Яблочный пирог и любовь

Эрва подняла голову, поймала любопытные взгляды Дамлы и Су и на секунду замерла. В тот же момент мое сердце пропустило удар, а расческа застряла в волосах.
Сперва подруга нахмурилась, будто была чем-то озадачена, но затем ответила ровным тоном, как ни в чем не бывало:
– На самом деле, на прошлой неделе брат сказал маме: «Потерпи, скоро все закончится». Может, это было про его отношения с Ясмин.
  
Су, снова заглядывая в мой шкаф, весело пробормотала:
– А может, это было про кого-то совсем другого, кто знает…
Эрва на несколько секунд задумалась, уставившись в одну точку. В это время я пыталась проглотить ком в горле и отводила глаза.
Затем запах свежеиспеченного маминого печенья увлек Дамлу и Су на кухню. А я, проверив часы на телефоне, продолжила ворчать. Эрва, развалившись на моей кровати, отшвырнула в сторону журналы, которые ей уже надоело листать, и села:
– Очень интересно узнать, какой же это наряд заставил тебя так задержаться. Надеюсь, Эмир не придет в итоге с каким-нибудь смешным костюмом прикола ради.
Едва она договорила, как мои брови в ужасе взлетели вверх. Страшная догадка вспыхнула в мозгу. Я тут же нашла в контактах имя Ромео и нажала кнопку вызова. Едва он снял трубку, я, не дожидаясь, пока он скажет хоть слово, взвинченно затараторила, тряся в воздухе указательным пальцем:
– Эмир, если ты принесешь костюм Женщины-кошки, клянусь, я не пойду с тобой ни на какой бал!
Не успела я закончить, как он расхохотался. Я так и представляла, как он сейчас держится за живот, заливаясь смехом. Когда Эмир наконец перевел дух, то заговорил, все еще хихикая:
– Женщины-кошки? Может, хватит уже давать волю своим фантазиям, Джульетта?
И вот тут мои щеки порозовели от смеси злости и смущения. Я спрятала палец в кулак:
– У меня вообще нет никаких фантазий, Ханзаде! Просто ты страшно задерживаешься, и я испугалась, что ты принесешь какой-нибудь дурацкий костюм!
Моя ярость нисколько не испортила ему настроение. Когда он заговорил снова, в его голосе все еще звучало веселье:
– Во-первых, я буду у твоего дома с платьем через пять минут. Во-вторых, единственное место, где я позволю тебе носить костюм Женщины-кошки, дорогая, – это наша спальня.
Мой рот открылся от изумления, и я даже не могла представить, какого цвета стало лицо. Наверное, свекольного. Не говоря ни слова, я сбросила звонок, швырнула телефон на кровать и тут же наткнулась на взгляд Эрвы:
– Что случилось? Почему ты так злишься? И отчего такая красная?
Я сглотнула. Чтобы злость заглушила смущение, я громко проворчала:
– Этот парень совсем без тормозов! Клянусь, он наглый, избалованный и очень, очень, очень…
Я сжала кулак и легонько стукнула по столу, но Эрва подошла ко мне, и в ее взгляде читалось коварство.
– И очень красивый, да? – Она закончила мою фразу с ухмылкой.
Я скривилась:
– Ой, да ну тебя.
Она рассмеялась так громко, что я была уверена: Дамла и Су сейчас прибегут в комнату, сгорая от любопытства. Отсмеявшись, подруга села рядом со мной, посмотрела мне в глаза и сказала:
– Скажи-ка, почему, когда дело касается этого мужчины, ты всегда в оборонительной позиции?
Я нахмурилась, но отвела взгляд. Неужели это правда так заметно? Не дав мне опомниться, она перешла в атаку:
– Тогда я скажу за тебя. Если ты не будешь защищаться, тебе придется признать, что ты понемногу поддаешься его чарам. А ты, Сахра, слишком упряма, чтобы с этим согласиться.
Я вскинула голову и уставилась на нее. Уже открыла рот, чтобы возразить, но так и застыла. Опять ее бред! Ничего я не поддаюсь!
…Или все-таки поддаюсь?
Я сглотнула, покачала головой и, как всегда в минуты паники, начала нести чушь на одном дыхании:
– Прекрати пороть чепуху, Эрва! Ладно, признаю, может, я немного подвержена его влиянию. В конце концов, он очень красивый, забавный, веселый, полный сюрпризов, а еще у него с ума сойти какие кубики на животе…
