Полный Шатдаун (ЛП)

Очевидно, что нет.
– Она твоя девушка? – спрашивает он, прежде чем я успеваю ответить.
Это слово обрушивается на меня, как десятитонный грузовик, застигая врасплох. Он был молчалив с той секунды, как мы попрощались с Коллинз, но я списал это на то, что он устал после тренировки. Очевидно, его мысли были заняты чем–то другим.
Это первый раз, когда он спрашивает меня о другой женщине. Мы говорили о его маме, но не слишком подробно. Когда он задает вопросы, я даю ему ответы и показываю её фотографии, которые у меня есть, включая те, где Софи держит его на руках в детстве. Я просто никогда не ожидал, что наступит время, когда он спросит меня о ком–то ещё. Наверное, потому, что я никогда не думал, что это время настанет.
  
– Коллинз – подруга Кендры; она была на нескольких наших играх, и в тот вечер я провожал её домой, поскольку она живет в том же районе, что и мы, – отвечаю я на вопрос, молясь, чтобы он не допрашивал меня дальше.
Я ненавижу врать ему, но я не хочу, чтобы он знал о нашей связи. Это не та информация, которую нужно знать двенадцатилетнему ребенку. Фотографии, должно быть, были сделаны в темноте и без вспышки; в противном случае я бы заметил это ещё тогда и попросил этого засранца уважать нашу частную жизнь.
Эзра в глубокой задумчивости поджимает губы.
– Если ты знал её, и она твоя подруга, тогда почему ты лгал и вел себя так, будто она ничто?
Раздраженное выражение лица Коллинз в ту ночь на автобусной остановке стоит у меня перед глазами, когда я отвечаю на вопрос своего сына. Я не хотел отрицать её существование, как будто она была какой–то незнакомкой; мне это тоже казалось неправильным, но, серьезно, разве у меня был выбор?
Я глубоко вздыхаю.
– Потому что она очень скрытный человек, и я не хотел, чтобы её личность выяснили. Кроме того, я не уверен, что ты назвал бы нас друзьями. Просто знакомые.
Эзра хмурится.
– Но тебе нравится проводить с ней время, верно?
Я упираю руки в бедра и медленно качаю головой.
– Я бы не сказал, что мы даже тусовались вместе...
– Потому что мне нравится, – выпаливает он, обрывая меня. – Мне нравится проводить с ней время. Она классная, и ей нравятся мотоциклы, которые намного интереснее, чем чертов спорт.
– Не выражайся, – ругаюсь я.
Он закатывает глаза и начинает подниматься по лестнице.
– Неважно, – фыркает он, пока я слежу за его движениями, пока он не исчезает из виду.
Я стою как вкопанный, гадая, что, чёрт возьми, только что произошло, когда на кухонном столе начинает вибрировать мой сотовый. Я останавливаюсь, чтобы взять ноутбук Эзры, и направляюсь к телефону, пока звонок не отправился на голосовую почту.
– Привет, – говорю я, даже не потрудившись проверить контакт.
– Худший. Совет. На. Свете, – равнодушный тон Арчера ни с чем не спутаешь.
– Что такое? – спрашиваю я, мой мозг всё ещё переваривает только что состоявшийся разговор с Эзрой, не говоря уже о том, чтобы переварить то, что должен сказать мой вратарь.
– Сегодня после тренировки я узнал, что Шейн был в городе, встречался с некоторыми ребятами, чтобы выпить пива. Поскольку твой совет всё ещё звучит у меня в ушах, я подумал, что, возможно, это хорошая возможность поговорить с ним лицом к лицу – ну, знаешь, как мужчина с мужчиной.
Я закрываю глаза и сажусь на стул, на котором до этого сидел Эзра.
– И?
– И я звоню тебе перед утренней тренировкой, чтобы предупредить о синяке на челюсти, который сейчас на мне.
– Чёрт.
Он невесело выдыхает.
– Я могу с уверенностью подтвердить, что дни моих развлечений закончились, как и эпоха, когда я слушал тебя.
– Кроме того, что он ударил тебя, что он ещё сказал?
На этот раз он смеётся, но мрачно.
– Он сказал, что если ещё раз увидит меня, то переломает мне ноги.
– Ты ударил его в ответ?
Проходит пара секунд молчания, прежде чем он заговаривает.
– Нет. Я не особо хотел, чтобы титул “Барный боец” достался “постоянному плейбою”, – он снова делает паузу. – Мой агент сказал мне, что несколько фотографий, как бьёт меня, попали в интернет. Я не могу на них смотреть.
– Подожди, – говорю я, хватаю очки для чтения со стойки напротив и включаю ноутбук Эзры, прежде чем ввести пароль. – Я посмотрю для тебя. Хотя, возможно, они уже удалены.
У Арчера тот же агент, что и у меня, и он известен тем, что быстро разбирается с подобным дерьмом, хотя, похоже, он не так быстр, как сверстники Эзры.
Как только я набираю последнюю цифру его пароля, я замираю, уставившись на экран.
– О, чёрт, это действительно плохо, не так ли? Тренер собирается надрать мне задницу завтра утром, – Арчер стонет, предполагая, что моё молчание – ответ на то, что я вижу.
Я по–прежнему ничего не говорю.
Мотоцикл Коллинз.
Профиль в Instagram с более чем десятью тысячами подписчиков и сотней разных постов, несколько роликов и фотографий освещают экран передо мной.
Я нажимаю на её последний пост – видео, на котором она ремонтирует Харлей, о котором она говорила. На ней рваные джинсовые шорты, черные ботинки Doc Martens и поношенная серая футболка Def Leppard. Её волосы собраны в пучок, пряди обрамляют лицо, когда она разговаривает с камерой, давая своим подписчикам какие–то пошаговые инструкции. К счастью, всё это в тишине, так как Эзра выключил звук.
Как он узнал, что у неё есть этот аккаунт? Она сказала ему? Или это его друзья нашли? Или он просто загуглил её имя?
Несмотря ни на что, ничто не пройдет мимо этого парня.
– Сойер, поговори со мной.
А? – я несколько раз моргаю и прихожу в себя.
– Фотографии, они в интернете? – спрашивает Арчер.
Я закрываю окно и запускаю быстрый поиск — никаких совпадений.
– Ничего. Полагаю, уже удалили.
Арчер издает слышимый вздох облегчения, а затем начинает говорить, но, как плохой капитан и друг, которым я являюсь, я снова отключаюсь.
Эзра просматривал её профиль в Instagram.
Я нажимаю ещё пару клавиш.
И, судя по истории его поиска, он просмотрел несколько роликов и почти все другие её посты.
Я прокручиваю его историю дальше; он искал наши совместные фотографии — очевидно, нет совпадений — и случайные вопросы о мотоциклах Harley–Davidson.
Чёрт возьми.
Неужели я только что обнаружил новый интерес своего сына?
  
