Да здравствует магия! (СИ)

— Которые новоявленный барон должен будет контролировать! — отметила Марина. — Умно! Но встаёт вопрос свободных деревень, попадающих в эту область. Я прямо сейчас вижу очень большое недовольство жителей по поводу того, что у их земель появится хозяин.
— Будем ждать уточнения властей по этому поводу! Но это ещё не всё! Кроме того, расширяются полномочия службы контроля аномалий. Она получает право давать и забирать титулы и контролировать прогресс зачистки земель аристократами. Лидер группы, идущей на зачистку аномалии с целью получения титула, обязан заблаговременно предоставить координаты аномалии и впоследствии допустить сотрудников СКА для проведения экспертизы. Также все владеющие землями дворяне обязаны ежемесячно предоставлять в СКА отчёт о количестве зачищенных этажей и закрытых аномалий.
  
— Что это за звук, Паш?
— Какой звук?
— Мне кажется, это скрежет затягиваемых Фёдором Алексеевичем гаек!
— А! Да я тоже его слышу.
— Но, откровенно говоря, всё это давно назрело, — продолжила Марина. — А многие скажут, что даже сильно запоздало.
— Согласен. Читаю дальше: «…Для ускорения воссоединения центра с дальними землями был создан список стратегически важных городов. Те подданные империи, что зачистили аномалии и получили земли в пределах ста километров от этих городов, получат дополнительно по миллиону рублей подъёмных на обустройство…»
— Привет, инфляция! — шепнул Петя.
— Не томи, Паш, есть ли среди этих стратегически важных городов Волхов?
— Сейчас поищу… черт, очки дома забыл…
— Паша!!!
— Да, есть, конечно! Куда нашему городу-герою деться? Не забыли наши любимые власти, кто долгие годы снабжал регион железом.
— А я вот твоей радости не разделяю. Сейчас как хлынут к нам будущие бароны из крупных городов, как начнётся здесь чёрт знает что…
— СКА нам поможет! Я так понял, что им не только новые полномочия дали, но и лучшие маги теперь там будут работать. Так что, Марин, не всё так плохо… и да, за зачищенные ямы в пяти километрах от федеральных трасс тоже будут дополнительно платить по триста тысяч. На этом всё, дорогие слушатели! Напоминаю телефон нашего канала, звоните и делитесь своими мыслями…
— Офигеть, — пробормотал Петя, делая радио тише. — Это же какие возможности открываются!
— Согласен, — кивнул я. — Вот только придётся сильно ускоряться. Правильно эта Марина-ведущая сказала, все, кому тесно вокруг крупных городов, ломанутся в эти стратегически важные…
— Ха! Я был прав, диггерами занялись, только немного не так, как я думал. И их главы теперь первые кандидаты в бароны.
— Угу. — Я снова кивнул и проводил взглядом пронёсшегося мимо нас пятнистого аномального зверя, похожего на гигантского бульдога.
На самом деле меня немного насторожило это сообщение. Нет, не содержанием, оно как раз мне очень понравилось, а моментом принятия закона. Будто кто-то специально ждал, пока я попаду в этот мир и оклемаюсь после ранения.
Судьба? Знак? Не верю я в это, предпочитаю держать поводья своей жизни в своих руках. Но, разумеется, от подарков фортуны отказываться не собираюсь.
— О чём думаешь? — спросил Петя.
— Думаю, что надо кое с кем из твоих друзей не завтра встречаться, а уже сегодня, и с арендой подвала тоже не тянуть.
— Согласен! Кстати, интересно, сколько этажей ямы твоя тётка зачистила? — хмыкнул Петя. — Может, она уже без пяти минут баронесса.
— Всё может быть.
За окном мелькнула табличка с надписью «Северово», и тут же справа от дороги появился частокол, обозначающий границы населённого пункта.
— Где-то через километр, после того как эта деревня кончится, надо направо свернуть, — напомнил я, заранее изучив карту.
— Да помню, сколько раз у тебя бухали.
Северово осталось позади, а ещё через минуту мы свернули на просёлочную дорогу. С обеих сторон замелькал лес, потом его сменили засеянные картошкой поля, а потом впереди показался высокий забор, состоящий из толстых заточенных брёвен.
Афонино — место, с которым у меня связано множество воспоминаний, вот только ограды раньше тут не было.
Ворота деревни были закрыты, а на торчащей за ней вышке стояли два мужика.
