Спящая невеста

Сидя за кухонным столом, они ели омлет тети Бландины. Не веря своим глазам, Аврора заметила, что Жюль и старуха едят с большим аппетитом. Так как они все время за ней следили, а также потому, что поесть было разумно (хотя жить осталось совсем недолго), она заставила себя проглотить несколько кусочков. Еда очень ей помогла, и она попробовала вспомнить, когда же она ела в последний раз. Ей удалось совершенно спокойно спросить:
  
— А где мисс Уилберфорс? Что вы с ней сделали?
— Она в полной безопасности, — сказал Жюль, и горечь прозвучавшая в его голосе, заставила ее поверить ему. По всей видимости, с мисс Уилберфорс у него ничего не вышло, и это было весьма серьезно. — Это целиком ваша вина, знаете ли. Если бы вы в самом начале сказали мне, что у старухи есть сестра, мы бы справились со всем этим гораздо лучше. Так нет, вы позволили этому вашему молодому человеку и его подружке вмешиваться не в свое дело. Теперь видите, почему я вам не доверяю?
— Сейчас не время, Жюль, прекратите, — сердито и безапелляционно заявила тетя Бландина. — Нам надо убраться отсюда, а уж потом заниматься изобличениями. Идите к телефону и забронируйте авиабилеты.
— Хорошо, дорогая тетя. Сию минуту. Приглядите, пока меня нет, за Авророй. Ей нельзя доверять.
«Конечно, эта старая женщина — не тетя Бландина, — размышляла Аврора. — Ее все время так называли ради мисс Уилберфорс, но ясно, что это кто-то совсем другой. Потому что настоящей Бландины — этой плохо соображавшей, какой-то потерянной старой женщины, которой так не нравилось длинное путешествие и которая внушала к себе такую жалость, нет в живых. Это известно. Уже несколько недель этот кошмар неотвязно терзал ее. — Выходит, та старая женщина, что сейчас находится здесь, — настоящая тетка Жюля…»
Она услыхала его голос, четкий, деловой:
— Да, один билет. Имя? Джордж Браун. — Повесив трубку, он набрал другой номер и повторил такой же заказ на следующий рейс:
— На имя мисс Онории Шабриер, — сказал он.
Аврора заметила выражение удовлетворения, промелькнувшее на лице старой женщины.
— Мы полетим на самолетах разных авиалиний, — спокойно сказала она.
Онория Шабриер. Так вот она, знаменитая тетя Онория. Как ни смешно, Аврора почувствовала облегчение, убедившись, что одна тетка и в самом деле существует!
Жюль вернулся в комнату.
— Вам надо быть в аэропорту в семь утра, — сказал он Онории. — Самолет «Эйр Франс» вылетает в 7,45. Ваш билет они подготовят. Около шести есть поезд. Боюсь, что до Франции вам придется идти пешком. Очень жаль, что у Джорджа не было машины.
— А вы? — напряженным тоном спросила Онория. — Я последую за вами часом позже. — Он перевел взгляд на Аврору. — Времени достаточно, — сказал он. На лице его обозначились глубокие морщины. Оно было мрачным и каким-то непонятно раздраженным.
Если бы Аврора все еще находилась во власти его чар, в тот момент она ощутила бы к нему жалость. Потому что на самом-то деле ему не хотелось ее убивать. Старые женщины, которым все равно предстояло в скором времени умереть, — одно дело, а это — совсем другое. Его вынудили совершить убийство, отчего он испытывал бессильный гнев, тем более что до этого предстояло еще провести целую ночь.
Но надо ли ждать всю ночь? Такие мысли проходили в голове этого человека с его точеным лицом, и теперь, когда она не находилась больше под его гипнозом, он был ей вполне понятен. Она сама виновата в том, что так долго закрывала глаза на его холодную жестокость.
— Нам необходимо отсюда убраться, — тревожно бормотала старуха. — Я все равно считаю, что, несмотря на этот паспорт, с нашей стороны приехать сюда было сущее безумие.
— Ах, да замолчите вы! Домойте посуду и давайте немного поспим. Я вам говорил, мы здесь в такой же безопасности, как если бы…
Закончить фразу ему помешал телефонный звонок.
Он был похож на грубого незваного гостя, вторгшегося в их изоляцию, громогласный Любопытный Том.
