Грешные желания Сары

Порывисто вздохнув, Сара попыталась улыбнуться.
– Благодарю вас, миледи, я…
– Прошу вас, зовите меня Хлоей.
– Тогда вы зовите меня Сарой.
– Почту за честь, – сказала Хлоя.
Устоять перед возможностью с кем-нибудь разделить хотя бы часть своих горестей было трудно.
– Вы обещаете, что не скажете ни слова брату из того, что услышите от меня?
– Даю вам слово, – заверила ее Хлоя со всей серьезностью.
Собравшись с духом, Сара огляделась по сторонам, опасаясь, как бы никто не услышал того, что она собиралась сказать. Вокруг никого не было настолько близко, чтобы разобрать ее шепот, и она начала:
– То, что мистера Денисона для меня подыскали родители, правда. Это брак по расчету, брак, вступить в который я обязана, хотя и не по одной той причине, что я назвала лорду Спенсеру.
Леди Ньюбери смотрела на Сару с возросшим вниманием, однако без тревоги. Чуть склонив голову, она после недолгой паузы спросила:
– Тогда почему?
– Подробности сообщить я вам не могу, – вымолвила Сара, понимая, что уже и так открыла слишком много. – Скажу точнее, я вам их не сообщу. Судьба всей моей семьи, будущее моих сестер зависит от моего молчания. Боже мой, да если бы вы узнали… вы бы сочли меня недостойной внимания вашего брата.
– Но вы не производите впечатления человека с дурными наклонностями, скорее, того, кто, совершив лишь единожды неблагоразумный поступок, всю оставшуюся жизнь казнит себя за него. Что касается моего брата, леди Сара, он хороший человек и, безусловно, заслуживает достойной пары. Но, согласитесь, он заслуживает также возможности сделать взвешенный выбор.
Сара кивнула, не представляя, куда может завести такой разговор. После всего, что она сказала, леди Ньюбери едва ли могла относиться к ней положительно.
Хлоя нахмурила лоб, будто обдумывая что-то, а затем продолжила:
– Но как он может это сделать, не зная всех обстоятельств?
Сара откинулась на спинку стула. Сердце девушки тревожно сжалось и… ее объял неодолимый страх. Она чувствовала себя так, будто леди Ньюбери придвинула ее стул к краю обрыва и продолжала подталкивать к пропасти. Боже праведный, ее вот-вот поглотит бездна!
– Я не то, что ему нужно.
– Это говорите вы. Но что, если он считает наоборот?
– Вряд ли, поскольку я не могу раскрыть ему все доводы в пользу замужества за мистером Денисоном.
«Уж точно не ему».
Мысль о том, чтобы добровольно вызвать осуждение Кристофера, была невыносимой. Его презрение к ней перейдет все мыслимые границы, если ему станет известно, что она из себя представляет.
– Вы боитесь того, как он воспримет.
Это не было вопросом, скорее, являлось замечанием, отражающим собственные мысли Сары.
– Ужасно боюсь, – призналась мисс Эндовер. Она протянула руку к своей чашке, но тут же передумала, так как чай, должно быть, уже остыл, а пить его едва теплым удовольствия мало.
– Это говорит о том, что его мнение много для вас значит… вероятно, из-за ваших чувств к нему?
«Чувств».
Прикрыв на секунду глаза, чтобы совладать с нахлынувшим на нее хаосом эмоций, Сара внутренним взором увидела лорда Спенсера. За то недолгое время, что она его знала, девушка прониклась к нему нежностью, возможно, потому, что он не пытался соблазнять ее. Не говорил ей пышных банальностей, не восхвалял ее красоту, не жаловался на невыносимые страдания, которые она ему причинит, не ответив взаимностью на его пламенное чувство.
Сара углубилась в себя, пытаясь постичь, что у нее на сердце. Невозможно было отрицать то воздействие, которое он оказывал на нее с момента их знакомства, или то, что, просыпаясь, каждый раз она с нетерпением ожидала встречи с ним.
– Он мне очень нравится, – сказала девушка.
Хлоя кивнула.
– Значит, вы считаете его своим другом?
– Конечно!
