Травля (ЛП)

— Он не кажется добрым, — прошептала женщина, сидевшая рядом со мной. — Я слышала, как он кричал на персонал вчера вечером. В чем его проблема?
— Я лучше пойду и поздороваюсь с ним. — Я бросилась к Джонатану, прежде чем он решил, что ненавидит всех этих людей, и отказался от общения с ними. — Привет.
Он просто поднял глаза и уставился на меня, опустив брови. Пожалуйста, не делай ничего, что унизит меня.
  
— Что ты так долго? — Проворчал он. — Я ждал, когда ты придешь и сыграешь со мной в шахматы. Теперь мне пришлось идти сюда, среди всех этих окаменелостей. Я бы лучше пошел спать.
Он был необщительным, почти не поддающимся исправлению.
— Извини. Я стараюсь проводить время со всеми как можно больше в субботнее утро и…
— Ты снова извиняешься? Почему ты извиняешься, когда ничего плохого не сделала? Это твоя работа, и тебе не за что извиняться. Не слушай мои ворчания.
— Привет, мистер Джей! — Мелисса выскочила из-за меня и помахала Джонатану. Мистер Джей? Это что за сокращение… типа как Дежей Ло? Она прикалывается, или как?
Он нахмурился еще сильнее.
— Я никогда не позволял тебе так меня называть.
— О, но это же круто! Это заставляет тебя чувствовать себя моложе, да?
— Вовсе нет.
— Да ладно! А почему бы вам с Сарой не поиграть здесь в шахматы? Я бы хотела посмотреть. Я никогда в жизни не играла в шахматы.
Он поднял бровь.
— Я это ясно вижу. Ты делаешь что-нибудь конструктивное для своего мозга или просто надеваешь на себя эти тряпки, которые называешь одеждой, и брызгаешь на лицо толстым слоем косметики?
Мелисса, казалось, нисколько не обиделась. На самом деле, она выглядела так, будто нашла его неодобрение забавным.
— Ну, Авраам Маслоу сказал: «Каким человек может быть, таким он и должен быть», и я полностью намерена следовать его совету. — Она подмигнула ему.
— Почему бы тебе не принести шахматную коробку из моей комнаты? — Спросил он ее.
— Точно, сэр! — Она отдала ему честь и бросилась прочь. Я уставилась на нее с открытым ртом, не уверенная, была ли она под наркотиками или это было ее обычным поведением.
— Она необычная девушка, — сказал Джонатан.
Я все еще смотрела ей вслед. Откуда у нее берется энергия?
— Очень.
— Так где мы будем играть?
— На террасе есть хорошее место. Это одно из моих любимых мест здесь.
— Показывай дорогу.
Мы были в середине нашей второй игры, и у Джонатана снова было преимущество. Он легко победил меня в первый раз. Он был великим шахматистом, поэтому по сравнению с ним я была полным новичком.
— Я никогда не могла понять очарования шахматами, — громко размышляла Мелисса. — Я имею в виду, я понимаю. Это стратегия, мышление и умные мозги, но это так долго!
— Это как раз проблема современного общества, — проворчал Джонатан. — Все куда-то спешат, ни на что не имея времени. Единственное, что они делают, это смотрят в эти маленькие экраны и тратят свое время в Интернете.
— Но проводить время в Интернете также может быть образовательным!
— О, правда? Тогда скажите мне, что ты делаешь в Интернете, что является образовательным?
Мелисса начала свой рассказ о великих книгах, которые она прочитала в прошлом месяце, и должна сказать, что я была немного шокирована, так как она читала произведения некоторых влиятельных и уважаемых авторов, которые не интересовали многих людей нашего возраста.
Полностью сосредоточенная на ее истории, я не обратила внимания на игру, и Джонатан поставил мат.
— Ты очень хорош! — Воскликнула я с восхищением.
— Ты тоже хороша, но тебе нужна практика. С большей практикой ты сможешь стать великим игроком.
— Сомневаюсь, что кто-то может стать лучшим игроком, чем ты, дедушка, — сказал глубокий мужской голос. — Ты всегда побеждаешь меня, независимо от того, сколько я тренируюсь.
Я оглянулась, и чей-то живот оказался в поле моего зрения. Я подняла подбородок, чтобы посмотреть на него, и что-то пронзила мою грудь, когда наши взгляды встретились.
О, боже.
