Редаманс (ЛП)

Марк без колебаний возобновляет свою тираду, и я делаю еще глоток - только для того, чтобы по моему позвоночнику пробежали мурашки, как будто кто-то плеснул мне на спину ледяной воды.
Что это было?
Я оглядываюсь через плечо.
За соседним столиком группа ветеринарных специалистов горячо обсуждает исследовательскую работу.
Пара, раскачивающаяся на танцполе, полностью поглощенная нежной симфонией, которую играет струнный квартет.
  
Официанты порхают от одного гостя к другому, вооруженные чипсами из лосося и кростини, намазанными бри.
Но на меня никто не смотрит.
Странно.
Я стряхиваю с себя это чувство, бросаю взгляд в сторону лестницы и ... благодарю Бога.
— Марк, — перебиваю я, уже поднимаясь со своего места. — Я действительно ценю выпивку - и информацию, — но у меня на счету около девятисот баксов. — Я хватаю виски. — Если это изменится, я позвоню тебе, и мы сможем поговорить о пенсионном счете, как насчет этого?
Я направляюсь к винтовой лестнице, прежде чем он успевает ответить.
Луэнн встречает меня на нижней ступеньке, в ее глазах светится извинение.
— Мне так жаль, — шепчет она. — Один из спонсоров загнал меня в угол и решил, что хочет обсудить потенциальные преимущества сыроедения для своего мопса. Затем, через тридцать минут, позвонил своему любимому экстрасенсу, чтобы узнать его мнение. — Она массирует щеки. — Я так много улыбалась сегодня вечером, что кажется, будто мой рот вот-вот раскроется. — И тут она замечает виски в моей руке. — Это что...
— Дерзай, — говорю я. — Звучит так, будто тебе это нужно больше, чем мне.
Спустя пару глотков, ее плечи уже расслабляются.
— Что ж, надеюсь, тебе не так ужасно, как мне.
Я пожимаю плечами.
— Я лучше, чем когда-либо, осведомлена о портфелях акций, а это место...
— Слишком, да? — Вмешивается Луэнн, поджимая губы, как будто попробовала что-то кислое. — Я же говорила. Очень богатые люди.
Знакомо, я думаю. Я собиралась сказать, что здесь все знакомо.
Ну, не здесь конкретно, потому что я никогда не переступала порог этого здания до сегодняшнего вечера - если только я не была жвачкой, прилипшей к подошве чьего-то ботинка в прошлой жизни, - но здесь, в энергии, которая циркулирует по комнате.
Они в сумочках Chanel, висящих на стульях. Часы Rolex, поблескивающие на свету. Группа седеющих мужчин справа от нас, каждый из которых привязан к женщине моложе и красивее предыдущей.
В мире недостаточно дорогого одеколона, чтобы скрыть зловоние привилегий, которое исходит от хорошо образованных врачей и филантропов в той же степени, что и от группы подростков, отправленных в элитную школу-интернат.
Луэнн начинает что-то говорить, и я снова чувствую это, маленькие волоски у меня на затылке встают дыбом.
Кто-то наблюдает за мной.
Я обвожу взглядом комнату, но опять же, не нахожу никого, кто пытается прожечь дыру в моей голове.
— Ты в порядке? — Спрашивает меня Луэнн.
На этот раз избавиться от этого сложнее.
— Да, просто...
— О, Луэнн! — Дородный седовласый мужчина прерывает ее и притягивает в крепкие объятия. — Вот ты где.
— О, доктор Николс. — Луэнн натягивает на лицо улыбку и тут же сует виски обратно мне в руки. — Я так рада вас видеть.
Я прищуриваюсь на крошечного человечка, уверенная, что уже слышала, как Луэнн жаловалась на него раньше.
Доктор Николс, руководитель чего-то там...
Или, может быть, это директор чего-то?
— Ты знаешь, — говорит он. — Я столкнулся с мистером Ли сегодня вечером, и он рассказал мне, как его впечатлил уровень заботы, который он получил от тебя несколько недель назад.
— О, — она улыбается немного застенчиво. — Честно говоря, я не так уж много сделала. Просто медицинский осмотр.
— И все же, — продолжает он, и хотя говорит так же громко, наклоняется ко мне, как будто делится секретом. — Именно такую обратную связь я запоминаю как директор больницы.
