Поцелуй меня на закате (СИ)

Сам бизнесмен находится в больнице в тяжелом состоянии. Он еще не приходил в сознание.
– Во дают! – фыркнула сидевшая рядом со мной медсестра. – Акулы, а не люди! Кто кого первым сожрет, тот и прав!
Пластиковая вилка выскользнула у меня из рук. Вот почему нас с Яном не стали преследовать! Герман Алексеевич Карпов получил серьезное ранение и был прикован к больничной койке. Он больше не приходил в сознание! Отдавать приказы было некому.
«Но кто организовал эту странную пальбу по автомобилю? Ясно ведь, что цель у нападавших была одна – уничтожить машину, превратить ее в груду металла, чтобы припугнуть Карпова…» – роились в голове тревожные мысли. Неужели брат Петр решил заказать феерическое шоу, чтобы Герман Алексеевич зашевелился и отдал ему деньги? Деньги, которые остались у Сергея Бисарова в том самолете… Мысли, мысли… Доводы, факты. И никакой конкретики.
Ближе к полуночи Ян отошел от наркоза. Устроившись на краю больничной койки, я кормила его из ложки картофельным пюре с сухариками.
– Ты возишься со мной, как с ребенком! – возмущался он.
– Я хочу, чтобы ты набрался сил. Доктор был у тебя? Что он сказал?
Ян поймал мой взгляд и улыбнулся.
– Сказал, что мне повезло с женой.
– Ты же объяснил ему, что мы не муж и жена?
– Нет.
– Почему?
– Я подумал: «Как жаль, что это не правда!»
От смятения у меня вспыхнули румянцем щеки.
– Наркоз еще действует? – поинтересовалась растерянно то ли у себя, то ли у него, и на всякий случай коснулась ладонью его лба.
Бисаров тихонько рассмеялся. Поймал мою руку и поднес ее к потрескавшимся губам.
– Знаешь, когда оказываешься на грани между жизнью и смертью, на многие вещи смотришь иначе. Надо будет исправить это недоразумение. Как только окажемся в безопасности, я сделаю тебе предложение. Ты станешь моей женой, Нина? Я ведь второй раз вернулся в ваш город только из-за тебя – так мне хотелось еще раз увидеться с тобой! Услышать твой голос, твой смех на закате ноября…
Я растерялась. Все смотрела на него, бледного, с перебинтованным левым плечом, а он никак не выпускал мою руку.
Сердце колотилось и, казалось, от волнения вот-вот выпрыгнет из груди.
– Стану, – склонившись к нему, шепнула едва слышно.
Он осторожно коснулся губами моих губ и улыбнулся.
– Теперь у меня есть стимул, чтобы поправиться. Ведь у меня есть ты и дочка.
– Ты, правда, хочешь, чтобы Таня стала твоей дочкой?
– Конечно! С самого начала этого хотел, как только увидел ее на пороге садика! А теперь, когда я знаю, что она моя племянница, хочу еще больше. Дальше мы пойдем вместе: ты, я и Таня. Хочешь?
Он снова поднес мою руку к губам, а я кивала.
– Хочу, – прошептала, глотая слезы.
  
Глава 18
 
Время давно перевалило за полночь, а мне не спалось. Напряжение сковало все тело и никак не отпускало. В больнице не было никакой охраны, и мне все казалось, что те люди, которые гнались за нами с Яном по приказу Карпова, вот-вот ворвутся сюда с оружием в руках, и мы уже не сможем спастись: Ян ранен, а я всего лишь слабая женщина.
Да, кажется, к моим привычным ночным кошмарам, связанным с катастрофой, прибавился еще один. После того как я услышала приказ: «Убить обоих», я до смерти боялась своего отчима. В Германе Алексеевиче Карпове не осталось ничего человеческого, если он отдал такой приказ.
Чтобы хоть как-то отвлечься, я пялилась в местные новости, но об инциденте у «Эксперта» больше ничего не сообщали.
Потом я пыталась застирать пятна крови на своем сером пальто с помощью найденного в санузле для персонала куска хозяйственного мыла, но кровь въелась в плотную ткань и никак не хотела отстирываться. В итоге я бросила эту затею и вернулась в ординаторскую. Долго прислушивалась к шорохам за окнами, все боялась закрыть глаза. Корила себя за то, что не высплюсь и не смогу сесть за руль. Я не знала, как быть дальше. Не знала, куда нам с Яном ехать. Да и как ехать, если он еще плохо себя чувствует? Машину Сони надо было вернуть в гараж, но возвращаться в город было еще страшнее, чем ночевать в этой больнице.
 
