(Не)нужный наследник предателя (СИ)

Что делать? Я не представляю.
Марину с её ребёнком сегодня выписывают. И теперь мы с молчаливой цыганкой остаёмся вдвоём.
К вечеру меня трясёт всё сильнее. Не знаю зачем, но я решаю перейти на место Марины.
Ночью не могу уснуть и выпустить ребёнка из рук. Качаю его и качаю, даже когда он крепко спит.
В какой-то момент всё же проваливаюсь в сон, из которого меня вырывает скрип двери.
  
Открываю глаза и вижу, как в палату входит тень. Меня парализует страх, я прижимаю ребёнка крепче к себе.
Тень в виде женщины в медицинском халате движется к кроватке, где ещё недавно лежал Артёмка. Она наклоняется над ней, проверяет рукой пустой матрасик, нервно оглядывается. Всматривается в кровать, где лежит цыганка, потом поворачивается ко мне.
Меня парализует страх.
Вдруг голос подаёт Азалия.
— Что надо? — спрашивает с сильным акцентом.
Тень не отвечает. Замирает в нерешительности, а потом выскакивает из палаты.
Меня трясёт. Что это было? Мне же не показалось? Она хотела… забрать моего малыша?
— Злой жэнжин, — выдаёт Азалия. — Тебя искала.
— Ты… всё-таки говоришь по-русски? — спрашиваю взволнованным шёпотом.
— Нэт. Только когда надо. А тебе надо уходить… Злые люди тут. Я чувствовать.
— Мне некуда, — закрываю руками лицо.
— Иди к нам. В табор, — вдруг шокирует меня предложением цыганка. — Северный окраина. Найдёшь Сабину, скажешь от меня. Отдашь ей это, — снимает с шеи кулон на серебряной цепочке, протягивает мне.
— Но…, — замираю в нерешительности, не зная, брать или не стоит.
— Они опять придут, — уверенно кивает Азалия.
— Зачем ты мне помогаешь? — хмурюсь.
Недоверие к цыганам вбито с детства, и я боюсь, что это тоже со зла.
— Боишься меня? — усмехается цыганка. — Зря. Но дело твоё, — убирает руку с кулоном.
— Нет! Стой, — протягиваю руку назад. Вдруг это мой шанс, а я его отталкиваю.
Цыганка вкладывает в мою руку кулон.
— Мы чувствуем, кому должны помочь. Поэтому…, — добавляет многозначительно.
— Спасибо…
— Сейчас иди. Утром поздно будет.
Меня трясёт. Я не слишком хорошо понимаю, правильно ли я поступаю, но ясно одно: здесь опасно и мне нужно скрыться.
Я второпях собираю вещи, документы.
— Надень мои вещи, — протягивает мне Азалия яркую юбку и платок. — Так тебя точно не узнают. А как выйти отсюда ночью, я тебе расскажу.
И только я натягиваю юбку прямо поверх джинсов, как мы слышитм тихие шаги по коридору, которые останавливаются над нашей дверью…
Страх тут же парализует. Я прижимаю к груди Тёмочку и замираю в углу…
А дверь медленно открывается…
  
