Беспощадный король (ЛП)

Выражение лица Кейда становится серьёзным, и на мгновение мне кажется, что он собирается остановить Джексона и попросить его не уходить. Возможно, он даже заставит его посмотреть, что меня бы совсем не удивило. Но вместо этого он просто пожимает плечами.
— Если хочешь пропустить, то пожалуйста, — говорит он, даже не глядя в сторону Джексона. Вместо этого он внимательно смотрит на меня, и я замечаю в его взгляде тепло – результат месяца воздержания, насколько я знаю.
  
На самом деле я не знаю, верны ли мне парни. Но что-то в глубине души подсказывает мне, что это так, что они не хотят никого другого. Я не могу быть уверена, но что-то в интенсивности каждой нашей встречи заставляет меня думать, что ни Дин, ни Кейд ни с кем другим не встречаются. Что я подхожу им, несмотря на то, как сильно им, вероятно, хотелось бы, чтобы я думала иначе.
Эта мысль делает меня счастливее, чем, вероятно, следовало бы.
Я встаю, поворачиваюсь и опираюсь руками на скамью. Моё сердце бешено колотится в груди, и всё, о чем я могу думать, это о том, что Кейд спросил, могу ли я это принять. Возможно, он меняется. Они меняются. Всё могло бы быть по-другому.
Может быть.
Моя грудь сжимается от звука удаляющихся шагов Джексона, тяжёлых и сердитых. Однако любая вспышка боли, которую я чувствую, немедленно прерывается ощущением руки Кейда на моей заднице. Он очерчивает круги по плотному материалу моих тренировочных штанов.
— Я скучал по этой заднице, — его голос становится более глубоким, с резкими нотками. Я знаю, как он звучит сейчас, когда возбуждён, по тому, как его голос становится глубже, а член твёрже от вожделения. — Мне не хватало возможности отшлёпать тебя, когда ты плохо себя ведёшь, малышка Сейнт. — Его ладонь на секунду замирает, а затем опускается на мою ягодицу с такой силой, что у меня перехватывает дыхание.
Но не так сильно, как раньше. Я могу сказать, что он старается быть осторожным со мной, и это даже немного мило. Однако я также жажду большего, и я выгибаю спину, прижимаясь к ладони Кейда, когда она второй раз опускается на мою задницу.
— Я скучаю по этому занятию, — рычит он, снова шлёпая меня. Я чувствую, как моя кожа краснеет под тканью, а между ног разгорается жар, пропитывая мои трусики влагой. Я радуюсь, что сегодня надела черные тренировочные брюки, и Кейд ни за что не увидит, насколько я возбуждена.
Затем он просовывает руку мне между ног, обхватывает меня, и я сдерживаю стон под давлением его руки.
— Я скучаю по тому, как трахал эту киску. Скучаешь ли ты по этому, малышка? Скучаешь ли ты по моему твёрдому члену в твоей маленькой, узкой киске?
О боже. На мгновение я замолкаю, хотя моё прерывистое дыхание, полное желания, должно быть красноречивым ответом. Однако Кейду этого будет недостаточно. Он, вероятно, захочет, чтобы я сама ему всё рассказала.
Его рука снова опускается на мою ягодицу, на этот раз сильнее, и я вздрагиваю.
— Хорошие девочки слушаются своих хозяев, — говорит он низким, хрипловатым голосом. — Тебе нужен урок о том, кто твой хозяин, Афина?
Я не могу удержаться. Я оборачиваюсь через плечо и встречаюсь с его глазами цвета морской волны.
— Честно говоря, — говорю я с лёгкой иронией, — я уже не знаю, кто это — ты или Дин. Не думаю, что мы когда-либо это обсуждали.
В глазах Кейда загорается опасный огонёк, от которого по моей спине пробегают мурашки.
— Возможно, нам придётся во всём разобраться, — бормочет он, приближаясь ко мне сзади. Обе его руки опускаются на мою попку, сжимая и разжимая её, пока я не могу сдержать стон. — Или, может быть, мы просто решим разделить тебя. Тебе бы этого хотелось, малышка Сейнт? Чтобы ты принадлежала нам обоим? Чтобы мы оба могли наказывать тебя, трахать и брать, когда захотим?
Он придвигается ближе, пока его бедра не прижимаются к моей заднице, а его внушительная эрекция не упирается в мою ноющую киску. Он такой твёрдый, что я ощущаю его выпуклости даже сквозь слои ткани, и я снова издаю тихий всхлип, выгибаясь навстречу ему.
— Нет, — шепчу я, но вздох, который я издаю, когда Кейд снова прижимается ко мне, выдаёт мою ложь.
