Боливар исекая (СИ)
Пока я разговаривал с внутренним голосом меня утащили в подвал, где кинули в углу, приковали к цепи в стене, а передо мной встал Гортам. Начал он хорошо.
— Отношения со мной — это инвестиции в будущее, — веско произнес наместник.
— Это какая цыганка вам так нагадала? — не мог не удивиться я.
Гортам скривился и дал знак Дубуру. Тот врезал мне своей «клешней», после чего мотивирующую часть речи наместника я пропустил, приходя в себя. Заратрийский заливался соловьем, пока я его не перебил:
— Просто скажите, что вам нужно, шан. У меня сильно развито чувство времени. Боюсь не успеть понять, почему вы подняли руку на авантюриста.
Вообще, мне думалось сейчас меня изобьют до потери сознания, а потом оставят одного, и я наконец залезу в инвентарь, вытащу палочку, отлечусь, а потом разнесу чертово здание по кусочкам вместе с наместником. Не сложилась у нас дружба.
— Кому ты письмо отдал, скотина? — прошипел Гортам.
— Ах письмо-о-о, — протянул я, — то самое, ваше любовное письмо к Миресу? Знаете, я даже не читал его, но по сердечку и отпечатку перстня сразу догадался о ваших романтичных чувствах. Как жаль, что он не ответил вам взаимностью. Видимо, поэтому вы его убили?
У Дубура отвисла челюсть, и он как-то по-новому взглянул на босса. Гортам подавился слюной от злости и закашлялся. Два стражника, безмолвными тенями стоявшие на подхвате, затряслись от страха.
Не знаю, что произошло бы дальше, но к нам в подвал влетел другой стражник и выпучив глаза, заревел белугой: «там принцесса идет с народом!»
Гортам реально удивился, заторопился, кинув на прощание многообещающий взгляд, велел Дубур сторожить меня и вышел. Но я же знал — ненадолго. Долго принцессу никто не выдерживает.
— Дубур, — предложил я, — давай поспорим на золотой, сейчас сюда придет принцесса и ледяным болтом сломает тебе ногу.
— Какую ногу? — проявил хладнокровие тот.
Даже не подумал, что это реально возможно. Или? «Да не, — сказал внутренний голос, — он не может быть настолько тупым, что бы надеяться выиграть пари ценой ноги. Тем более, ты золотой даже в случае проигрыша не отдал бы».
— Ну, правую, — сказал я.
— Хорошо, — ответил Дубур.
Дверь выбило заклинанием, стражники отлетели в сторону. В подвал вошла Аиша, посмотрела на меня и кинула болт в Дубура. За ней зашла Кая, закинув Гортама с огромным фингалом под глазом, потом ввалился Килтил, Исхирос и куча другого народа.
— Добрый вечер, — пошутил я, — все, из-за кого я столько страдаю. Ваше высочество, ты ему какую ногу сломала?
— Левую, — она кинула взгляд на подвывающего Дубура.
— А можешь еще правую сломать? — попросил я.
Аиша долбанула дебила еще раз, пока меня освобождали от оков, а я отлечивался.
— Прости Клешня, — повинился я перед Дубуром, — всё равно у тебя нажитое преступным путем конфискуют. Просто не люблю быть должным. А так, правую ногу тебе сломали, хотя не сразу, надо было поточнее формулировки составить. В расчете или еще на что поспорим?
К сожалению, у начальника стражи проявились зачатки здравомыслия, а может просто не до того было: сломанные ноги не способствуют внятным ответам.
Сунув руку в карман, вытащил письмо Миреса. Это я инвентарь так настроил: чтобы мелочь всякую таскать на панель ставлю выход в карман. Удобно, практично и люди фиолетовой дыры в пространстве не пугаются.
— Ваше высочество, доказательство преступного сговора наместника с главарем бандитской шайки.
— Но мы же тебя обыскали, — возмущенно завопил Гортам, — письма не было!
Кая одела кастет на руку и стукнула аристо под дых. У него сразу закончились аргументы. Интересно у кого она кастет сперла?
Меня окружили собуты… верные друзья, трясли руку и что-то восторженно говорили. Аиша, закусив губу, некоторое время наблюдала за всем этим, а потом попросила Килтила выйти на крыльцо и зачитать письмо Гортама Миресу перед народом. А также предъявить, — тут я удивился, узнав, что у опг уже и штатный киллер появился, — подлого убийцу Рэгхолла, что посмел поднять руку на принцессу.