Глава 18
 
И снова тёмная тень медленно вплывает в палату. На этот раз явно мужская. Я уже готовлюсь заверещать на всю больницу и начать отбиваться из последних сил, как вдруг… узнаю знакомый профиль!
— Ярик! — выдавливаю хрипло. — Ярик, это ты?
— Агния! — находит он меня взглядом.
— Ярик, — всхлипываю от облегчения, — где ты был? — бросаюсь ему в объятия. — И что ты здесь делаешь?
— Тихо, тихо, — успокаивает меня. — Времени нет. Я тебе потом всё объясню. Нам нужно уходить.
— Ярик, ты знаешь, что случилось с Димой? — пытаюсь заглянуть в его глаза.
— Знаю. И именно поэтому нам нужно торопиться. Где твои вещи, быстрее! — оглядывается нервно на дверь.
— Да, да. Я уже сама хотела сбежать. Какие-то люди…
— Я знаю. Потом расскажешь. Сейчас нам нужно уходить как можно быстрее!
Отдаю Ярику свою сумку. Поворачиваюсь к Азалии. Хочу вернуть ей кулон.
— Нет, — качает головой цыганка, — оставь. Вдруг пригодится.
— Спасибо тебе, — благодарно жму её ладонь.
Кивает, бормочет что-то на своём языке.
Я кутаю в тёплый плед Тёмочку, подхватываю его на руки, и мы выходим из палаты. В больнице темно, никого не видно.
Ярик ведёт меня по коридору. У меня море вопросов, как он сюда попал, что он знает о происходящем, где был всё это время? Но задавать их, конечно, не время. Я просто молча следую за Яром, молясь, чтобы нам удалось выбраться в безопасное место. Теперь, когда рядом мой защитник, я чувствую себя намного более уверенно.
Спускаемся на первый этаж. Петляем по коридорам, а потом снова по лестнице вниз в цоколь. Тут мы подходим к железной двери, Ярик достаёт ключ, быстро открывает замок, и мы попадаем на улицу.
Здесь ветрено, моросит дождь.
— Быстрее, иди за мной, там у меня спрятана машина, — торопится мужчина.
Мы быстрыми перебежками доходим до больничного забора. Вижу проём, образованный разогнутыми прутьями забора. Выбираемся через эту дыру. И да, неподалёку вижу машину Яра. Она приветливо подмигивает нам фарами. Ярик усаживает меня на заднее сиденье, сам прыгает за руль и срывает машину с места.
Едем быстро, Ярик молчит, напряжённо наблюдая за дорогой.
— Куда мы едем? — решаю подать голос.
— В безопасное место.
— Что происходит вообще? Ты можешь объяснить? — надрыв всё же просачивается в мой голос.
— Орлов мёртв. И теперь Артём в опасности. И ты тоже.
— Но он ведь по документам не сын Диме.
— Да. Но это можно оспорить. А там такие бабки на кону, что конкурент никому не нужен. Вас просто могут убрать.
— О господи, — зажмуриваюсь. — А если я подпишу какие-то бумаги? Отказ. Не знаю…
— Не поможет, Агния, — вздыхает Яр. — Всё это тоже оспаривается. И если найдутся силы, которые смогут это протолкнуть, то чьи-то планы пойдут прахом.
— Господи, да какие силы? Откуда они у меня?
— Ты не всё знаешь, Агния. Поэтому слушай меня внимательно. Вам с Артёмом придётся уехать. Далеко. Иначе вам не выжить.
— Что? Но куда? Артём болеет. Куда я с ним.
— Успокойся. Я буду с вами. Возьми, — передаёт мне небольшую папку.
— Что это?
Раскрываю замочек. Внутри паспорта.
— Это наши новые документы, — поясняет Яр.
— Наши? — округляю глаза.
— Да. Теперь мы с тобой муж и жена, — усмехается Ярик.
— В смысле? Как это?
— Фиктивно. Не переживай. По ним мы покинем страну. Всё будет хорошо.
— Господи. Я уже ничего не понимаю и боюсь что-то спрашивать.
— Не спрашивай. Выберемся, я тебе сам всё расскажу.
— Яр, — тяжело сглатываю, — скажи, Диму убили?
— Думаю, да, — бросает на меня тёмный взгляд.
— Господи. А если бы мы были рядом, то…
— Не думай об этом. Возможно, Орлов специально вывел вас из игры.
— Возможно? Или… ты в этом уверен?
— Нет, Агния, я ни в чём не уверен, но не исключаю такого варианта.
Замечаю, что Ярик всё чаще смотрит в зеркало заднего вида и всё сильнее набирает скорость.
— Что происходит? — тоже оглядываюсь в окно.
— Кажется, за нами хвост. Пристегнись! — командует Ярик и начинает на скорости вилять по дороге, входя в крутой поворот, ведущий на трассу.
Адреналин тут же подскакивает до небес. Господи, да когда же это закончится!
Прижимаю к себе малыша, вспоминая все известные молитвы. Тема начинает плакать. Успокаиваю его, как могу. Но сын всегда чувствует мои истерики, и в такие моменты его невозможно унять.
— Тише, мой маленький, тише, — приговариваю нервно.
Вдруг раздаётся хлопок, потом второй. Звон стекла. Машину кидает резко в сторону. Свист тормозов. Скрежет. Нас кидает. Я бьюсь головой об дверь, теряю связь с реальностью на мгновение, но из последних сил прижимая к себе малыша и пытаясь закрыть его собой от осколков.
А потом снова удар, и темнота окончательно накрывает меня…
  
Глава 19
 
Где-то плачет мой малыш. Надрывно кричит. И я знаю, что должна ему помочь, но никак не могу открыть глаза. Веки как будто свинцовые.
— Агния! Агния! — слышу своё имя.
  
С огромным трудом открываю глаза.
— Агния!
Темно. Тесно. Неудобно.
Пытаюсь пошевелиться, руку простреливает болью, по лицу течёт что-то липкое.
— Агния!