Коллекционер душ. Книга 4 (СИ)

— Тут новичок. Говорит, что он лучший в классе. Покажешь на что способны бойцы клуба Романова?
Парнишка в красном боксерском шлеме, снял того же цвета перчатки, хрустнул костяшками вдавливая сперва один кулак в ладонь, а потом другой. Затем протянул мне руку.
— Привет, — сказал он и я успел заметить, что у моего соперника не хватает одного переднего зуба.
Видимо статус лучшего среди второсменщиков не достался просто так.
— Привет, — я ответил на рукопожатие.
— Так, — тренер указал на мои сумки. — Если у тебя есть более удобная одежда — переодевайся. Поединок будет классический. Без щитов и суперударов. Еще раз. Никакого использования Силы, понятно?
Я кивнул и убежал переодеваться.
Вернулся через пять минут. Слава и тренер уже ждали меня у крайних матов.
— Надевай шлем. И перчатки, — Дамир Шамильевич передал мне амуницию и помог с застежками. — Начинайте!
Я стою напротив беззубого парня и анализирую.
Этот Слава явно старше меня. Ну не может пятиклассник выглядеть так. Я бы вообще дал ему класс седьмой. Только тогда он сейчас был бы на уроках, а не занимался Боевыми Искусствами.
Победить я его вряд ли смогу. Мы просто в разных весовых категориях. Но я и не думаю, что тренер будет ориентироваться только на победу. Нужно показать что-нибудь еще.
Я делаю шаг навстречу сопернику.
Слава закрылся блоком. Внимательно выглядывает из-за него. Но не атакует. Ждет, когда я пойду в атаку. Тогда контратакует и отправит меня на маты. Но я видел, как парнишка передо мной уже попался на этот трюк. Я буду осторожнее.
Некоторое время мы проверяем реакцию друг друга несильными ударами. Руками и ногами. Я не открываюсь. Слава понимает, что я не поведусь. Бьет. Хук справа. Я отскакиваю. Он тут же делает шаг вперед и прописывает мне джеб. Я блокирую. Теперь серия из трех ударов. Апперкот, бэкфист и резким прямым ударом пробивает мой блок. Последний удар приходится прямо в нос. Я отхожу на пару шагов и встряхиваю головой, чтобы прийти в себя.
А парнишка не пальцем делан. Сколько у него таких приемов в запасе? Нет. Надо идти в атаку, иначе он просто изобьет меня тут.
Так я и поступаю. Только мой оппонент быстро замечает открытые зоны. Он отвечает резкими и больными выпадами. Мне несколько раз прилетает по лицу. Удары тяжелые. Чувствуется даже сквозь шлем. Я с трудом замечаю его движения. В конце концов мне прилетает ногой в ухо, и я падаю на маты.
— Все? — издевательски спрашивает Слава и смотрит на тренера.
Пока тот не ответил, я встаю на ноги и вытираю струйку крови, которая бежит из разбитой губы.
— Придется постараться, — отвечаю я вместо Дамира Шамильевича и сгибаю пальцы на руках в призыве продолжать бой.
Но, условный, второй раунд проходит по тому же сценарию. Я лишь пару раз добираюсь до его головы ударами, но в итоге все равно оказываюсь на матах. После очередного удара ногой. Уже понимаю, что паренек завершает все комбинации именно так.
Второй раз подняться на ноги сложнее. Но под песню группы кино «Группа крови на рукаве», играющую из магнитофона на подоконнике, я все же снова оказываюсь в вертикальном положении.
Слава наносит свой излюбленный хук справа. Я пригибаюсь, отвечаю серией коротких отвлекающих ударов и заканчиваю ударом колена в корпус. Отступаю. От неожиданности одаренный хлопает глазами. Смотрит на тренера. Тот кивает, приказывая ему продолжать. Бой продолжается.
Однако мой выпад неслабо разозлил паренька. Теперь он колотит меня беспощадно. Я только и успеваю уклоняться от ударов и блокировать их. Но иной замах, нет-нет, да и проходит мне по лицу. Следующий удар, с разворота в ухо, заставляет мое детское тело снова бессильно свалиться на маты. Мне даже на секунду показалось, что я потерял сознание. Теперь все перед глазами плывет. Сил почти нет.
— Он уже все тренер, — беззубый указывает на меня рукой.
Но Дамир Шамильевич не останавливает поединок. Я вижу это и снова поднимаюсь.