— Ты лжёшь, малышка, — произносит Кейд, протягивая руку и прижимая пальцы к ткани в том месте, где находится мой клитор, достаточно сильно, чтобы заставить меня извиваться в его объятиях. — Ты знаешь, что случается с плохими девочками, когда они лгут?
— Что? — Я снова смотрю на него, мои губы дрожат.
— Ммм, — рычит Кейд, отступая на шаг и снова сжимая мою задницу. — Ты узнаешь, когда мы вернёмся домой сегодня вечером. Но прежде всего, я думаю, ты слишком долго держала свой острый язык при себе. Пришло время тебе вспомнить, кому он принадлежит.
О боже! При мысли о том, как Кейд кружит вокруг меня, позволяя увидеть его плотные и твёрдые очертания в спортивных шортах, у меня между ног пульсирует возбуждение. Трудно продолжать притворяться, что я не хочу его, когда я становлюсь такой влажной от одной только мысли о том, как он вталкивает всю свою твёрдую плоть в моё горло, требуя, чтобы я пососала его.
— Ты хочешь этого, не так ли? — Усмехается Кейд, протягивая руку к поясу своих шорт. Его рука скользит внутрь, массируя член, а я остаюсь на месте, наблюдая за ним голодными глазами. Сейчас я даже не могу притворяться вызывающей. Я слишком возбуждена. Прошло слишком много времени, и я действительно хочу этого.
Но я заставлю его попотеть, если он захочет услышать это вслух.
— Я пытался удовлетворять себя, пока ты поправлялась, — говорит Кейд, медленно приспуская шорты, чтобы высвободить свой внушительный член. — Но это было совсем не то, малышка. Нигде я не ощущал такого блаженства, как в твоей киске, в твоей попке или даже в твоём ротике. Я уже несколько дней не прикасался к себе. Всё это время я хранил себя для тебя.
Его рука вновь скользит вниз, обхватывает яйца и опускает пояс, чтобы они тоже были на виду: тяжёлые и набухшие за его пульсирующим стволом.
— Они ужасно болят, Афина, и всё это из-за тебя. Так что открой рот, будь хорошей девочкой и прими мой член.
Я должна была бы сопротивляться. Я должна была хотя бы немного побороться с ним. Но я не хочу. В этот момент я мечтаю, чтобы Дин оказался позади меня, обхватил мои бедра и погрузил свой член в мою киску, пока я буду брать член Кейда в рот. Его пальцы будут сжимать мою горячую, ноющую задницу, которую он только что отшлёпал. Мой клитор пульсирует, а киска жаждет, чтобы её наполнили, и вместо того, чтобы противостоять Кейду, я просто открываю рот, глядя на него снизу вверх, когда он вставляет головку своего члена между моими губами.
— О, черт, — говорит Кейд, глядя на меня сверху вниз, и я замечаю удивление в его глазах. — Боже, ты действительно хотела этот грёбаный член, не так ли? — Он стонет, проникая в мой рот ещё на дюйм. Мой язык обводит кончик его члена, пробуя на вкус его каплющую сперму, в то время как его член раздвигает мои губы, скользя по языку к задней стенке горла. — Боже, малыша Сейнт, мне нравится, как ты мне отсасываешь.
Мне нравится доставлять тебе удовольствие. Я рада, что не могу произнести вслух то, о чём думаю. Сейчас я не в состоянии говорить об этом, потому что Кейд был бы в ярости, если бы я когда-либо сказала ему нечто подобное. Но в глубине души я не шучу, и это самое странное.
Я не сопротивлялась ему, потому что, как бы забавно ни было играть с ним в игры и получать за это наказание, я хотела этого. Я желала ощутить его вкус, почувствовать его у себя во рту, почти слишком большого для меня. Мне хотелось провести языком по его выпуклостям, облизать бархатистую головку и услышать его стоны, когда мои губы скользнут вниз, а мышцы моего горла сомкнутся вокруг него.
  
— О, черт, — стонет Кейд. — Я не выдержу, если ты будешь продолжать в том же духе. — Его рука нежно касается моих волос, лаская затылок, в то время как бёдра движутся вперёд-назад, входя и выходя из моего рта.
Он снова прижимается к моему горлу, его рука крепко сжимает мою голову, и удерживает меня там достаточно долго, чтобы я почувствовала лёгкое удушье. Затем, когда он снова позволяет мне подняться, я замечаю, как напрягаются мышцы его бёдер, и понимаю, что он близок к разрядке.