Доверьтесь Ченам

– Спасибо, – шепчу я.
– Да, дорогая, – говорит она, поглаживая меня по затылку.
Я отпускаю ее, и мы ставим холодильник на место рядом с другими холодильниками, а затем наваливаем поверх него мешки с фруктами.
Когда мы заканчиваем, холодильник ничем не отличается от других, и по нему не скажешь, что внутри него находится мертвое тело.
– Завтра мы вернемся сюда в семь сорок. Сяолин закончит с перевозкой, а затем мы перенесем тело в холодильник, и я закрою его, – говорит старшая тетя. Она бормочет про себя: – Надо взять с собой замок.
  
Даже вторая тетя кивает в знак согласия, не огрызаясь на старшую тетю. К этому времени мы все так устали, что уже слегка покачиваемся на ногах. Никогда еще постель не казалась мне такой теплой. Хорошо, что мы все живем на одной улице. Старшая тетя отвозит нас обратно, высаживает у наших домов, и мы с мамой, как зомби, заходим в дом. Мне почти удается содрать с себя потную одежду и принять обжигающе горячий душ, прежде чем пробраться в свою спальню. С одеждой придется разбираться завтра. Сжечь ее или что-то в этом роде. То же самое с моей машиной. Почистить ее, сжечь – что бы это ни было, у меня нет сил разбираться с этим сейчас. При виде моей красивой уютной кровати мои мышцы расслабляются, и я падаю лицом в кучу подушек. Только тогда до меня доходит, что мы забыли найти мобильный телефон Джейка. Черт. Я делаю мысленную пометку найти его первым делом утром. Когда мы переместим тело из холодильника в холодильник, у нас будет достаточно времени, чтобы найти его телефон, если он был при нем. Это последняя мысль, которая приходит мне в голову перед тем, как усталость вырубает меня: «Я справилась. Ничего – могло быть и хуже. Худшее уже позади».
  