Я уже знаю тактику соперника. Сколько бы ударов он не нанес, последним будет удар ногой. Главное оставить силы на него.
 
Мы снова подходим друг к другу. Я намеренно раскрываюсь. Получаю несколько больных ударов по корпусу и лицу. Выгляжу совсем никаким. Слава переоценивает свои силы и бьет ногой с разворота. Но на этот раз я хватаю ее, подсекая вторую его опорную ногу. Слава падает на спину. Пауза. Затем он вскакивает, оттолкнувшись руками от пола. В его глазах можно увидеть молнии. Идет в мою сторону.
— Хватит! — останавливает своего подопечного Дамир Шамильевич.
Одаренный замирает. Но от злобы его прямо распирает. Он еле держится, чтобы не надавать мне по морде.
— Можешь идти в душ, — тренер хлопает парнишке по плечу и пристально смотрит на него.
Тот кивает и нехотя отправляется к той части зала, где переодеваются здешние спортсмены.
— У тебя есть мысль, — хвалит меня Дамир Шамильевич, когда мы остаемся наедине. — Иногда в бою это гораздо важнее, чем уровень навыка. Особенно это касается боев одаренных с применением Сил.
— Спасибо, тренер, — я киваю и снимаю шлем с распухшей головы.
— Но самое главное — это твоя сила духа, парень! — он тычет пальцем мне в грудь. — С первой попытки выиграть поединок не всегда просто. Но если тебе хватает воли подняться и продолжить бой — это половина успеха. Над техникой и навыками нужно еще работать.
— Значит вы возьмете меня на индивидуальные тренировки?
— Возьму…
Я уже успел обрадоваться, когда подоспела ложка дегтя.
— Но на победу хотя бы в одном поединке на турнире Морозовых можешь не рассчитывать. Во-первых, потому, что туда никто не допустит ребенка. Ты же понимаешь?
— А во-вторых?
— Физически ты слабее каждого. Нужно обладать такой внутренней Силой, чтобы хотя бы быть на равных, что…Нет. Это просто невозможно.
Эх. К сожалению или, к счастью, у меня нет другого выхода. Если я хочу заполучить подпись Морозова мне придется как-то зарегистрироваться на этот турнир и одержать на нем победу. Но это уже моя головная боль, а не тренера.
— Тогда просто сделайте меня своим лучшим бойцом, — ответил я.
Моя первая тренировка прошла в режиме энергосбережения. Не потому, что Дамир Шамильевич жалел меня. Просто он видел, что после спарринга у меня осталось мало сил. Но, несмотря на это, я уже узнал несколько хитростей, которыми он пользовался на соревнованиях. Это воодушевило меня. Хотелось поскорее вернуться в зал и продолжать изучать Боевые Искусства. То, что мы проходим в школе — детский сад, по сравнению с кружком Романова.
После тренировки я сразу поехал в школу.
Я несколько раз проходил мимо лицея за время каникул и даже забыл, как тут бывает громко в учебные дни. Освободившиеся после уроков семиклассники накидали свои сумки и портфели у снежной горы и бесятся. Завидующие им второсменщики проходят мимо с завистью поглядывая на забавы, которые смогут себе позволить только после шестого урока. Бибикающие иномарки, подбрасывающие детей высоких родов до школы. Есения Олеговна — техничка, позволяющая себе покрывать проклятьями всех, вне зависимости от внешнего вида школьника и цвета его школьного билета. Вовчик из параллельного класса, пробегающий мимо с неподожжённой сигаретой в зубах и глядящий на мои зажившие ладони и восклицающий от вида новых татуировок на моих руках. Наверно, я даже успел соскучится по всему этому.
— Привет, Клаус! — я сел на свой стул и вместо привычного особого рукопожатия обнял свою рыжую соседку по парте. — Классный загар!
Жанна даже несколько растерялась. И если бы ее кожа не стала такой темной, то я бы точно заметил, как она краснеет.
— Привет, Ракицкий, — улыбнулась она. — Ты чего такой веселый? По твоему распухшему лицу не скажешь, что ты занимался, какими-то веселыми делами.
— Ты слышала что-нибудь о Романове? Бойце из нашего города, который становился чемпионом Российской Империи?
— Конечно. Ты взял у него автограф?
— Он теперь учит меня Боевым Искусствам, — мечтательно хмыкнул я. — У нас сейчас была тренировка и, скажу честно, это что-то с чем-то.