Доверьтесь Ченам

– Большо-о-ое спасибо за заботу, мэймэй, – говорит старшая тетя.
Фух, теперь она действительно разозлилась. Она использует обращение «мэймэй» – младшая сестра – только когда хочет напомнить им, кто из них старшая.
– Конечно, все готово. С тортом все будет идеально; пожалуйста, не беспокойтесь обо мне. – Она одаривает вторую тетю улыбкой, которую я могу описать только как «убийственно сладкую», а затем обращает свое внимание на меня.
  
Я ерзаю на месте. Старшая тетя, как и ее статус, крупнее всех своих сестер. Думаю, двадцать лет работы кондитером не могли не сказаться на ее фигуре. Но она отлично чувствует себя в своем весе, и это делает ее более величественной, более убедительной. Не зря именно она ходит на встречи с потенциальными клиентами. Я всегда боюсь разочаровать маму, но мысль о том, чтобы разочаровать старшую тетю, часто не дает мне спать по ночам.
Может быть, это результат того, что я провела большую часть своей жизни в одном доме с мамой и ее сестрами. Мы с мамой переехали в свой дом только год назад, после того, как семейный бизнес начал приносить стабильный доход. Мы все по-прежнему живем в одном районе, всего в десяти минутах ходьбы друг от друга, и я чувствую тяжесть их ожиданий, словно у меня четыре матери, и все их надежды и мечты легли на мои плечи. В основном мной движет смесь кофеина и чувства семейного долга.
Старшая тетя поворачивается ко мне, и я неосознанно выпрямляюсь.
Наверное, она чувствует, как я нервничаю из-за завтрашнего дня, потому что ободряюще улыбается и переходит на английский.
– Мэдди, все в порядке с камерой, да? Ты готова к важному дню?
Я киваю. Вчера я проверила и перепроверила свою камеру, свою запасную камеру и все пять объективов. Все они были отправлены на техническое обслуживание и надлежащую чистку несколько недель назад, в рамках подготовки к этой свадьбе. Ненавижу, что задача задокументировать тяжелую работу моей семьи – огромные торты старшей тети, сложные прически и безупречный макияж второй тети, великолепные цветочные композиции ма и динамичные выступления четвертой тети – лежит на моих плечах. На каждой свадьбе я стараюсь запечатлеть все, и каждую свадьбу что-то упускаю. В прошлый раз я забыла сделать фотографии четвертой тети с ее «рабочей стороны», той, которая «заставляет ее снова выглядеть на двадцать», а до этого я не смогла запечатлеть сервировку семнадцатого стола, который, очевидно, значительно отличался от других.
– Мой инструмент в идеальном состоянии, – уверяю я их. – И я запомнила список фотографий, которые нужно сделать для нашей страницы в социальных сетях.
– Ты хорошая, послушная девушка, Мэдди, – говорит старшая тетя, и я заставляю себя улыбнуться.
Да, почтение к родителям – основа азиатского воспитания. С тех пор, как я себя помню, меня учили ставить старших – то есть маму и тетушек – превыше всего. Именно поэтому я единственная в семье из всех семи детей моего поколения участвую в семейном бизнесе, хотя и отчаянно хочу уйти. Ради них я притворяюсь, что мне все это нравится: суета, грандиозные масштабы мероприятий и все такое. Но это медленно разрушает то, что я люблю в фотографии. Вот уже несколько месяцев я размышляю о том, чтобы уйти из свадебного бизнеса и вернуть себе возможность не торопиться, играть с разными объективами, освещением и ракурсами вместо того, чтобы спешить делать снимок за снимком одного и того же материала. Только вот мне никогда не хватит смелости рассказать об этом своей семье.
– Да, ты хорошая, послушная девушка, – щебечет мама на индонезийском. Ма и тети одинаково хорошо владеют китайским и индонезийским и легко переходят с одного языка на другой. Она широко улыбнулась. Ох-ох, почему она улыбается? – Вот почему у нас сюрприз для тебя.
Теперь все мои тети улыбаются, глядя на меня. Я вся съеживаюсь, а сиу май во рту превращается в камень.