Я смотрела в пару светло-карих глаз, которые смотрели прямо на меня. Они мерцали юмором, сопровождаемым кокетливой улыбкой. Его прямоугольное лицо было похоже на модельное, и я была поражена тем, насколько выдающимися и твердыми были его челюсть и подбородок. Его вьющиеся волосы были на несколько оттенков темнее его бронзовой кожи, доходя до ушей.
Я снова перевела взгляд на стол, мое лицо горело от стыда. Почему я должна была смущаться каждый раз, когда видела какого-то симпатичного парня? Я даже не могла смотреть им в глаза, не краснея!
— Это потому, что ты слишком много думаешь о вещах, на которых вы, молодые люди, любите зацикливаться, — ответил ему Джонатан. — Если бы ты использовал свой интеллект на более важных вещах, ты бы стал лучшим человеком.
— Ой, дедушка. Не позорь меня перед девчонками!
Мелисса хихикнула.
— Ты и смущение никогда не идут рука об руку, Матео.
Я уставилась на Мелиссу.
— Вы знакомы?
— Да. Он мой одноклассник в школе Равенвуд.
— Да. — Он остановился передо мной, и у меня не было другого выбора, кроме как ответить ему взглядом. — Я Матео Диас.
Я кивнула и неохотно пожала ему руку, не упуская из виду, насколько сильной была его рука. Он не разорвал нашу связь немедленно, держа мою руку дольше, чем нужно, и это заставило меня еще больше нервничать.
Я всегда слишком много думала о своих действиях или его реакциях, когда я была рядом с каким-то парнем, и я ненавидела это. Я была слишком напряжена, прилагая дополнительные усилия, чтобы не совершить какую-нибудь ошибку и не опозориться. Я была неопытна с парнями и не знала, находят ли они меня привлекательной, раздражающей, скучной или что-то еще, каждый раз ожидая худшего.
Я чувствовала на себе его взгляд, когда притворялась, что на шахматной доске что-то очень интересное, и это заставило меня задуматься о двух вещах.
Он, должно быть, думает, что со мной что-то не так. Он, вероятно, замышлял унизить меня.
— Ты не сказала мне своего имени, — сказал он мне, и черт, мои щеки снова стали как два помидора!
— Сара.
Его улыбка почти ослепила меня.
— Приятно познакомиться, Сара.
Я посмотрела на Джонатана, который внимательно изучал меня, подперев подбородок рукой.
— Я думаю, тебе стоит сыграть в шахматы с Матео.
— Ч-что?
— Что ты думаешь, мальчик? Ты сыграешь в шахматы с этой молодой леди?
Матео подмигнул мне.
— С удовольствием. Я никогда не играл в шахматы с девушкой.
— Сомневаюсь, что ты играешь во что-то еще с девушкой, кроме тех игр среди простыней, Матео. Без обид, мистер Джон. — Мелисса пошевелила бровями, глядя на Матео, и мне захотелось раствориться в воздухе или стать мухой и улететь. Матео фыркнул, а Джонатан разразился смехом. Я могла только смотреть на них, остолбенев.
— Я с тобой согласен, Мелисса. Я слышал, что мой внук настоящий сердцеед. Надеюсь, ты не одна из его побед.
Она подняла руки в защиту.
— Конечно, нет! Матео совсем не в моем вкусе!
Матео положил руку на сердце.
— Ты заставляешь мое сердце кровоточить, Мелисса. Это огромный удар по моему эго.
— Твое эго слишком велико, так что с тобой все будет в порядке.
Он рассмеялся.
— Ладно. Так что насчет игры, Сара? — Спросил он меня, и поскольку у меня не было возможности выбраться из этого, мне пришлось принять это.
— Ладно. Посмотрим, на что ты способен.
Я была как на иголках, но играть в шахматы с Матео было весело. Он не насмехался надо мной, все время вел себя дружелюбно, и мне нравилось с ним общаться. Он так сильно напоминал мне Кайдена. Он также был позитивным, забавным и не обзывал меня, потому что я краснела или вела себя неловко в обществе. Он даже смеялся над некоторыми моими шутками. Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой.
  
После этого Мелисса рассказала мне историю Матео, которая была довольно типичной, учитывая его отношение и уверенность. Он был одним из популярных парней в их школе и капитаном их футбольной команды. Он редко встречался, потому что предпочитал случайные связи серьезным отношениям.