Да здравствует магия! (СИ)

Я толкнул Толика, и мы с ним взбежали на крыльцо.
— Глеб, открой! — заорал лекарь и забарабанил кулаком в дверь. — Монстр из ямы проскочил! Щавеля зацепил! Открывай быстрее!!!
Внутри что-то загрохотало, будто кто-то навернулся с лестницы, а через несколько мгновений дверь распахнулась. За ней стоял и матюгался бородатый мужик в семейных трусах и с автоматом на плече. Он удивлённо посмотрел на меня, а потом лезвие меча пронзило его грудь, и он упал на пол.
  
— Эй, есть тут кто? Глебу плохо! — крикнул я.
Как и говорил лекарь, в доме больше никого не оказалось, зато в дверях своей комнаты появилась тётя Лена.
— Миша, ты⁈
— Да! Сидите у себя. Я скоро приду!
Я захлопнул дверь, толкнул Толика с крыльца и, заслоняясь им как щитом, пошёл в сторону бараков. Тем временем стрельба прекратилась, и бойцы ждали новой команды.
Я увидел за бочкой Женю и подошёл к нему.
— Ответной стрельбы не было, — сообщил он. — Стены тонкие, мы видели, как они мечутся внутри и падают. Но мог кто-то выжить.
— Понял.
Я снова толкнул дрожащего парня, подошёл немного ближе к баракам и встал рядом с наполненной водой чугунной ванной, чтобы в любом момент, если что, прыгнуть за неё.
— Эй, внутри! Говорит барон Жаров! Это земля моей семьи! У вас есть минута, чтобы выйти, потом мы поджигаем бараки!
— Мы сдаёмся! Не стреляйте! — крикнул кто-то.
Внутри что-то зашевелилось, дверь одного из вагончиков открылась, и оттуда вывалился бандит, держащийся за простреленное плечо. По счастью, никто не выстрелил, и вскоре ещё двое раненых сдались.
Я двинулся к баракам, но мне на плечо легла тяжёлая ладонь.
— Дай мне, барон. — Женя выставил обрез и шагнул к первому изрешечённому вагончику.
— А давайте лучше я? — Ещё более тяжёлая ладонь легла на плечо механику.
Владельцем внушительной лапищи оказался огромный лысый тридцатилетний мужик. Максим представил его как капитана Валерия Снегирёва.
— Да ради бога, — после секундной заминки пожал плечами Женя и отошёл в сторону.
Капитан оскалился и, зажав пистолет двумя руками, бесшумно ступая, двинулся к бараку.
Предосторожности оказались излишними, и больше желающих сопротивляться не нашлось, а ещё через пять минут выяснилось, что Толик не соврал. Шестнадцать бандитов или погибли, или были у нас в руках. В яме осталось четырнадцать, включая главаря Тимофея.
Первым делом мы выставили вокруг находящегося на второй половине участка пруда стрелков, а потом я позвал Женю, Макса и Митрича.
— Они должны смениться через два часа. Проблема в том, что меняются не все сразу. Сначала выйдут семь, потом семь отсюда должны зайти, и только потом выйдут остальные.
— Если мы завалим первых, их останется всего семь, — пожал плечами Макс. — Дальше заблокируем их там. Жрать захотят — выйдут.
— Там есть вода и еда, — покачал головой Женя. — Они могут затаиться там на годы.
— У меня есть идея. — Я ткнул пальцем в Толика, который под дулом ружья одного из деревенских сидел на земле неподалёку. — Когда первая семёрка выйдет, вот он спустится в яму, найдёт оставшихся и скажет им… ну, например, что полиция подъезжает…
— Тогда они, наоборот, не выйдут, — заметил Женя.
— Тогда скажет, что деревня горит, и пожар в их сторону идёт. Толик перед этим постоит рядом с костром для запаха. Думаю, выскочат.
— Нос очень подозрительный, — заговорил вдруг сам Толик. — Он сначала кого-то из своих пошлёт наружу и не выйдет, пока тот не вернётся и не подтвердит.
— Ну, их уже станет шесть, — хмыкнул я. — Точнее, шесть плюс ты. К тому же они будут стоять прямо у стены выхода, и, если в этот момент все дружно прыгнем в пруд, мы их снесём.
— Потери могут быть в суматохе, — поморщился Митрич, потирая переносицу. — Надо тактику придумать.
— Мужики, а давайте отойдём. — Женя махнул рукой в сторону калитки. — Покажу кое-чего.
Я ещё раз убедился, что пруд окружён и на прицеле, и последовал за остальными.