Директор больницы - вот и все.
— Я вижу большие перспективы в твоем будущем, Луэнн, и… — Доктор Николс замечает, не меня, а кого-то позади меня, и его лицо светлеет. — О, вот и он! Кстати, о спонсорах, Луэнн, ты должна познакомиться с самым щедрым благотворителем больницы в этом году. Уверен, ты слышала это имя, но позволь мне официально представить вас...
На этот раз у меня не просто по спине пробежал холодок - по всему телу.
— Доктор Адриан Эллис.
Я оборачиваюсь одновременно с Луэнн.
Мой желудок опускается на пол.
Как и виски.
 Глава шестая 
Вокруг меня царит хаос - разлетаются осколки, кто-то зовет официанта, виски стекает по моей ноге - но с таким же успехом это могло происходить на другой планете.
Потому что мой мир сузился до одного человека, и только до одного человека -Иисус Христос.
Разрешение в 1080 пикселей могло бы передать красоту Адриана в общих чертах, но оно явно упустило более мелкие детали: его безупречную фарфоровую кожу, блеск его темных кудрей, достойный рекламы шампуня, длинные темные ресницы, отбрасывающие тени на острые скулы.
И я хочу нарисовать все до единого.
Я хочу нарисовать его всего. Я хочу упиваться им часами, пока не запомню каждую деталь, старую и новую, и...
— Поппи? — Кто-то кладет руку мне на плечо.
С его стороны должно быть преступлением выглядеть так хорошо спустя десять лет. Он такой...
— Поппи? У тебя идет кровь. — Я моргаю, и весь остальной мир становится четким. Рука на моем плече принадлежит Луэнн, и она смотрит на мою ногу, на ее лбу запечатлено беспокойство.
Я прослеживаю за ее взглядом.
— У меня нет кровотечения, — говорю я. — Это просто… — Хотя, она права. Это не виски стекает по моей ноге; это кровь сочится из глубокой раны на икре. — О.
Я не уверена, из-за шока или алкоголя я чувствую себя такой оторванной от своего тела, но моя нога не болит.
— Тут определенно понадобится нечто большее, чем пластырь, — вздыхает она. — Вот. Сядь на нижнюю ступеньку. — Она уже в режиме доктора, ведет меня к винтовой лестнице, подальше от всего этого битого стекла и любопытных взглядов.
Мое лицо заливается краской, и смущение немного затуманивает шок.
Отличная работа - сохранять хладнокровие, Поппи.
— Хотите, чтобы кто-нибудь отвез вас в больницу? — доктор Николс появляется в поле зрения, когда я сажусь на нижнюю ступеньку. — Просто глядя на это, я бы сказал, что есть большая вероятность, что вам понадобятся швы.
Мои глаза расширяются.
Швы?
Я едва могу позволить себе билет на метро, не говоря уже о медицинском счете на десять тысяч долларов.
Но мне кажется совершенно неуместным говорить боссу Луэнн, что я предпочла бы сама зашить рану суперклеем, чем сидеть в приемном покое скорой помощи, поэтому я просто неловко откашливаюсь.
— Э-э...
— Может быть, нам следует действовать постепенно, — вмешивается Луэнн, и я бросаю на нее благодарный взгляд. — Почему бы мне не осмотреть рану? Если потребуется наложить швы, я отвезу Поппи в больницу.
Перевод: если мне понадобятся швы, Луэнн отвезет меня домой и сама зашьет на кухонном полу.
Это не первый раз, когда она играет для меня роль доктора.
Доктор Николс выглядит так, словно нет ничего лучше, чем посадить меня в такси и отправить восвояси, чтобы ночь могла возобновиться, но он неохотно кивает и хлопает в ладоши.
— Может кто-нибудь принести сюда аптечку первой помощи? — Он отходит назад и подает знак струнному квартету, который прекратил играть. — И музыку, пожалуйста! Никто не умирает - нам не нужно прекращать танцевать. Это всего лишь небольшой порез.
  
Порез, который начинает чертовски болеть.
Шок, должно быть, проходит, потому что теперь я чувствую это - острую боль, распространяющуюся по голени. Неприятно, конечно, но, по крайней мере, я могу сосредоточиться на чем-то, что не является слоном в форме Адриана, стоящим в десяти футах от меня.