Мир вокруг померк, и я вспомнил обоих.
Вот худощавый Генка бежит по улочке, а за ним с тряпкой несётся его полная жена Дашка. Только что к ней приехал в гости её брат, и она выставила из серванта коньяк, стоявший там больше года и ждущий особого случая. Нюанс в том, что Генка этот особый случай давно отметил, а в бутылку налил чая.
А вот уже я маленький протягиваю руки, и Евгений Степанович, для меня просто дядя Женя, отдаёт мне маленькую машинку. У неё снова есть все колеса, а у меня больше нет поводов для слез.
— Кто такие⁈ — крикнул с башни крепкий мужик лет пятидесяти.
— Свои, дядь Жень! — отозвался я, высовываясь в окно.
— Мишка⁈ — почему-то понизил голос, а потом как-то воровато оглянулся старый знакомый. — Я сейчас.
Он наклонился к Генке и что-то ему прошептал, потом оставил ружье и быстро спустился по деревянной лестнице.
Ворота открылись, и через две секунды дядя Женя прыгнул на заднее сиденье.
— Привет, дядя Же… — начал Петя, но не закончил.
— Тихо! Как въедешь, налево, рули к моему дому. Мишка, опусти голову и делай вид, что в бардачке роешься, чтобы тебя не узнали. Петька, тебя вряд ли узнают, если кто спросит, приехали машину чинить. Вперёд.
Всё это было сказано таким тоном, что спорить я не стал и сразу же открыл бардачок.
Минуты две мне пришлось в нём «рыться», пока мы не заехали на нужный участок, а там и в гараж. Только когда дверь с лязгом закрылась, дядя Женя выдохнул. Правда, ненадолго.
— Открой капот, — скомандовал он Пете. — Если кто придёт, нужно сделать вид, что вы заказчики.
— А что происходит-то? — уже немного напрягаясь, спросил я.
— Беда у нас, Миша, с твоей тёткой.
— Подробности! — понижая голос, потребовал я и тоже склонился над двигателем.
Секунд десять афонинец собирался с мыслями и подбирал слова, а потом глубоко вздохнул и вывалил всё:
— В общем, как ты, наверное, знаешь, нам очень повезло. Ну, это мы потом поняли, что повезло — яма открылась прямо на Ленкином участке. Да, поначалу все перепугались, особенно она, но потом помаленьку всех монстров, что вылезли, перебили и начали внутрь ходить. И, прямо сказать, наша жизнь изменилась… Монстры на первом этаже слабые, мы легко их убивали и продавали. И вода тоже есть, мы только её и стали пить, когда поняли, что она силы даёт…
— Я обо всём этом знаю, — нетерпеливо перебил я. — Тётя Лена писала. Сейчас-то что случилось?
— Чуть больше месяца назад всё изменилось, — сквозь зубы процедил Женя. — Сначала она на неделю исчезла, а потом приехала, и с ней целая куча вооружённых людей. Она объявила, что это её партнёры по бизнесу и теперь она работает с ними, а так как яма на её участке, то по закону мы не можем в неё ходить.
Такой закон действительно существовал, и когда я о нём впервые услышал, очень удивился. Но Вова мне быстро объяснил, что его продавили крупные землевладельцы, чтобы невесть кто не шлялся по их землям. Возможно, тот закон и стал одной из причин масштабных изменений, принятых сегодня.
— Так вот, — постукивая гаечным ключом по аккумулятору, продолжил Женя. — Те козлы там у неё очень серьёзно окопались и доступ нам полностью перекрыли. Мы в первый день собрались и пришли разговаривать, но сначала двум нашим прострелили ноги, а потом сама Ленка нас прогнала и сказала, чтобы не лезли. Я к чему всё это… Когда перед её недельным исчезновением мы с ней в последний раз говорили, у неё и в мыслях ничего подобного не было, она весёлая была и рассуждала о том, как мы тут скоро школу построим и её младшенькая Катька здесь учиться будет, а сейчас… Там они забор поставили, но мы слышим, как её там обижают. Она им стирает, готовит… Как рабыня… в полицию ездили в город, они приехали, и она их тоже прогнала… Я три дня назад был в Волхове, но Рязанского адреса её мужа не знаю, поэтому в усадьбу твоего отца письмо написал, но не ждал, что оно так быстро дойдёт. А! Прими мои соболезнования. Яр был классным мужиком…