Как приручить альфача (СИ)

– Ты в курсе, что ты – наглый манипулятор? – вздыхаю, позволяя себе открыто разглядывать его красивое тело. Провожу кончиками пальцев по его напряженным соскам.
– Ммм, да, – морщится он, накрывая ладонями мои кисти и заставляя продолжать ласкать себя. – Можешь меня за это наказать.
– Ремнем по заднице? – усмехаюсь.
– Будешь много говорить, я тебе кляп надену, – шепчет Влад так многообещающе, что мое тело покрывается мурашками, а соски встают колом, что сразу бросается ему в глаза. – А я смотрю, тебя этим сложно напугать? Любишь пожестче?
  
– Зараза, – вздыхаю, приподнявшись, и медленно опускаюсь на него, потому что Влад нетерпеливо толкается бедрами, а я уже и сама изнываю от желания.
И мы тут же перестаем спорить, жадно подаваясь друг другу навстречу. 
Ощущение, будто я укрощаю нетерпеливого необъезженного жеребца – Влад то и дело порывается перехватить инициативу и я едва сдерживаю его порывы до тех пор, пока он не сдается и не позволяет делать мне все, что я захочу. 
– Замри, иначе я кончу, – обессиленно шепчет, запрокинув голову и сжимая ладонями мои бедра, но я не останавливаюсь. – Наташа… Наташа, блин!..
Ускоряюсь, приближаясь к разрядке не только от нашего физического контакта, но и от какого-то морального удовлетворения. Я имею власть над этой огромной и страшной в гневе горой мышц. Красавец, каких поискать надо, сейчас беспомощно сокращается подо мной от накатывающих волн и моего, и его оргазма. Его мышцы то и дело сжимаются в последних попытках сдержаться. 
– Сумасшедшая, – Влад выдыхает это так неожиданно мягко, что меня накрывает первой от нежности, что я слышу в его голосе. Обессиленно падаю на вздымающуюся от частого дыхания грудь.
Сильные руки буквально в последний момент сдвигают мои бедра в сторону, и Влад тихо рычит, содрогаясь и сжимая меня в объятиях.
Замираю. Наслаждаюсь ароматом и теплом его тела. Понимаю, что привязываюсь со скоростью света. А ведь он уйдет когда-нибудь. Исчезнет из моей жизни так же внезапно, как и появился в ней.
– Наташ, – выдыхает Влад судорожно, – как спина? Не болит?
– Да нет, – пожимаю плечами. – А что?
– Да, думаю, может метод лечения радикулита запатентовать.
– Дурак, – отворачиваюсь от него, но он снова прижимает меня к себе.
– Наташ, ты что, обиделась? Если ты обиделась, – смотрит на меня, сдерживая улыбку, – не обижайся. 
Фыркаю, закатив глаза.
– Слушай, а поехали со мной?
  
