Ритуал (ЛП)

— Что ты жжешь? — спрашивает она.
Когда я не отвечаю, она оглядывается по сторонам, и ее взгляд падает на раковину.
— Это моя юбка? — рычит она.
— Это была твоя юбка, — поправляю я ее, и она сжимает руки в кулаки. — Мне нужно уехать из города на выходные, — говорю я ей, меняя тему. Возможно, это будет не последний предмет ее одежды, от которого я избавлюсь.
Она наклоняет голову в сторону, издавая вздох раздражения.
— Зачем? — ее тон говорит мне, что ей все равно. Просто она чувствует себя обязанной спросить.
— Не ходи в дом Лордов, — итак, я игнорирую ее вопрос.
Ее губы слегка поджались от замешательства.
— Что? Почему я?..
— Не ходи туда, — прерываю я ее.
— Конечно, — она кивает головой, как будто я верю в ту дерьмовую ложь, которую она только что сказала.
— Этого недостаточно, Блейк, — огрызаюсь я.
Она хмыкает.
— Ну, Сара там. Почему я не могу поехать туда и увидеть ее? Тебя не будет в городе. Что еще я должна делать?
Вот чего я боялся. В Доме Лордов вечеринки каждые выходные после церемонии клятвы. Никаких плащей, никаких масок. Просто гребаные оргии. Я не доверяю Мэтту рядом с ней. И я не верю, что она не напьется с Сарой. Черт, в последний раз, когда она это делала, она позволила парню связать ее и наброситься на нее — мне. Так что я очень хорошо знаю, на что она готова. Блейкли изголодалась по физическому вниманию дольше, чем я. Я знал, что не могу этого допустить; она была просто отвергнута. Я не виню ее за то, что она хочет этого сейчас, но я боюсь, что она станет слишком дружелюбной с кем-нибудь. Или кто-то может просто увидеть в пьяной женщине возможность. Я мог бы попросить Прикетта и Ганнера присмотреть за ней, но она не входит в их обязанности. Блейк моя.
Я подхожу к ней, и она застывает, ожидая, что я брошу ее на пол или свяжу и трахну. Вместо этого я говорю:
— Для нас там будет еще много вечеринок. Только обещай мне, что ты не пойдешь в Дом Лордов без меня. Никогда, — пока она не войдет в парадные двери со мной рука об руку, ей не нужно там находиться. И точка.
Ее голубые глаза изучают мои, прежде чем она облизнула губы и кивнула, смягчив голос:
— Я обещаю, — звучит гораздо правдоподобнее.
Обхватив ее щеку, я наклоняюсь и целую ее лоб, шепча:
— Хорошая девочка, — заставляя ее хныкать.
Меня учили наказывать и унижать, когда это необходимо. Но мне также показали, как важна похвала. Блейкли научится жаждать этого от меня так же сильно, как и другого.
ГЛАВА 16
БЛЕЙКЛИ
Я молча сижу на пассажирском сиденье, пока он везет нас в Баррингтон. Моя квартира находится не в кампусе, но достаточно близко, чтобы могла дойти пешком, если понадобится.
— Ты собираешься показать мне, что мы делали той ночью в моей квартире? — спрашиваю я, нарушая неловкое молчание.
Раят молчит, проезжая по одной из многочисленных парковок в поисках свободного места. Я скрещиваю руки на груди и фыркаю. Найдя место, он паркуется. Тянусь к двери, когда Раят протягивает мне свой телефон. Я отпускаю ручку двери и смотрю на него. Он кивает, чтобы я взяла смартфон.
Взяв его из рук, я вижу, что там поставленное на паузу видео. Я нажимаю на «play».
Это я в своей спальне. Лежу на спине, руки подняты над головой, и я в отключке. Раят входит в комнату и подходит к кровати. Задирает мою футболку, кладет руку мне на живот и скользит ею вниз, к нижнему белью. Мои соски твердеют, пока я смотрю, как он спускает руку по моим ногам и раздвигает их. Затем забирается на кровать и садится между ними. Раят начинает ласкать меня пальцами, и мое дыхание учащается ― тело реагирует на видео.
Я смотрю, как его пальцы заставляют меня извиваться на кровати, мое тело оживает для него само по себе. Раят становится грубым, а я вторю его движениям, раскачиваясь взад-вперед, заставляя меня кончить. Он вытаскивает пальцы и проводит ими по моим губам, прежде чем самому их облизать.
Я задыхаюсь, когда смотрю на это. Это единственный звук, который можно услышать внутри машины, пока я сжимаю свои бедра. К счастью, на видео нет звука.