– Что происходит? – спрашиваю я еще тише, чем обычно.
– Я нашла для тебя идеального мужа! – восклицает ма.
И одновременно с ней все мои тети выкрикивают:
– Сюрприз!
Я моргаю.
– Прости, ты нашла что?
– Идеального мужа! – радостно кричит мама.
Я оглядываюсь через плечо, почти ожидая, что сейчас какой-нибудь парень, которого ма, вероятно, подкараулила в «Ранч 99» [12], подойдет ко мне сзади.
– Ох, его здесь нет, глупая девочка, – говорит ма.
– Он в багажнике твоей машины со связанными руками?
– Не шути так, Мэдди, – цикает старшая тетушка. – Твоя мама делает все это, чтобы у тебя была хорошая жизнь.
Киваю в раскаянии. Я уже взрослая, и все же достаточно одного-единственного замечания от старшей тети, чтобы я снова почувствовала себя трехлетней.
– Прости, ма. Но я не…
– Не надо отговорок, – говорит ма. – Почему так сложно заставить тебя пойти на свидание? Я пыталась свести тебя с сыном дяди Аваи, но нет, ты не позволила. Пыталась свести тебя с моим поставщиком лилий, А Гуан – А Гуан очень красивый, знаешь ли, – но ты и от этого отказалась. Ты даже не захотела с ним встретиться.
– Мэдди, вероятно, осторожничает, потому что в прошлый раз, когда ты пыталась свести ее с сыном Ван Чжисяна, он оказался… ну, ты знаешь, – говорит четвертая тетя.
Ма раздраженно машет рукой.
– Почему ты все время вспоминаешь о сыне Чжисяна? Да, он оказался каким-то маньяком. Откуда я могла знать?
– Клептоманом, – бормочу я.
К тому времени, как закончилось наше свидание, он украл мою косметичку из сумочки и каким-то образом одну из моих туфель. Парень, конечно, засранец, но нужно отдать ему должное. Или позволить это должное украсть.
– В любом случае, сайянгку [13], – обращается ко мне ма, используя индонезийское выражение ласкового обращения, которое она хранит для по-настоящему особых случаев, таких как, например, день, когда я выпустилась из Калифорнийского университета. – Этот парень так хорош. Говорю тебе, никто не может быть лучше него. Он такой красивый, такой добрый и такой умный! И-и-и…
О боже, вот он. Последний гвоздь в крышке моего гроба. Что будет на этот раз? С моим-то везением он наверняка окажется троюродным кузеном или кем-то в этом роде.
– Он владелец отеля! – выкрикивает четвертая тетя.
Ма смотрит на нее:
– Я как раз собиралась это сказать. Ты украла у меня момент!
– Ты слишком долго тянула, – возражает четвертая тетя.
Они все оборачиваются ко мне и в ожидании улыбаются.
– Эм… – Я кладу свои палочки. – То есть, я должна радоваться этому? Звучит как огромная ответственность. Стоит ли вам напомнить, насколько я плоха на свиданиях? И какую часть вашего плана вы считаете хорошей идеей?
– Ах, – говорит ма, самодовольно улыбаясь, – я знаю, что ты не так уж хороша на свиданиях…
– Это потому что ты очень хорошая девушка, – преданно произносит старшая тетя, на что вторая тетя кивает.
– Да, ты не шлюха, вот почему так плоха на свиданиях.
– Тетя! Можем мы не осуждать женщин, пожалуйста?
Она пожимает плечами, ничуть не раскаиваясь.
– В любом случае, – продолжает ма, – это неважно. Ничего страшного, что тебе не удаются свидания, потому что этот мальчик, о, он так влюблен в тебя, Мэдди. Он знает все твои недостатки, какая ты неловкая в общении и все такое. Но он говорит, что от этого ты ему нравишься еще больше!
– Стоп, стоп. Подожди. Хорошо. – Я поднимаю руки и делаю глубокий вдох. – Слишком много всего. Можем мы, пожалуйста, переключиться обратно на английский? Потому что я почти уверена, что неправильно все понимаю. Во-первых, он знает все мои недостатки? Какого хрена, ма? Откуда он знает все это обо мне?
  
– Она познакомилась с ним в интернете! – торжественно выкрикивает четвертая тетя. По всей видимости, все это время ее просто разрывала необходимость хранить тайну, потому что ее лицо сияет от возбуждения. – Твоя мама зашла в интернет, на сайт знакомств, и общалась с ним несколько недель!