Ритуал (ЛП)

Захожу в свою спальню и вижу, что Раят стоит перед моим окном, любуясь черными шторами, которые теперь аккуратно висят. Должно быть, он повесил их, пока я была в ванной.
— Я готова.
Он смотрит на меня через плечо, а затем поворачивается всем телом, положив руки на бедра. Его взгляд начинает и медленно опускаться с моей груди к ногам, становясь темно-зеленым.
— Переоденься, — приказывает он.
Я смеюсь над этим и иду на кухню.
— Я собираюсь быстро выпить, а потом мы можем идти, — нагнувшись к холодильнику, беру бутылку воды. Выпрямившись, я поворачиваюсь и закрываю дверцу. — Ладно… — Я вскрикиваю, он стоит прямо там, заставляя меня подпрыгнуть. — Господи, Раят…
Он хватает меня за волосы и дергает вперед. Я издаю звук, роняя бутылку. Толкнув меня вниз, он сгибает меня в талии и тащит меня обратно в спальню и бросает на кровать лицом вниз.
Я пытаюсь встать, но он хватает меня за руки и заламывает их за спину.
— Раят… — выдыхаю его имя, когда он садится на мои бедра, прижимая меня к себе, точно зная, к чему это приведет. Он сводит мои руки параллельно спине, удерживая их одной рукой, его пальцы впиваются в мою кожу. Затем я слышу звук пряжки ремня. Раят несколько раз обматывает мои предплечья, затем застегивает ремень, фиксируя их на месте.
Мое лицо уткнулось в плед, размазывая макияж, который я только что нанесла. Он встает с моих бедер и шлепает по ним.
— Подними мою задницу вверх, — приказывает он.
Я закрываю глаза, мое сердце все еще колотится от того, что он притащил меня сюда. Извиваясь изо всех сил, я встаю на колени и раздвигаю их как можно шире, зная, чего он хочет. Все мое тело болит от прошлой ночи. Мои икры горят от той позы, в которой я была, когда он оставил меня там. Мои плечи болят от того, что меня растянули. Моя спина болит от того, как она была перекинута через его подножку. У меня синяки на бедрах. И на ногах от каблуков. Но моя киска? Она пульсирует, умоляя, чтобы к ней прикоснулись. Трахнули. Это причиняет боль самым лучшим образом, и я надеюсь, что так будет и дальше. Напоминание о том, что он делает со мной.
Я вздрагиваю, когда его руки касаются моих бедер. Раят проводит ими по моей заднице, под юбкой, прежде чем откинуть мягкий материал мне на спину. Запустив пальцы в мои трусики, он не спеша, медленно проводит ими вверх и вниз по внутренней стороне материала, его костяшки едва касаются моей киски.
Я втягиваю воздух, когда он оттягивает их в сторону, обнажая меня перед ним.
— Она такая мокрая, — хвалит он, и я утыкаюсь лицом в плед, чтобы он не услышал моего жалкого хныканья. Я всегда знала, что меня возбудит, когда надо мной будут доминировать. — Видишь, как это было легко? — продолжает он. — Чтобы кто-то увидел, что у меня есть, и взял это? — Затем я слышу, как он расстегивает молнию.
Раят не дает мне никакого шанса подготовиться к его члену. Без пальцев. Без языка. Он засовывает в меня свой твердый член, растягивая своим большим размером и заставляя меня кричать. Это больно. Так же, как и прошлой ночью. Мне больно и чувствительно, но я хочу кончить. Я хочу слышать, как он стонет мое имя. Мне нравится, что он не может сдержаться. Что у него есть первобытная потребность сделать меня своей. Снова и снова.
Он раздвигает мои ноги еще шире, и под новым углом моя задница немного опускается. Раят наклоняется ко мне, берет меня за волосы и оттягивает мое лицо назад, грубо трахая меня, пока мы оба не кончаем, и слезы текут по моему лицу.
РАЯТ
Кончив, я вытаскиваю член, и Блейкли опускается на кровать. Я срываю с нее юбку и расстегиваю ремень. Она вытягивается и сопит. Помогая ей сесть, подхожу к ее комоду, открываю третий ящик и достаю пару джинсов.
— Надень это, — я бросаю их на кровать. — Не снимай нижнее белье. — Я хочу, чтобы она весь день ходила в трусах, покрытых спермой. Позже я обязательно засуну их ей в рот. Пусть это будет напоминанием о том, что я делал с ней, когда она не слушалась. Я собираюсь выйти из ее комнаты, но она останавливает меня.
