Дорожная пыль

Первым неладное заметил, как ни странно, свин. Он встал на месте, как вкопанный, и опустил пятак к земле, как часто делал в минуту опасности. Я всмотрелся сквозь листву, и мне показалось, что увидел гуманоидный силуэт, и даже вроде как разговаривает кто-то, на грани слышимости. Немного поплутав в настройках, я оставил всех петов на месте, и как можно аккуратнее подошел к краю примеченной густо заросшей области. Стоило мне медленно и осторожно забраться в середину густого и колючего куста, покрытого приторно пахнущими цветами, как голоса (не почудилось мне!) внезапно стали приближаться. Я замер как мышка, опустившись на корточки и стараясь даже дышать через раз, за что был вознагражден системой.
  
Маскировка +30 
Так, если это игроки, а больше тут появиться вроде как и не кому, светиться мне никак нельзя! Так что включу-как я анонимность на всякий случай! Способность включена, в руках заряжены заклинания. Голоса приблизились немного, стали различимы, и снова замерли на месте.
Я сидел как можно более неподвижно, стараясь не пропустить ни единого слова. Получалось, честно говоря, не очень, не хватало навыков, которыми, несомненно, обладают Шиза с Масой. Вот здесь их страсть к охоте точно бы пригодилась! Но тем не менее, большую часть разговора я слышал. Хорошо хоть петы сидят почти в пятидесяти метрах, Оливер своим пыхтением выдал бы меня с головой.
– А если он не придет? – спрашивал женский голос, высокий и капризный. Ее обладательницу я для себя окрестил принцессой, интонации похожи.
– Придет, – уверенно отвечал ей молодой мужской голос, то и дело срывающийся на фальцет, будет у меня трубадуром, – Мух написал, что они уже недалеко.
– А что Перу надо-то от него? – обладатель третьего голоса был хрипл, станет у меня ослом, – Он же не хай какой-то! Доспехи пираты не носят… Или у него в ножнах завалялось что интересное, а? Что у него есть такого, что Перо сам заинтересовался?
– А вот это не твоего ума дело! – ответила ему принцесса, – Нужно было бы – тебе бы сказали!
– А тебе прям сказали! – подначил ее осел.
– А вот сказали! – так и вижу, как принцесса ослу язык показывает.
– Ну и что тебе сказали? – не унимался осел.
– Тихо всем! – четвертый голос был женский, и какой-то мяукающий, обволакивающий. Кошка, будет кошкой у меня, – Все, кому нужно, знают. Точка.
Последовало недолгое молчание, на фоне которого раздавался едва слышный хриплый бубнеж.
– Понял! – вдруг громко сказал осел, – У него есть карта! Поэтому мы ждем! Пока он что-то там выкопает!
– Ну аналитик прям! – мяукнула кошка, – Прям Знайка младший! Ррозт!!!
– Ах ты! – хрипнул осел, взвизгнула сталь, покидающая ножны, одновременно раздался посвист меньшей стали, совершившей короткий полет и с тупым звуком воткнувшейся во что-то мягкое.
– Вы чо? – взвизгнула принцесса, – Чо творите?
– Адснем! – мяв кошки уже был похож на рык, она пару раз вскрикнула в отчаянии в унисон звукам разрезаемого сталью воздуха, после чего в стороне говоривших оглушительно грохнуло, полыхнуло пламя, темное какое-то, с фиолетовыми молниями внутри, еще раз взвизгнула принцесса, в этот раз без слов, и все стихло. Кажется, пришло время вмешаться. Я встал и быстро пошел в ту сторону, откуда слышал разговор. Буквально десяток метров – и вот она, в растрепанном, порванном клинками и обгоревшем когда-то бывшим зеленом платье, стоит над посмертными коконами трех игроков, тяжело дыша и затравленно озираясь. Кошка?
– А ты еще кто? – точно кошка, ник и уровень, конечно же, скрыты, – Адснем!!
Внимание! Вы не можете произнести ни звука! (эффект нейтрализован способностью «Власть разума»). 
Значит, вот как? Демоническими заклинаниями в меня пуляться? На-ка тебе «вырви кость»! И еще! И еще!
– Как? – рыкнула она в меру способностей, атакуя меня каменной картечью, и тут же замирая в результате действия «электрощита», – Как так-то?
– А вот так! – буркнул я, нанося последний удар. Жизни у нее было совсем немного, да и друзья-противники ее потрепали знатно. Я коротко хохотнул, услышав топот и возню в кустах с той стороны, откуда пришел. Явились, защитнички! Первым на поле битвы выскочил Оливер, захрюкал угрожающе, вертясь на месте в поисках опасности. Следом вползла арахна, затем величаво вплыл наблюдатель.