Жюль замер.
— Пусть звонит! — рявкнул он.
— Но кто это? А вдруг это кто-нибудь из соседей? — Лицо старой женщины пожелтело.
— Дайте я отвечу! Дайте я отвечу! — рыдая, вмешалась Аврора.
Жюль схватил ее за руку. Он не собирался рисковать. Пронзительный звон продолжался еще с четверть минуты. Затем, после еще одного безнадежного звонка, прекратился.
Тетя Онория выронила чашку, словно рука ее вдруг совсем обессилела. Чашка разбилась о плитки пола, но грохот, сопровождавший ее падение, пробудил старуху к жизни.
— Теперь мы не можем здесь оставаться. Я с самого начала вам говорила…
— Ну и уходите, коли так! — заорал Жюль. Его напряженные нервы не выдержали. — Уходите и дрожите всю ночь на вокзале, где десятки людей будут задавать вам вопросы. Но мы с Авророй останемся здесь. Мы в полной безопасности. Я вам говорил. Разве вы кидаетесь в дом любого человека, которому вы позвонили, но не получили ответа? Ясно, что нет. Вы говорите себе: их нет дома, — и забываете о своем звонке. Тетя Онория, бог с вами! Я рассчитывал, что вы сохраните присутствие духа.
— День был очень тяжкий, — пробормотала старуха. — Ладно. Если вы остаетесь, останусь и я.
Жюль потрепал ее по руке:
— Так-то лучше. А теперь я предлагаю выключить свет и посидеть в комнате, расположенной в передней части дома. Если кто-нибудь явится, мы сразу их увидим и сможем либо спрятаться, либо ускользнуть через черный ход. Но никто не явится. Кому являться-то?
«В самом деле — кому? — в отчаянии спрашивала себя Аврора. — Не приходится ждать даже Суси, покаянно возвращающуюся из своей увеселительной прогулки в Париж…
 XXIII 
Когда зазвонил телефон и в трубке послышался женский голос, Лидия подумала: это — Аврора.
— Алло! — задыхаясь, произнесла она.
Звонившая, в свою очередь, ошибочно решившая, что говорит с Авророй, быстро продолжала:
— Аврора! Вы меня помните? Это Джойс Уокер. Я заняла ваше место в конторе мистера Виллетта. Слушайте, какой ужас эта его смерть! Я отдыхала в Испании — уехала туда после того, как он меня уволил, — только что вернулась и прочла обо всем в газете. Скажите ради бога, что случилось?
— Он принял снотворные пилюли, — машинально ответила Лидия. — Я не Ав…
Взволнованный голос не дал ей договорить.
— Снотворные пилюли! Он от этого умер? Но он не производил впечатления человека, способного на такое, — не правда ли? Хотя я и думала, что он становится немножко странным. Как-то раз, перед перерывом на ленч, он без предисловий заявил мне, что больше не нуждается в моих услугах, и заплатил жалованье за целый месяц. Вот я и уехала отдыхать. Как старина Джордж отнесся к случившемуся?
— Старина Джордж?
— Джордж Браун. Я всегда называла его стариной Джорджем. Он такой пожилой, — правда ведь? Я все пытаюсь до него дозвониться, но никто не отвечает.
— А кто это — Джордж Браун? — напряженным голосом спросила Лидия.
— Вы что?! Партнер Арманда. Послушайте, это Аврора говорит?!
— Нет, не Аврора, — призналась Лидия. — Я ее сестра. Я уже несколько раз пыталась вам это втолковать. Но мне бы очень хотелось побольше узнать об этом самом Джордже Брауне. Вы знаете, где он живет?
— В Суррее, у въезда в деревню, которая называется Мостон. Он не ладит со своей женой. У него обычно был ужасно несчастный вид. Слушайте, а почему вы так о нем беспокоитесь? Я считала, что снотворные пилюли принял красивый Арманд.
— Так оно и было, — задыхаясь, ответила Лидия. — Еще пять минут тому назад так считалось. Знаете что, — я вынуждена попросить вас положить трубку. Мне необходимо очень срочно позвонить кое-куда.
  
Однако констебль, ответивший на ее звонок, не разделил ее волнения.
— Сержант Питерс уехал за город, мисс.
— Когда он вернется?
— Утром, мисс. Сейчас, знаете ли, уже почти полночь.
— Да, я знаю. Простите, но в деле Виллетта вскрылось одно важное обстоятельство.
— Виллетта? Это того, который покончил жизнь самоубийством? Ну, ну, какая у вас имеется информация?