал. Да и благодаря «познавательным» сериалам о подвигах Геракла, Тартар лично мне представлялся местечком скорее развлекательного, чем опасного, плана. Осталось написать Наташе подробную записку, где мы и что, приодеться соответственно эпохе, а там уж… «В путь! Рога трубят!» С запиской проблем не было, а вот с одеждой… Не поймите меня превратно – я не капризничал. Волшебный шкаф безропотно выдавал любой костюм, любой эпохи, любого сословия. Это мои парни никак не могли прийти к общему мнению по поводу того, кем же всё-таки мне следует вырядиться. Купцом, воином, крестьянином, аристократом, певцом, погонщиком колесниц, многодетным горожанином, одиноким ремесленником и так далее и тому подобное, вдаль, вширь и вглубь в том же роде… А ведь всё приходилось доставать и примерять! Под пристальным критическим взором самых пристрастных судей, каких только можно вообразить. То шлем на мне не так сидит, то гончарный фартук слишком заляпанный, то туника не с тем узором, то богатая хламида висит как на вешалке, то… В общем, не буду вас утомлять, в конце концов мы сошлись на неброском костюмчике поклонника Орфея – белое одеяние, свободные складки, юбка выше колен, ременные сандалии и венок из лавровых листьев. Фармазон, рявкнув на ни в чём не повинный шкаф, выторговал ещё и компактно-изящную лиру. Приятный инструмент, но опыт игры на оном у всех троих оказался нулевой.