— В общем, дела такие, — начал Женя, заведя нас на соседний участок, откуда мы начали нашу атаку. — Я просто не хотел, чтобы этот бандит слышал. Если он прав, и тот рыжий ублюдок сначала пошлёт кого-то, мы схватим его, а им вниз можем кинуть бомбу.
— Да где ж мы её возьмём? — удивился Митрич. — Там что, у них в арсенале что-то нашли?
— Нет, у них я ничего не видел, но у меня своя есть!
Думаю, наши с главой фроловцев лица выглядели одинаково удивлённо, а Макс и вовсе чуть не подавился дымом только что прикуренной сигареты.
— Ну, не авиационная, конечно, — усмехнулся афонинский механик. — Поджигательная самоделка, от фитиля детонирует, но бахнет нормально. Может, никого и не убьёт, но обожжёт, оглушит и дезориентирует точно. Вот тогда можно и врываться.
— Не знал, что ты ещё и химик. — Я хлопнул мужика по плечу.
— Да, состав Стас придумал, ему нравится химичить, мои только корпус и механизм поджога.
— А сколько их у тебя?
— Одна всего. Мы их пытались в яме использовать, но монстров почему-то не брало, вот одна и стоит с тех времён.
— Слушай, — я нахмурился, — а фитиль не погаснет, когда она в яму попадёт?
— Нет. Всё через пруд переносится, как было. В самой яме только электроника и порох не работают, а эта бомба на основе каких-то других веществ. Там упор не на силу взрыва и осколки, а на горение и шум.
— Я за этот план, — посмотрел я на остальных. — Чем раньше мы с ними разберёмся, тем раньше сможем использовать яму.
— Должно сработать! — подтвердил Макс. — Плюс я там на участке большие щиты видел. Нужно экипировать ими первую волну атакующих на случай арбалетной стрельбы.
— Согласен, — кивнул староста Фролово. — Только не надо показывать бомбу тому хмырю с тату. Мало ли его расколют, или сам с перепугу лишнего брякнет.
— Само собой. — Я посмотрел в сторону участка тёти. — Кстати насчёт «расколют». Перед тем как убить, нужно ещё разок допросить пленных и узнать, действительно ли семью Лены пасут в Рязани.
— Виталик сделает, — тут же ответил Максим. — А потом в расход их пустит.
— Только пусть куда-нибудь в тихое место их отведёт. Не нужно людей пугать.
— Есть!
— Ладно, Жень, тогда тащи бомбу, а я пока с Леной поговорю.
Афонинский механик убежал, а мы вернулись на участок. Тётя дома, разумеется, не усидела и, стоя на крыльце, запахнувшись в длинный плащ, внимательно следила за происходящим на участке.
— Поговорить надо, — улыбнулся я, подходя к ней.
— Заходи, — недовольно посмотрела на меня хозяйка и, войдя в дом, сразу же прошла на кухню.
Я проследовал за ней, уже чувствуя, что сейчас будет взрыв.
Так и вышло.
— Миша, я же просила тебя не лезть! — резко обернувшись, воскликнула тётя. — А что было бы, если бы у тебя не получилось⁈ А что, если они решат отомстить⁈
— Во-первых, я всё спланировал, — спокойно ответил я и, взяв взволнованную женщину под руку, усадил на диван. — А, во-вторых, ещё вчера послал письмо брату, и он присмотрит за Николаем и девочками. В-третьих, ребята сейчас допрашивают пленных, и уверен, те расскажут всё о членах банды в Рязани, и, если таковые там есть, Саша от меня получит письмо первым и сразу же с ними разберётся.
— Ты уверен⁈
— Конечно! Да и на самом деле не станут они ничего делать. Они проиграли. С девочками всё будет хорошо.
Я обнял женщину за плечи, а она вдруг вся обмякла и ткнулась лбом мне в плечо.
— Ты не представляешь, как мне было страшно весь этот месяц, — спустя минуту тихо проговорила тётя.
— Всё позади! — ласково проговорил я. — И сейчас наша главная задача — сделать так, чтобы всё это не повторилось!
  
— Я хочу продать этот участок! — резко отстранилась от меня Лена. — До того, как эти уроды пришли, мне предлагали приличные деньги. Я найдут контакты и позвоню…
— Не самая лучшая идея…
— Нет, Миш! — На лице тёти появилась решимость. — Я продам и поеду к девочкам! Хватит с меня этих ям! Подожду, пока их все закроют, и куплю что-то поближе к столице. Денег хватит!