 
— Как ты узнал, где они лежат?
Я оборачиваюсь и смотрю на нее. Я испортил ее макияж, а ее волосы теперь в беспорядке от моих рук. Я испортил все, что она только что сделала с собой за время нашего двадцатиминутного траха. Прислонившись к дверному косяку, я скрещиваю руки на груди.
Ее взгляд падает на юбку в моей руке.
— Раят? — она рявкает мое имя. — Ты знал, где ножницы. А теперь и мои джинсы. — Ее голос повышается.
Я улыбаюсь. Она милая, когда злится. Я запомню это.
— Ты… ты рылся в моей комнате, когда меня здесь не было?
Я кладу ее бесчувственное тело на кровать. Стоя рядом с ней, я смотрю, как она спит. Она потеряла сознание в тот момент, когда кончила мне на лицо в моей постели на вечеринке в доме Лордов. Я одел ее, посадил в машину и отвез обратно в ее квартиру, пока Ганнер ехал за мной в своей машине с пьяной, отключившейся Сарой.
Завтра Блейкли мало что будет помнить. Слишком много алкоголя может сделать это с тобой.
— Готов? — Ганнер заходит в ее комнату, чтобы узнать, готов ли я к тому, ради чего мы сюда приехали.
— Дай мне минутку, — отвечаю я. Зайдя в ее ванную, я открываю ящики, ища то, что будет очень важно, когда я выберу ее своей.
Пригнувшись, открываю нижние шкафы под раковиной и вижу там средства для волос и щипцы для завивки. Встав, открываю ящик рядом с ее раковиной.
— А-га, — достаю светло-розовый контейнер. Открыв его, я вижу противозачаточные средства и убеждаюсь, что она принимает их в нужный день. Если они у нее есть, это не значит, что она их принимает. А она принимает. Как раз то, что я хотел знать. Теперь, когда знаю, что она девственница, я хочу убедиться, что мне не придется использовать презерватив. Последнее, что мне нужно, это чтобы она забеременела.
Положив контейнер на место, выхожу из ее комнаты и иду в гостиную. Достаю из заднего кармана ее сотовый, ключи и удостоверение личности и вываливаю все на столешницу на кухне.
— Я готов, — я машу Ганнеру, пока он вынимает вещи Сары.
— Нет, — говорю я ей честно. — Я посмотрел, когда привез тебя домой с вечеринки у Лордов. — Я не просто перебирал ее вещи.
Она опускает свой взгляд в пол и хмурит брови.
— Прошлой ночью… прошлой ночью ты сказал, что покажешь мне, что ты сделал со мной, когда я выпила эту дрянь, — ее взгляд снова встречается с моим. — В ту ночь ты установил здесь камеры?
— Да, — она никогда их не найдет. В ту ночь мы с Ганнером были готовы к выполнению задания. Мы пробыли здесь более двух часов.
— Сколько? — требует она, поднимаясь на ноги, но покачивается на дрожащих ногах от того, что моей член был в ее киске. Поэтому сбрасывает каблуки для большей устойчивости.
— Достаточно.
— Раят, — она бросается ко мне. — Ты не имел права!
Я протягиваю руку, хватаю ее за шею и впечатываю ее в стену рядом с дверью. Прижимаюсь к ней лицом, и наши носы практически соприкасаются. Она прерывисто выдыхает.
— Как бы мне ни нравилась эта твоя маленькая позиция, — ее красивые голубые глаза сужаются до щелочек. — Нам нужно кое-где быть. Одевайся, приводи себя в порядок, и пойдем.
С этими словами я отпускаю ее и иду на кухню, оставляя ее готовиться. Открываю ящик рядом с раковиной, беру зажигалку и подношу ее к юбке, поджигаю, а затем бросаю в раковину. Она была слишком короткой и легкодоступной. Она думала, что я, блядь, шучу, когда сказал ей переодеться. Это не так. Блейкли быстро усвоит, что я не шучу по поводу дерьма, и мне не составит труда доказать ей это.
Как и шторы. Я купил их, потому что однажды сидел в машине и дрочил на то, как она ходит голая по своей комнате и принимает душ. Я не позволю другому мужчине делать то же самое. Поэтому мне пришлось добавить ей защиты.
Она разгоняет дым, когда входит в открытую гостиную/кухню. Теперь она одета в джинсы, которые я выбрал. Ее макияж поправлен, но она уложила волосы в беспорядочный пучок, вместо того чтобы потратить время на то, чтобы что-то с ними сделать.