– В таком случае вы знаете, что должны делать, – подытожила Хлоя. – Более того, я не дам своему брату увлечься миражом, а именно это, боюсь, может произойти, если вы не откроете перед ним свои карты. – Она откусила печенье, прежде чем продолжить: – Вы, леди Сара, явно попали в беду, и потому перед вами особенно трудно устоять столь благородному рыцарю, как Спенсер.
 
Сердце Сары тяжело ухало в груди, и она не сразу заметила, как сжимает пальцами ткань своей юбки, сминая ее настолько крепко, что потом вряд ли получится разгладить складки.
– Я не знаю, хватит ли у меня выдержки, хватит ли смелости справиться с таким испытанием. – Она говорила это не столько Хлое, сколько самой себе. – Но вы правы. Лорду Спенсеру не следует привязываться к женщине, чье прошлое, незапятнанность которого он, несомненно, предполагает, остается скрытым от него. Поэтому я вам обещаю, что не буду развивать с ним отношений до тех пор, пока не найду в себе силы все рассказать.
– На мой взгляд, это вполне разумно, – согласилась с Сарой Хлоя. Она положила свою ладонь на руку девушки. – Я могу лишь догадываться, в чем состоит ваша тайна, Сара, но хочу, чтобы вы знали – я восхищаюсь вашей смелостью. Восхищаюсь тем, что вы готовы вступить в нежеланный для вас брак ради ваших родных, а также вашим решением совершить праведный поступок, хотя это и будет нелегко. С другой стороны, уверяю вас, худшее, что вы могли бы сделать, – это продолжать строить отношения, любые отношения, основываясь на лжи. Даже если она порождена недосказанностью.
– Мы иногда позволяем себе увлечься желаниями, которым не осталось бы места, если раскрыть о себе всю правду.
– Откройте ему свои тайны, леди Сара, прошу вас. Спенсер способен понять и простить, ежели только его к этому не принуждают силой или обманом. Поговорите с ним, коль считаете, что есть хоть малейшая надежда на то, что у вас может быть общее будущее. Вы мне уже определенно нравитесь, хотя я не провела в вашем обществе и получаса. Неудивительно, что он, должно быть, совершенно пленен вами.
Проснувшись на следующее утро, Сара быстро поднялась, прошла босиком по ковру и распахнула шторы, за которыми в голубых небесах сияло солнце.
Приведя себя в порядок, она вышла из комнаты в общую гостиную, где Джульетта увлеченно читала книгу, устроившись в кресле. Однако, заметив вошедшую Сару, девушка тут же подняла глаза.
– Доброе утро, – сказала она.
Саре было чрезвычайно приятно вот так застать свою сестру. Привычность подобной ситуации вызвала в ее душе ощущение покоя и уюта, как и всё, что было связано с воспоминаниями о безмятежном детстве.
Джульетта приветливо улыбнулась, отвлекаясь от повествования, и книга едва не выскользнула из ее ладоней.
– Эстер сейчас расчесывает Элис, но скоро она уже будет готова. Ты пойдешь с нами завтракать?
– С большим удовольствием, – ответила ей Сара. – По правде говоря, я умираю с голоду.
Но, как бы она ни была голодна, Сара не могла дождаться конца завтрака, хотя и не имела желания уходить раньше, чем сестры окончат трапезу.
– Мы собираемся поехать покататься чуть позже, – сказала Элис, отпивая чай. – Леди Фиона говорила, что сельские магазины довольно интересны и стоят того, чтобы их посетить. Она предложила нам поехать с ней. Ты, может, тоже хочешь?
– Спасибо, что не забыла обо мне, – сказала ей Сара, – но у меня есть кое-какие дела, которыми я хочу заняться сегодня.
У ее сестры не оказалось возможности поинтересоваться, что это были за дела, так как в ту самую минуту в столовую вошли леди Фиона, леди Лора и леди Эмили, которые сразу же присоединились к ним.
– Вы уже видели сегодня Спенсера? – спросила у Сары леди Лора, наполнив тарелку гренками и беконом. – Обычно он встает рано, а так как он у нас специалист по древнегреческой поэзии, я думала спросить у него, кого можно упомянуть в романе, который пишу, в качестве примера неугасающей любви.
– Как насчет Одиссея и Пенелопы? – предложила Сара.
– Да, я думала о них, – ответила леди Лора, – но мне нужно что-нибудь не столь общеизвестное. Все знают об Одиссее и Пенелопе… это слишком предсказуемо.