Эрва хихикнула и подняла бровь:
– Погоди… «С ума сойти какие кубики на животе»?
Не успев пожалеть о необдуманных словах, я поняла, что мои худшие опасения сбылись. Дамла и Су уже заходили в комнату, жуя печенье.
– У кого-о-о кубики? – Дамла попыталась поймать кусок печенины, падающий с ее губ.
Я быстро вмешалась:
– Ни у кого!
Но мой нервный голос никого не убедил. Эрва ухмыльнулась:
– Сахра как раз рассказывала, какой у Эмира впечатляющий пресс.
Я поняла, что все кончено. Глубоко вздохнула и приготовилась к худшему. Как я и предполагала, глаза Дамлы и Су загорелись, и я надулась заранее.
– А что такого? Сахра верно говорит: у парня на животе целый поднос пахлавы, – сказала Су, и все, кроме меня, рассмеялись.
Эрва тут же развернула меня к себе и посмотрела в глаза:
– Значит, твоя задача на сегодня – откусить от этой пахлавы большой кусок. Поняла, агент Сахра?
Шокированная, я вытаращила глаза, а девчонки покатились со смеху. Не в силах дальше выносить их подколки, я выбежала из комнаты с пылающими щеками. Под их хохот я вышла в сад как раз в тот момент, когда машина Эмира припарковалась у дома. Я направилась к нему, шаркая домашними тапочками и маша рукой перед лицом, чтобы вернуть щекам нормальный цвет. Мне повезло – на улице стоял лютый холод. Закутавшись в толстый свитер, я подумала, что в такую погоду румянец скрыть нетрудно.
Но, увидев меня, Эмир усмехнулся, будто все про меня знал, и я чуть не споткнулась. Он открыл багажник, достал довольно большую коробку (видимо, с платьем) и протянул ее мне с ухмылкой:
– Если ты хочешь быть Женщиной-кошкой, у нас еще есть время найти костюм.
Я поморщилась и резко выхватила коробку:
– А ты, если не хочешь идти на бал один, заткнись, Ханзаде!
Губы Эмира растянулись в довольной ухмылке. Пока я пристраивала коробку под мышкой, он сказал:
– Ты собирайся, а я буду ждать тебя здесь ровно через сорок минут.
Он еще даже не переоделся. Типу вроде него, который выглядит эффектно даже в пижаме, сорока минут хватило бы с лихвой. Но я была уверена, что девчонки внутри отреагируют на это так, будто до взрыва бомбы остались считаные мгновения.
Все же я кивнула и, чтобы не мерзнуть дальше, быстро развернулась и пошла к дому. Через пару секунд Эмир окликнул меня. Я обернулась и увидела его спокойную улыбку:
– Обязательно распусти волосы, Джульетта…
И, не дав мне спросить, это еще зачем, он сел в свою белую машину и уехал.
Я с трудом доковыляла до дома с огромной коробкой, которая по габаритам была как половина меня. Войдя в комнату, я тут же перестала представлять интерес для девчонок. Не глядя на меня, они в мгновение ока выхватили у меня коробку и с визгом принялись распаковывать.
Затем наступила тишина…
Я не знала, что внутри, но Дамла прикрыла рот руками, а Эрва, не моргая, смотрела на то, что Су подняла в воздух. Я протиснулась между подругами и увидела, что с тонких пальцев Су свисает нечто потрясающее.
Оно было красным. Темным, очень темно-красным. Настолько глубокий цвет, будто его создала страстная кисть художника. Даже не нужно было трогать ткань, чтобы оценить ее качество, – мягкость ощущалась с первого взгляда. Швы были безупречны. Да, я не особо разбиралась в моде, но понимала: любая женщина на Земле задержит взгляд на этом платье хотя бы на десять секунд.
– Ты должна надеть его. Сейчас же, – сказала Дамла восхищенным голосом.
Я сбросила с себя домашнюю одежду и ощутила, как шелковистая ткань касается кожи. Подошла к зеркалу и не поверила своим глазам. Платье было длинным, до самых каблуков, и облегало тело так, будто было сшито специально для меня. Но при этом я чувствовала себя невероятно комфортно. Тонкие бретели, продуманный крой, подчеркивающий грудь, – все это выглядело одновременно элегантно и сексуально.
  
Я повернулась к девочкам, которые с восхищением разглядывали платье. Улыбнулась и уперла кулаки в свою ставшую еще тоньше талию: