Космический инженер (СИ)

Они бросили тело на пол, и оно упало с глухим стуком. Забрак присел на корточки и начал методично обыскивать карманы. Документы, немного кредитов чипами, коммуникатор — все отправилось в специальный контейнер.
— Чисто, — доложил забрак, поднимаясь. — Обычный курьер, ничего интересного.
— Тогда вперед.
Люк открылся с металлическим скрежетом, обнажив черную пропасть. Внизу зияла темная шахта — транспортная система, ведущая в самые глубины города, туда, где гигантские машины перемалывали все, что в них попадало. Оттуда доносился отдаленный гул механизмов и запах химических реагентов.
  
Они снова подхватили тело и без церемоний сбросили его в люк. Алекс слышал, как оно несколько раз ударилось о стенки шахты при падении, а потом наступила тишина.
Тело исчезло в темноте без следа, словно этого человека никогда не существовало.
Алекс почувствовал, как его тошнит. Желудок сжался в болезненный комок, во рту появился кислый привкус. Этот парень был почти его ровесником. Может быть, тоже мечтал о чем-то, строил планы на будущее, любил кого-то, надеялся на лучшую жизнь. А теперь его просто выбросили как мусор, как сломанную машину.
Страх накатил на него с новой силой. Руки тряслись так сильно, что он едва мог удержаться за стену. Дыхание стало поверхностным, сердце колотилось как бешеное. Если его обнаружат, если поймут, что он все видел... Он закончит так же. Дымящаяся дыра в груди, полет в утилизатор, превращение в анонимную массу переработанного сырья.
— Ладно, — торговец повернулся к родианцу, который стоял бледно-зеленый от ужаса, его антенны дрожали мелкой дрожью. — Теперь поговорим о твоем долге.
— Я... я принесу остальные деньги завтра, — пролепетал тот, его голос срывался. — Клянусь, принесу!
— Завтра? — торговец усмехнулся, и эта улыбка была страшнее любой угрозы. — А что мне гарантирует, что ты не сбежишь? Что не обратишься к властям?
— Я не сбегу! Клянусь всеми богами Родии! Я не скажу никому!
— Клятвы дешевы, — торговец покачал головой. — Мне нужны гарантии. Хотя какие гарантии с тебя?
Он кивнул забраку, и тот схватил родианца за одну из антенн. Инопланетянин завизжал от боли — у родианцев эти органы были чрезвычайно чувствительными, и любое воздействие на них причиняло мучительную боль.
— Вот что мы сделаем, — спокойно продолжал торговец, словно обсуждал прогноз погоды. — Ты принесешь деньги через два дня. Ровно через два дня, в это же время, в это же место. Если опоздаешь или попытаешься обмануть меня снова...
Он не договорил, но многозначительно посмотрел на открытый люк, где еще недавно исчез труп. Смысл был предельно ясен.
— Понял, понял! — родианец кивал так энергично, что антенны развевались как флаги на ветру. — Два дня! Ровно два дня!
— Отлично, — торговец улыбнулся. — А теперь убирайся, пока я не передумал и не отправил тебя следом за твоим другом.
Родианец бросился к выходу, даже не оглянувшись на место, где только что лежал его спутник. Его шаги эхом прокатились по коридору, становясь все тише.
Торговец и его люди начали убирать оружие обратно в ящики, работая быстро и слаженно. Алекс понял, что ему нужно уходить, пока они не решили проверить весь комплекс. Если они обнаружат его лабораторию, если поймут, что здесь кто-то работает...
Он осторожно отполз от двери, стараясь не производить ни звука. Каждое движение давалось с трудом — ноги словно налились свинцом, руки не слушались. Адреналин все еще бушевал в крови, заставляя сердце биться в бешеном ритме.
Лестница наверх показалась бесконечной. Каждая ступенька скрипела под его весом, и Алекс замирал после каждого шага, прислушиваясь к звукам снизу. Но преступники были заняты своими делами и не обращали внимания на слабые звуки сверху.
Только добравшись до своей лаборатории, Алекс позволил себе перевести дух. Он прислонился к двери и медленно сполз по ней на пол. Руки дрожали так сильно, что он не мог удержать инструменты, когда попытался их собрать. Образ падающего тела не выходил из головы — снова и снова он видел удивленные глаза, дымящуюся дыру в груди, безжизненное лицо.