– Да, дружище, – сказал я последнему, выгребая содержимое одного кокона за другим, – Со скоростью передвижения у тебя не очень!
Демон, разумеется, ничего не ответил, только моргнул внезапно прорезавшимися четырьмя маленькими глазками по бокам своего покрытого слизью корпуса. Надо же, страшилище какое все-таки! Надо назвать его как-нибудь. Но прежде – возобновить обкаст и сменить место дислокации.
Наш цыганский караван в составе демона, паучары и дрища верхом на хряке потихоньку продвигался по джунглям. Нашлась узкая тропинка, идущая от побережья куда-то вглубь леса. Очень, очень важно мне не пропустить появление этого Волчонка! Остров достаточно большой, но удобное место для высадки с корабля только одно. А вот куда он с него пойдет – это вопрос.
– Так кто же ты такой? – внезапно раздалось справа по ходу моего движения. Кошка? Она, стоит посреди деревьев, не прячась, под защитой мечника в легком доспехе с большим круглым щитом. Трубадур, наверное. Расслабился я что-то, забыл, что возрожденные игроки могут сюда свитками прилететь.
– Отдай вещи, заплати виру и уходи с острова, – точно трубадур, опять на слове «виру» петуха дал.
– Вот еще, – сказал я, слезая с кабана, – Мне тут нравится. Природа там, птички, и все такое…
– Я сказал… – опять дал петуха трубадур, но был перебит кошкой.
– Тебе ведь Соловей нужен, – замяукала она, – Точнее, нужен сундук! Только вот ни я, ни ты сундук не выкопаем, даже с картой, это может сделать только игрок-пират. Предлагаю объединиться. Мы возьмем с его тела один предмет, остальное твое.
– Какой еще Соловей? – не понял я, после чего помотал головой, – Нет, уходите сами, не мешайтесь под ногами!
– Слушай!.. – начал было мечник с интонацией человека, потерявшего терпение, но я не стал дожидаться окончания разговора.
– Глаз! – рявкнул я слово-активатор и ткнул пальцем мечника, после чего быстро перевел его на кошку, – Порви в клочья! Боб!
Пока Оливер брал разгон (правила инерции в Вальдире никто не отменял!), арахна по имени Боб успела плюнуть в магичку то ли слюной, то ли ядом. Не знал, что она так умеет. Наблюдатель же одновременно с арахной выдал фиолетовый луч из глаза, ударивший мечнику прямо в голову и парализовавший его на какое-то время. Пока кошка инстинктивно трясла рукой, сбрасывая паучий плевок, разогнавшийся Оливер поддел ее клыками, и она с отчаянным воплем полетела вверх тормашками, демонстрируя мне длинные стройные ноги и то место, откуда они начинаются, едва прикрытое крохотным лоскутом ткани. В обеих руках у меня было заряжено заклинание «вырвать кость», которое я без сомнения и без промедления применил на обездвиженном трубадуре. Его гневный вопль совпал по времени с двойным «мяк!» от кошки, первым – когда она грохнулась-таки на землю, и вторым, когда на ней начали плясать три центнера кабанятины, протыкая ее нежное тело острыми копытами и клыками. Арахна присоединилась к свину, забравшись на грудь магички и кусая ее в лицо, вызвав у жертвы истеричный визг. Они ее сделают, это точно, мне же надо разобраться с мечником. Наблюдатель уже около него, попеременно кусая его зубами и колотя щупальцами. Жалко, что интервал между ударами большой, а так урон проходит немаленький. Хитбар мечника уже покраснел, когда он наконец отмер. Он бросился было ко мне в обход наблюдателя, прикрывшись щитом от его щупалец, вот только явно не успевал. Какого же они уровня, что я их так легко складываю?
  
– Чтоб тебя черти д!.. – не успел закончить фразу мечник, растворившись в воздухе и оставив после себя лут. Я быстро оглянулся – кошки уже не было, только кокон валялся на траве. Пожав плечами, я подобрал вещи и продолжил движение по дуге, центром которой являлся пляж, на котором Волчонок, скорее всего, и высадится. Тропа то исчезала, то появлялась вновь, но мне каким-то образом удавалось с нее не сбиться. Редкие двурогие змеи и ускользающие угри проблемы не создавали, да я и не их боялся. Двуногие противники намного сложнее, и их опасаться нужно намного больше. Именно они меня и настигли, как раз тогда, когда я наклонился, чтобы поднять неказистый лут с двурогой змеи.