Предложение Яна грело мое сердце, давало надежду, но оно было совершенно не к месту. Хотела ли я стать его женой? Да, я хотела. Почему-то ни мгновения не сомневалась в своем желании. Это было очень странно и не к месту – так сильно влюбиться в мужчину за несколько дней, но я ничего не могла с собой поделать.
В начале четвертого я забылась тревожным сном на узком диванчике в комнате медперсонала.
Ранним утром больница гудела. Из Москвы прибыли какие-то люди в форме. Они громко разговаривали, интересовались состоянием Яна и даже привезли с собой хирурга.
Спросонья я жутко напугалась. И так задремать на узком диванчике удалось только под утро, а тут такая шумиха! В первый момент мне показалось, что это люди Карпова, а может, и он сам, наконец, напал на след и пожаловал за нами.
– Кто это? – кутаясь в казенное шерстяное одеяло и пытаясь унять дрожь в теле, испуганно спросила у нашего доктора.
Тот, тоже бледный от волнения, тихо пояснил:
– Следственный комитет. Из Москвы прибыли.
– Зачем?!
– Проще спросить, за кем, – тихо произнес в ответ он.
Но договорить не успел: в коридоре появился высокий мужчина в дубленке, статный, уверенный в себе, с сединой на висках, не свойственной его возрасту. Одного взгляда хватило, чтобы понять: он тут за главного.
В руках мужчина держал объемный темный пакет.
– Нина – это вы? – с интересом взглянув на меня, поинтересовался он. Жестко, четко, так, что мне стало не по себе.
– Я… – выдавила из себя едва слышно.
– Отлично! Я – Владимир Игоревич Рожков, на ближайшие сутки – ваш личный ангел-хранитель.
И он сунул мне под нос какое-то удостоверение с кучей печатей.
– Вот, возьмите ваше новое пальто. Теплое. У нас в Москве холодно. Вчера метель была.
– Но я не заказывала пальто… – Я испуганно смотрела на мужчину. – И… и в Москву не собиралась…
– Ян Русланович попросил, чтобы мы доставили вас к его родителям в целости и сохранности. Так что быстро собирайтесь.
Я запаниковала.
– Почему к родителям?! А где Ян?!
– Яна Руслановича вы сейчас не увидите. Его уже забрали наши врачи, машина на пути в Москву. Да вы не волнуйтесь, Нина, вас мы доставим в целости и сохранности. Своих не бросаем, а невест боевых товарищей – тем более.
Он подмигнул мне, и его суровое лицо на миг посветлело.
– Но здесь мой автомобиль! – отшатнулась от него я.
– Автомобиль доставим вместе с вами. Давайте быстрее, мы не можем ждать. У вас пять минут.
Как в бредовом сне, я достала из пакета красивое светлое пальто с капюшоном и широкими рукавами, отороченными норкой, и быстро его надела. Подвязала входящим в комплект светлым поясом и забрала свою сумочку.
Наскоро попрощавшись с оперировавшим Яна доктором, я вышла на порог, где меня ждал все тот же мужчина в дубленке.
– Как размер? Не великовато?.. – Он внимательно осмотрел меня в новом пальто и одобряюще кивнул. – Вам идет, не зря мы вчера ночью центральный универмаг на ноги подняли.
Рожков открыл мне заднюю дверцу черного автомобиля и знаком пригласил сесть.
– Но машина моей сестры… – запаниковала я.
– Давайте ключи. Ее поведет один из моих людей. Будет лучше, если мы повезем вас в бронированном автомобиле. Так будет безопаснее.
– Но опасность разве не миновала?..
– Нина, в вас стреляли! О какой безопасности идет речь?! Садитесь в машину и доверьте ваше авто моим людям. Мы доставим машину в Москву в целости и сохранности.
Я вручила ему ключи, а потом устроилась на заднем сиденье служебного автомобиля и с опаской взглянула на водителя. Тот сохранял невозмутимость. Вскоре Владимир Игоревич Рожков присоединился к нашей компании, и машина тронулась в путь.
– Ну что, Нина, как дорогу коротать будем? – лукаво взглянул на меня он.