 
Затем Раят срывает с меня футболку и выходит из кадра. Видео останавливается. Не говоря ни слова, бросаю телефон ему на колени, открываю дверь и выхожу. Я практически бегу через парковку к зданию, мне нужно было убежать от него.
Это не должно было меня так сильно возбуждать. Но тот факт, что я не знала о его присутствии, заставило мое тело покрыться испариной. Раят знал, что нужно моему телу, что ему нравится.
Я иду на свой первый урок и сажусь рядом с Сарой. У нее на лице широкая улыбка.
— Как прошла ночь?
Я краснею и опускаю взгляд на свой стол. Конечно, она знает, что я никогда не спала с Мэттом, но пыталась.
— Хорошо. А у тебя?
Она ставит локоть на свой стол и кладет подбородок на руку.
— Потрясающе.
Девушка передо мной оборачивается, сверля меня взглядом.
— Пожалуйста, скажите мне, что вы двое не…
— Не лезь не в свое дело, — говорит ей Сара.
— Может, не надо говорить так громко, — огрызается она, а затем поворачивается обратно, перебрасывая волосы через плечо, как в прошлый раз.
Мы выходим из класса, когда я вижу Раята в другом конце коридора. Как и раньше, он стоит с Ганнером и той блондинкой.
— Обед? — спрашиваю я Сару, прежде чем она уходит.
— Конечно, — бросает она через плечо.
Я пытаюсь подойти к ним поближе, не выглядя так, будто подслушиваю. Я спешу за угол и выглядываю.
Она стоит перед ними, положив обе руки на бедра. Ее короткие светло-русые волосы убраны в высокий хвост, а одета она в короткие шорты и футболку с черными туфлями на каблуках. Она стоит ко мне спиной, поэтому я не вижу ее лица. Ганнер ухмыляется, а Раят выглядит скучающим, глядя на нее.
— Синди Уильямс, — я слышу знакомый голос.
Я подпрыгиваю и оглядываюсь, чтобы увидеть, что Мэтт наблюдает, как я подслушиваю. Черт! Попалась. Почему именно он?
— Кто? — спрашиваю я, скрещивая руки на груди, не ожидая ответа.
Он улыбается холодной и собранной улыбкой. Как будто это был его план, чтобы заставить меня заговорить с ним.
— Ее старший брат… он на пять лет старше меня. Однажды он станет президентом Соединенных Штатов.
— Да, точно, — я смеюсь над этим странным разговором, который мы ведем. Это первый раз, когда он заговорил со мной с тех пор, как мы поссорились здесь, в холле.
— А Раят… — я напряглась, когда он произнес свое имя. — Раят Арчер будет самым безжалостным и известным судьей в Нью-Йорке. Ну, возможно, в США.
Я хмурюсь, глядя на него.
— Зачем ты мне это рассказываешь? — почему он вообще со мной разговаривает? Разве он не был на церемонии клятвы с той девушкой, с которой был в доме Лордов? Разве он не знает, что я принадлежу Раяту?
Он фыркает.
— Синди Уильямс будет миссис Синди Арчер.
Мой пульс ускоряется от его слов. Теперь я понимаю, почему он говорит со мной. Он думает, что может причинить мне боль. Он думает, что я такая нуждающаяся, одинокая сучка, что после одной гребаной ночи уже влюбилась в Раята! Серьезно? Значит, из-за того, что парень наконец-то трахнул меня, я должна его любить?
Он делает шаг ко мне, и я упираюсь спиной в стену.
— Мэтт… — предупреждаю я.
Наклонившись к моему уху, он шепчет:
— Она будет его женой. У нее будут его дети. И она будет той, кого он трахнет, привязав к своей кровати.
У меня по позвоночнику пробегает холодок. Не от его слов, а от того, как он их произносит. Мрачный тон его голоса посылает предупреждающие мурашки по моему позвоночнику.
Он отстраняется и улыбается мне.
— Точно так же, как ты будешь для меня всем этим, — протягивая руку, он играет с прядкой волос, выпавшей из моего беспорядочного пучка. — Развлекайся, пока можешь, Блейкли. Может, он и трахает тебя сейчас, но я буду тем, кто будет обладать тобой до конца твоей жалкой гребаной жизни. И я никогда не позволю тебе увидеть свет. — Наклонившись вперед, он облизнул край моего лица, заставив меня почувствовать вкус рвоты. — И ты заплатишь за то, что сделала со мной. Помни, что сейчас он играет с тобой, но ты будешь принадлежать мне. Пока смерть не разлучит нас. А она не наступит достаточно быстро для тебя. — Его взгляд опускается на засосы, которые Раят оставил на моей шее, затем на синяки на руках и запястьях. — Ты можешь быть его шлюхой, но потом ты будешь моей никчемной шлюхой. — Затем он уходит.