Травля (ЛП)

— Хейден…
— Как старший близнец, я думал, что заслуживаю всех привилегий и внимания, но у меня их никогда не было. Он всегда был тем, кто получал все. Любовь нашей матери, всеобщее внимание и уважение… Все говорили только о нем. Они всегда повторяли, какой он замечательный и какое потрясающее у него будет будущее…
Я хотела сказать что-нибудь, чтобы успокоить его, но мое горло сжалось, слова не шли у меня из уст. Насколько я помню, Кайден был тем, кого все поддерживали и на кого равнялись. Люди естественным образом тянулись к нему. Хейден был скорее вторым выбором, чем нет.
  
С другой стороны, я любила именно Хейдена. Он был невероятно умен и талантлив во многих вещах. Он был предан своим друзьям, как бы они ни спорили. Он также был популярен, потому что в нем было что-то, что просто притягивало людей, хотя он сам этого не чувствовал. Я любила Хейдена со всеми его недостатками, но я не могла сказать ему этого. Я никогда не скажу ему, что люблю его. Я просто не могу.
— Я всегда считал Кайдена своим соперником во многих вещах. И когда вы двое стали друзьями, я хотел вбить в него немного здравого смысла. Я ненавидел, что мой брат смотрел только на тебя. Я был его близнецом, но он заботился о тебе больше, чем обо мне…
— Это неправда.
— Я не знаю. Я, черт возьми, не знаю. Я думал, что он ослеплен тобой, и я ненавидел его еще больше из-за этого. А потом он спас мне жизнь и умер, и весь мой мир перевернулся с ног на голову. Я больше ничего не знал.
Он резко вдохнул, его хриплый голос и дрожь выдавали, как он был расстроен. Внезапно он поднял голову, и мои глаза расширились, когда я заметила слезы на его щеках. Он быстро вытер их.
— Ты когда-нибудь любила его как парня? Скажи мне правду.
Я почувствовала, как что-то ударило меня в живот. Его глаза были полны боли, и я была шокирована, увидев его таким неуверенным и потерянным. Он отбросил все свои барьеры, показав мне, насколько он на самом деле неуверенный и уязвимый, и мне было больно видеть его таким. Я понятия не имела, что делать или как себя чувствовать, но я не могла причинить ему боль сейчас, несмотря на все, что он мне сделал.
— Я никогда не любила его так. Я видела в нем только друга. Я-я не могла ответить ему взаимностью…
Хейден обхватил мою щеку, и я затаила дыхание, поначалу опасаясь его прикосновений. Они были такими нежными, и я быстро теряла себя в них.
— Я никогда не понимал, что так бесило меня из-за того, что ты в него влюблена. Мне просто было дурно. — Он убрал руку с моего лица, и по какой-то причине мне не хватало его прикосновений. — Это прозвучит иронично и невероятно, но я чувствую себя виноватым за все, что я сделал. — Я вздрогнула, не веря своим ушам. Неужели он действительно это сказал сейчас?
Его губы изогнулись в горькой улыбке.
— Я чувствую себя виноватым за то, что ничего не сделал, чтобы защитить тебя. Я хотел, но не сделал. Когда я прочитал сообщения, которые ты получила, я ничего не сделал. Я думал, кто-то просто издевается над тобой. Я должен был знать лучше. Я должен была что-то сделать, что угодно.
Он сжал руку в кулак.
— Я не мог уснуть той ночью, и когда я услышал, как ты кричишь, и увидел, что происходит в твоей комнате… Я был в ужасе. Я бежал так быстро, как только мог. Черт. — Он ударил себя кулаком по бедру. — Я всегда знал, что Джош псих. Мы с тобой были его самыми нелюбимыми людьми.
— Джошу ты не нравился?
— Мы с Джошем никогда не были настоящими друзьями. Конечно, мы тусовались вместе и делали друг другу одолжения, но мы всегда ссорились. Поскольку мы вращались в одних кругах, мы вели себя так, будто это не было большой проблемой, но он с самого начала не выносил Кайдена и меня. Я понимаю, что он ненавидел Кайдена из-за Натали, но, полагаю, он не любил меня, потому что я был его близнецом. Не знаю. Я всегда чувствовал, что он затаил на меня что-то серьезное.