11
 
Сегодняшний день
 
– Ди! Мэдди! – голос ма проносится по комнате, прервав мой сон.
– Что? – бормочу я, моргая и гримасничая от яркого солнечного света. Уже утро? Мне кажется, что я легко могу проспать целую неделю. – Который час?
– Пора идти. Вставай. Нам нужно перенести тело, а потом идти на пирс.
События прошлой ночи возвращаются с головокружительной, тошнотворной скоростью. Джейк, автокатастрофа, тело… О боже. Тело. Я закрываю лицо руками. Это был не сон. Это действительно произошло. Я реально убила человека, и моя семья помогла мне перенести тело.
Ма врывается и сует мне в руки стакан.
– Я сделала травяной чай для тебя. Чтобы ты проснулась. Быстро, пей.
Я слишком уставшая и ошеломленная, чтобы спорить, и мне не хочется признавать, но она права. Напиток ТКМ, что бы она в него ни добавила, немного меня взбодрил, проникая в горло теплом и горечью. Я допиваю его и принимаю душ, и к тому времени, как переодеваюсь в свой привычный черный костюм фотографа, чувствую себя более или менее человеком. Я готова к выполнению той ужасной задачи, которая нас ожидает. Отправляю быстрое сообщение Себу, моему второму фотографу, чтобы убедиться, что он готов к работе. Он должен приехать на курорт через час после меня, чтобы сделать фотографии жениха и его шаферов, пока я занимаюсь невестой. Себ отвечает большим пальцем вверх. Я складываю свои вещи в машину, а потом еду с ма в пекарню старшей тети.
Как только мы входим через заднюю дверь, становится очевидно, что что-то пошло не так. Старшая тетя и вторая тетя уже там, и они ругаются друг с другом на индонезийском так увлеченно, что даже не подняли глаз, когда мы вошли.
– Эй! – Маме приходится перекрикивать их всех. – Эй! Хватит! Хватит спорить, в чем дело?
Вторая тетя сконфуженно издает смешок, больше похожий на кашель или всхлип.
– Ты скажи им, – говорит она, глядя на старшую тетю. – Расскажи им, что случилось.
Ужас, как твердый и зазубренный камень, тянет меня вниз. Я пытаюсь сглотнуть, но во рту у меня пустыня. Что бы ни собиралась сказать старшая тетя, я не хочу этого слышать.
Голос старшей тети звучит хрипло и дрожит.
– Сяолин и перевозчик приехали раньше и…
Я никогда в жизни не слышала, чтобы голос старшей тети дрожал, но сейчас он дрожит.
– И они забрали холодильник! – ворчит вторая тетя. – Ты должна была прийти раньше, чтобы проконтролировать, но ты этого не сделала.
Ее глаза светятся триумфом, когда она поворачивается к нам:
– Она проспала.
Старшая тетя не смотрит нам в глаза, бормоча:
– Я была настолько измотана после прошлой ночи, что проспала будильник.
Мы с ма в ужасе смотрим на то место, куда задвинули холодильник прошлой ночью, и, конечно, там пусто, все три холодильника исчезли. Я поняла, что это плохая новость для всех нас, включая вторую тетю, но даже таких катастрофических новостей недостаточно, чтобы отвлечь ее от редкой возможности утереть нос старшей тете.
– Так безответственно с твоей стороны, – говорит вторая тетя, и старшая тетя заметно вздрагивает.
– Я безответственная? – шипит она.
Ма вклинивается между ними.
– Ладно, уже достаточно. – Она хлопает в ладоши. – Тебе лучше позвонить Сяолин сейчас же, быстро!
– Я уже позвонила. Она сказала, что все холодильники уже погружены на яхту. – Старшая тетя вздыхает. – Она была так счастлива и горда тем, что сделала все без моей помощи. Ах, как ты?
– Сейчас мы пойдем на пирс! Может, яхта еще не ушла! – кричит ма.
Она ушла. Нам говорят об этом после того, как мы приезжаем на пирс, потные и запыхавшиеся от бега с парковки.
– Но не волнуйтесь, – успокаивает нас отельный, или как правильно называется распорядитель яхт. – Через пять минут прибудет еще одна. Вы, леди, пришли рано. Та, что ушла пятнадцать минут назад, была грузовой, верно? А до вашей по расписанию еще полчаса, – говорит он, проверяя свой планшет.
– Мы любим перестраховываться и занимать места пораньше, – хриплю я. – Итак, что происходит с грузом, когда он попадает на остров?
– Какой у вас груз?
Я обмениваюсь взглядом со старшей тетей.
– В основном торты. Там гигантский свадебный торт и куча других десертов.
– Хорошо, этот торт отправится прямо на кухню. У нас есть приказ поставить их в холодильник для посетителей. Звучит неплохо?
Я слегка киваю.
– Отлично.
– И как прошла доставка? – спрашивает старшая тетя. – Нормально?
Организатор яхты улыбнулся.
– Да, все идет отлично.
– Отлично.
– Отлично.
Мы отходим от парня на несколько шагов и сбиваемся в кучу.
– Они не знают, что Джейк, знаешь… – Старшая тетя изображает режущее движение через шею.
– Тетушка! – шиплю я. – Будь, пожалуйста, более толерантной. – Просто чтобы перестраховаться, я перехожу на индонезийский. – Хорошо, – говорю я. – Ками пероу… хм-м… микир… план. – Ого, мой индонезийский отстой. Я пробую переключиться на китайский: – Уомэн яо… эм-м… план.
Ма вздыхает.
– Я потратила столько денег на уроки китайского для тебя, и все впустую.
Я одариваю ее милой улыбкой.
– Ну, так что с планом?
– Айя, все просто, – говорит вторая тетя на китайском.
– Как только мы приедем туда, найдем холодильник, и одна из нас доставит его обратно сюда. Видишь? Легко.
– Легко, – качает головой старшая тетя. – Не думаю, что это будет так легко.
– Почему нет? – спрашивает вторая тетя, поднимая подбородок.
Старшая тетя пожимает плечами:
– Потому что это никогда не бывает легко. Иначе людям постоянно сходили бы с рук убийства.
Я вздрагиваю от слова «убийство», хотя она сказала это на китайском. И хотя мне хочется верить в простой план приехать туда, найти холодильник и привезти его обратно, я чувствую, что старшая тетя права. Когда дело доходит до того, чтобы спрятать мертвое тело, это никогда не бывает просто – урок, который я быстро усвоила после предыдущей ночи.
  
Мы собираем наши вещи на заднем сиденье машины и ждем прибытия яхты. Когда она прибывает, мы сидим в тишине, пока яхта с ревом не отчаливает от пирса. Четвертая тетя, отвечающая за развлекательную часть мероприятия, прибудет на остров только вечером, поэтому старшая тетя попросила сообщать ей новости через наш семейный чат в «Ватсапп».