— Джерк, — шепнула взволнованно Кая, пробравшаяся уже ко мне, когда все уже вышли и осталась только Аиша, что-то говорившая Килтилу, — прости что мы так долго. Прости, прости!
Аиша отпустила Килтила, державшего Гортама за шиворот и захлопнула за ними дверь.
— Правда, — покаялась она тоже, — прости, что разочаровали тебя!
— Не врите, если бы я хотел разочаровать сразу двоих людей, — проворчал неловко, — я бы поехал к твоим родителям. Я двустихийный маг — меня оплеухами не проймешь!
Меня и поцелуями не проймешь, хотелось добавить через секунду, но уж вот так прямо врать — я всё же не стал.
Глава 20
Получив первое неотложное поцелуйное лечение, я вышел с ученицами на крыльцо. Аиша повелела вздернуть Гортама на фонаре, но я возмутился. Чего это готично-фентазийную архитектуру висящими коррупционерами портить? Почему мы так безрассудно относимся к собственной культуре? Я убедительно продекларировал: «На фонаре висит вельможа, и портит взгляд опухшей рожей», и Кая согласительно захихикала.
— Хм, спалим на костре? — нахмурила лобик Аиша, — вон в центре площади место есть.
Гортам Затарийский, ошарашенно и тоскливо взиравший в могучих руках Килтила и Ридлтрена на происходящее, бессильно обмяк в обмороке.
— Потом площадь отскребать, — я ужаснулся, — да в нем жира столько, зачем экологию портить вредными выбросами? Повезешь с собой, вручишь королю, пусть активы конфискует за госизмену, тайники всякие заберет, чего добру пропадать?
Аиша с гордостью посмотрела на меня и по-королевски вскинула руку перед радостным народом на площади. Когда Аиша с Каей, прихватив пару десятков авантюристов, ушли разбираться с покушением, наместником и высвобождением любимого меня, по пути они встретили возвращающуюся толпу с кузнецом Исхиросом. С которой вместе подошли к ратуше, где позади была пристройка конюшни и казармы, с расквартированной там городской стражей. При виде сурового лика принцессы у стражи случился мгновенный ступор, а авантюристы отделили зерна от плевел. То бишь надавали люлей злодеям, связали, а Аиша в это время ушла обыскивать ратушу.
Сейчас мы стояли на ступеньках ратуши перед массой, вобравшей в себя почти всех, — а люди, узнав, что перед ними принцесса Аиша Выдающаяся, сбегались словно фанаты на слэм любимой рок-группы, — жителей города на площади.
— Сим назначаю сего достойного авантюриста, — её перст уперся в меня, — заместителя Гильдии Авантюристов мастера Джерка Хилла новым королевским наместником Самура.
— Дааа, — взревела толпа, — слава мастеру Джерку!
— Четыре бочки гномьей водки этим достойным людям! — не оплошал я, с ужасом подсчитывая убытки. Пульнул чистой магией вверх, выпустив мощный фонтан света. Пусть народ веселится.
Аиша шепнула на ушко: «внесешь в счет празднование королевской фамилии, бюджет выделят».
Да как так-то, еще стул от прежнего наместника не остыл, а я уже в мутные схемы влезаю. Кая спросила, что будем делать с бывшим наместником. Всех его подельников из числа стражников, выданных Рэгхоллом, уже обезоружили, связали и заперли в том самом подвале, где недавно был я. Из тридцати стражников, более-менее честными оказалось восемнадцать.
Подозвал трубача стражи Кэра, того самого что играл на флейте в таверне. Повысил в звании до сержанта и взводного, велел отправляться в особняк бывшего наместнику вместе с патрулём, разместится и занять оборону, заперев всех слуг. Из авантюристов выбрал четверых, выдал задание с солидной оплатой: помочь в охране запертых преступников. Разобравшись со всем, вернее переложив на других ответственность, вернулся к Аише и Кае.
— Толстяка будем охранять лично, — решил я. — Конечно, мы сейчас в таверне расслабимся и отпразднуем удачный финал приключений. Но это не значит, что мы все напьемся и уснем в одной кровати, а этот изменник и коррупционер сбежит. Не будет такого!