Теперь я могла понять, почему Джош не колеблясь первым напал на Хейдена. Было удивительно слышать, что они не были друзьями, потому что я всегда считал Хейдена, Блейка, Мейсена и Джоша одной твердой скалой — несокрушимой. Они все казались полностью преданными друг другу.
Я уставилась на свои руки. Он так много мне рассказал, но все это время в глубине моего сознания горел один вопрос, и мне нужно было его узнать. Покраснев, я спросила:
— Что ты сделал с моими обнаженными фотографиями?
Он резко вдохнул и отвернулся.
— Ничего. Я ничего не делал, просто смотрел на них.
— Правда?
Он встретился со мной взглядом.
— Да. Я никогда не хотел публиковать их в сети или показывать кому-либо, Сара. Я просто использовал их как рычаг против тебя, но я ненавидел себя за то, что сделал это с тобой. Если это что-то для тебя значит, я их стер.
— Ты это сделал? Но почему? Я имею в виду, не пойми меня неправильно. Это хорошо. Но… Зачем?
Он просто долго смотрел на меня, размышляя о чем-то.
— Потому что мне стыдно за то, что я их так взял. Это был подлый поступок. Нет смысла иметь их, если ты не отдала их мне добровольно.
Я молча наблюдала за ним, пытаясь осознать все это. Он звучал искренне, но я больше не знала, во что верить. То, что я думала, что хорошо знаю, оказалось чем-то другим, и вот он, Хейден, который пришел ко мне домой, чтобы спасти меня, признается мне в своих чувствах.
Признается? Я все еще не могла в это поверить.
— Хейден?
— Хм?
— Где я теперь? После всего, что ты чувствуешь? — Я отвернулась, яростно покраснев. — Что ты чувствуешь ко мне?
Он опустил голову и закрыл глаза, и я почти ожидала, что он откажется отвечать мне или сделает гадкие замечания. Сделав глубокий вдох, он посмотрел на меня.
— Я много думал о нашей последней встрече в кафетерии, когда я был в летнем лагере. Перед тем, как ты ударила меня той пиццей, в твоих глазах был яростный взгляд, который был чистым огнем. Ты заставила меня затаить дыхание.
Что? Он нервно сглотнул, и я увидела, как дернулся его кадык.
— Ты все лето была в моей голове. Ты наконец-то отбилась от меня, что меня взбесило, но в то же время меня чертовски влекло к тебе. Я хотел заставить тебя заплатить за это, но я также хотел тебя. Это совершенно сбивало с толку.
Страсть в его глазах достигла самых глубоких уголков меня, и мне пришлось отвернуться, снова покраснев. Однако на этот раз мое лицо было не единственным местом, которое было горячим. Было необычно, что он желал меня. Я всегда думала, что он считает меня уродливой, но теперь его глаза не отрывались от меня, становясь все более горячими, и я чувствовала себя смущенной и незащищенной.
— Пожалуйста, Хейден…
— Ты прекрасна.
Ого. Вот это ничего себе.
— Что? — Прохрипела я. Он улыбнулся, и искренность его сияющей улыбки заставила мое сердце биться быстрее.
— Хочешь, чтобы я произнес это по буквам? — Он издевался надо мной, и я поморщилась.
— Почему ты всегда заставляешь меня казаться глупой?
Он усмехнулся.
— Ты так легко обижаешься. Мне очень нравится играть с тобой. — Он все усугублял.
— Ага, а ты всегда злишься на все. — Его улыбка погасла.
О нет. Я зашла слишком далеко? Он сейчас набросится на меня?
— Ты права. Насколько я помню, каждая вещь заставляла меня чувствовать себя неуверенно. Я всегда анализировал их, какими бы незначительными они ни были, и пытался определить, хорошие они или плохие. Я в большинстве случаев приходил к негативным выводам. Даже сейчас я продолжаю говорить себе, что я был так неправ на твой счет, но этот монстр внутри меня пытается затянуть меня обратно в эту тьму и ненависть. Сара, я хочу бороться с этим. То, что ты сделала для меня…
  
Он покачал головой и вздохнул.
— Я хочу измениться. Я не могу продолжать так вечно. Я не хочу провести остаток жизни, думая, что все может меня сломать. Я больше не хочу причинять тебе боль… Я… Я хочу попробовать. Для себя. Для… Для тебя.
Я ничего не могла сделать, кроме как смотреть на него, борясь со всеми этими эмоциями внутри себя. Это было больно. Его слова причиняли такую боль. Как долго я мечтала услышать эти слова? Как долго я надеялась, что Хейден больше не будет моим врагом?