Страх был почти физически осязаемым. Он сидел в груди тяжелым комком, мешал дышать, заставлял вздрагивать от каждого звука. Алекс понимал, что стал свидетелем убийства, что знает то, чего знать не должен. И это знание делало его смертельно опасным для преступников.
Если они узнают о нем, если поймут, что в комплексе есть свидетель... Он закончит в том же утилизаторе, превратится в ту же анонимную массу переработанного сырья.
Дорога домой показалась бесконечной. Алекс ехал на общественном спидере, глядя в окно на огни ночного города, но не видя их. Перед глазами все еще стояла сцена убийства — красная вспышка выстрела, падающее тело, равнодушные лица убийц.
Кореллия жила своей обычной жизнью — в кафе на верхних уровнях ужинали богатые семьи, по воздушным коридорам скользили частные транспорты, в развлекательных центрах играла музыка. Люди смеялись, разговаривали, строили планы на завтра. Никто не знал, что несколькими уровнями ниже только что убили человека и выбросили его тело как мусор.
Алекс смотрел на этих людей и чувствовал себя отделенным от них невидимой стеной. Они жили в мире иллюзий, где смерть была абстракцией, где насилие существовало только в голофильмах. А он видел реальность — жестокую, кровавую, безжалостную.
Он думал о том парне. Кем он был? Что привело его в эту ситуацию? Может быть, он тоже просто пытался заработать на жизнь, не подозревая, с какими людьми связался. Может быть, у него была семья, которая сейчас ждет его дома. Которая никогда не узнает, что с ним случилось.
А что, если бы на его месте оказался сам Алекс?
Эта мысль заставила его содрогнуться. Все его знания, все изобретения, все планы на будущее — что бы это значило против бластера в руках безжалостного убийцы? Ничего. Абсолютно ничего.
Интеллект не мог остановить энергетический луч. Образование не защищало от пули. Мечты о великих открытиях превращались в прах перед лицом грубой силы.
Дома Алекс долго не мог заснуть. Он лежал в постели, уставившись в потолок, и прокручивал события в голове. Снова и снова видел вспышку выстрела, падающее тело, равнодушные лица убийц. Слышал звук, с которым голова мертвеца стукалась о металлические предметы. Чувствовал запах горелого мяса.
В школе его учили, что знания — это сила. В архивах он читал о великих ученых и изобретателях, которые меняли галактику своими открытиями. Он сам мечтал стать одним из них, войти в историю как человек, который раскрыл секреты древних технологий.
Но сегодня он понял, что в реальном мире есть другая сила. Более примитивная, но более непосредственная. Сила оружия. Сила страха. Сила тех, кто готов убивать ради денег, власти, или просто потому, что может.
И если он хочет выжить в этом мире, если хочет защитить свои открытия и достичь своих целей, он должен быть готов противостоять этой силе. Должен научиться защищать себя не только знаниями, но и чем-то более осязаемым.
Алекс встал и подошел к окну. Внизу простирался ночной Коронет — бесконечный лабиринт огней и теней. Где-то там, в глубинах города, работали машины, перемалывающие мусор. И среди этого мусора исчезали следы тех, кто оказался в неправильном месте в неправильное время.
Он не хотел стать одним из них. Не хотел, чтобы его мечты и открытия исчезли вместе с ним в пасти утилизатора.
— Завтра, — пробормотал Алекс, чувствуя, как в нем крепнет новая решимость, — завтра я начну учиться защищать себя.
  
Знания были важны. Но без силы их защитить они могли оказаться бесполезными. А в четырнадцать лет Алекс Коррен уже понимал: в этой галактике выживают только те, кто готов бороться за свою жизнь.
Он вернулся в постель, но сон так и не пришел. Всю ночь перед глазами стояло лицо того парня — удивленное, испуганное, мертвое. И Алекс поклялся себе, что никогда не окажется на его месте.