ГЛАВА 9
 
СОЙЕР
– Ты вообще планируешь сегодня снимать шлем? – Джек поворачивает голову к Арчеру, когда мы останавливаемся посреди тренировки, чтобы глотнуть жидкости.
– Точно. Когда мы добрались до катка, ты уже был на льду, в экипировке и разминающийся, – отвечает Эммет Ричардс, один из давних защитников команды.
Арчер бросает на меня взгляд и делает глоток из своей бутылки. Я не видел силы удара Шейна, но предполагаю, что это был хороший удар.
С глубоким вздохом Арчер снимает шлем, и глаза Джека вылезают из орбит. Поскольку вчера он ушел с тренировки без каких–либо травм, очевидно, что за ночь у него образовался огромный фиолетовый синяк вдоль нижней части челюсти.
– Что, чёрт возьми, произошло? Подожди, ты встречался с Шейном и некоторыми другими парнями прошлой ночью? – спрашивает Джек.
Кивнув, Арчер легонько проводит рукой в перчатке по лицу.
– Он гулял с несколькими другими парнями из фарм–команды. Я слышал, что у них было несколько выходных между играми, и они собирались погулять в Уильямсбурге. Я пошел в один из баров, которые, как я знал, они посещали, и отвел Шейна в сторону, – он прочищает горло и морщится. – Рассказал ему, что мы обсуждали, – он закатывает глаза, всё ещё убежденный, что это был плохой совет. – И следующее, что я помню, это как его кулак оказался у моего лица.
  
Джек протягивает руку и похлопывает Арчера по плечу.
– Я думаю, в этом сезоне может настать твоя очередь забрать домой приз за то, что ты разозлил товарищей по команде.