27. Разница в возрасте
 
– Куда? – вздыхаю, ожидая очередного подкола.
– Не важно. Просто: со мной. – Влад смотрит абсолютно серьезно. – Поедешь?
– А вдруг ты какой-нибудь преступник? – усмехаюсь, а у самой по спине пробегает легкий холодок, потому что я до сих пор не определилась, что я буду делать в этой ситуации.
Боюсь, что моя гражданская ответственность победит, поэтому лучше бы Владу исчезнуть до того, как мне придется делать выбор.
– А какая разница? – усмехается. – Я тебя обижаю? Нет. Нам вместе хорошо? Да. Что еще нужно двум людям для счастья?
– Ну… как минимум доверять друг другу. – вздыхаю, не понимая, как мы вообще дошли до этого разговора.
– А ты что, мне не доверяешь? – хмурится он.
– Зная тебя три дня и зная о тебе ровным счетом ничего? Нет. Я уже не в том возрасте, когда без раздумий бросаются в омут с головой.
– Ааа, баб Наташ, прекрати, – стонет Влад, закрывая лицо руками. – Тебе осталось клюку в руки дать и пояс из собачьей шерсти надеть.
– А у меня есть пояс из собачьей шерсти, – усмехаюсь. – Между прочим, прекрасная вещь. Я так понимаю, ты собираешься уходить?
Мне не весело. Мне очень грустно от перспективы снова остаться в одиночестве. Но показывать виду я, конечно же, даже не собираюсь.
– Да я бы уже давно ушел. Не знаю, что с тобой делать только. – вздыхает.
– А какие варианты? – кошусь на серьезное лицо Влада.
Он смотрит в потолок, закинув руку за голову. Легонько пожимает плечами.
– Убить или забрать с собой. – усмехается.
Закатываю глаза. Я же прекрасно понимаю, что Влад осознает, что его видело уже как минимум двое моих знакомых и если со мной что-то случится, то подозревать будут именно его.
– Просто оставить меня в покое не вариант? – хмыкаю.
– Чтобы к тебе всякие зайчики яйца подкатывали? Нееет. Я собственник. – разворачивается, нависая надо мной. – Ревнивый, как падла.
– Так, поди, у тебя гарем, если ты каждую случайную с собой зовешь, – смеюсь. – Собственник.
– Да я вот подозреваю, что ты нихера не случайная, – касается носом моей щеки. – Потому что я впервые не хочу уходить.
По телу пробегают мурашки.
– Оставайся, – выдыхаю и сама пугаюсь.
Потому что для меня это и есть “в омут с головой”. Для меня дух авантюризма – это не сорваться куда глаза глядят. Это добровольно впустить в свою жизнь человека, который может причинить тебе боль, который может исчезнуть и разбить твое и так покрытое трещинами сердце. Нарушить свой привычный уклад. Выбраться из кокона.
– Не могу, – со вздохом отстраняется Влад. – Да и мог бы – не остался. Жить в квартире женщины – это то еще удовольствие. Мужик должен приводить женщину в дом, а не наоборот. Чувствую себя ущербным альфонсом каким-то.
– Ну, значит, такова судьба, – усмехаюсь, собирая мысли в кучу и все-таки натягивая свой свитер.
На душе паршиво-паршиво.
– Да? Вот так просто сдаться? – хмуро смотрит на меня Влад.
– Если нет никаких вариантов – смысл рвать жопу? – вздыхаю, озираясь в поисках штанов. – И душу. Мы бы с тобой все равно не ужились.
– Почему? – дернув своими смоляными бровями, он удивленно фыркает.
– Потому что мы разные. Я для тебя просто диковинная раритетная игрушка. – смотрю, как он сердито усмехается и встаю, поднимая джинсы с пола. – Ты меня просто бесишь периодически. В любовь я не верю. Ни с первого, ни со второго взгляда. Уверена, что ты тоже. Ну, а воспринимать эйфорию после потрахушек за какие-то сильные чувства только по глупой молодости можно. А я…
– Старая больная черепаха, я помню. – закатывает глаза. – Ты меня еще долго разницей в возрасте будешь попрекать?
– “Первые сорок лет детства для мальчика самые трудные” – усмехаюсь. – Ты для меня тоже диковинка. Так что, извини, но пока ты живешь у меня, придется потерпеть.
– А знаешь, что?! – резко поднимается Влад с дивана.
Смотрю в его хмурое лицо и понимаю, что сейчас психанет. На это и был расчет. Тянуть становится все больнее. Пусть уходит уже.
– Что, малыш?
  
28. ПХД
 
– Я, пожалуй, задержусь. – усмехается Влад сердито и начинает одеваться.
– Где? – хмурюсь.
– Тебе в рифму ответить или сама догадаешься? – фыркает не глядя.
– Так если ты задержишься у меня, куда тогда одеваешься? – со вздохом смотрю на него.
– Мне, по-твоему, теперь только в трусах надо ходить? – Влад бросает на меня быстрый взгляд. – Пойду мусор выкину, питона выгуляю и воздухом подышу, пока башку тебе не открутил нечаянно.
Скрестив руки на груди, задумчиво смотрю на его психованные, порывистые движения.
– В аптеку за валерьянкой зайди, – вздыхаю.
– С тобой надо не валерьянку. С тобой надо что-то позабористее принимать. – бубнит обиженно себе под нос, выходя из комнаты.
Какие мы нежные!
Нет, на самом деле, у меня в душе сейчас все переворачивается от радостного осознания, что он остается. И я боюсь того, что тем самым он может сделать себе хуже. А вдруг его ищут и ему нужно уехать, но из-за меня он остается, рискуя собой? Поэтому, я вроде как и радуюсь, а вроде как и ругаю себя за это. Хотя, в чем моя вина, если на него ни одни слова не действуют?
  
Влад как товарный поезд: набрал скорость и прет вперед, хрен остановишь.
Когда он уходит, закрываю дверь на замок и заглядываю на кухню. Нууу, я думала, что будет хуже. Даже плиту почти не засрал, только посуда в раковине стоит.