Мост висельников (ЛП)

— Джонни Джеймс Брукс, — простонала она, и я вышел из нее, разворачивая ее и притягивая к себе за волосы.
— Произнеси мое имя, Роуг, — приказал я, когда она посмотрела на меня сквозь дымку желания, но ее глаза сверкали азартом, и я должен был догадаться, что она будет какой угодно, но только не послушной.
— Я произношу имена парней, которые заставили меня кончить сильнее, чем ты, — поддразнила она, и с моих губ сорвалось рычание.
  
Я поднял ее, перекинул через плечо и отнес на скамейку в задней части катера, усадив ее там, в то время как сам опустился на колени между ее ног и широко раздвинул ее бедра для себя. Я зарылся лицом между ее ног, облизывая и посасывая ее клитор, пока она терлась киской о мой рот. Я ввел в нее три пальца, растягивая ее и делая своей, а она вцепилась пальцами в мои волосы. Она была чертовски сладкой на вкус, и я пожалел, что мы не сделали этого раньше. Мы должны были трахаться годами, мы должны были быть первыми друг у друга, и я презирал тот факт, что никогда не смогу получить этого от нее. Но сейчас этот факт только подстегивал меня, потому что у меня было много времени, чтобы наверстать упущенное, и я обязательно заклеймлю ее таким наслаждением, что она забудет обо всех, с кем она была, до того, как «Арлекины» вернули ее себе.
Кроме того, может, я и не был у нее первым, но я был последним мужчиной, присоединившимся к группе, что делало меня последним с кем у нее будет «первый раз». И это была маленькая корона, которую я был более чем счастлив возложить себе на голову.
Я потирал ее точку g идеальными круговыми движениями, загибая пальцы внутрь и проводя языком по ее клитору быстрыми движениями, которые заставили ее снова кончить через считанные секунды.
— Чейз Коэн, — простонала она на этот раз, и теперь эта игра уже начала выводить меня из себя. Я посмотрел на нее снизу вверх, мои пальцы все еще были глубоко внутри нее, а рот был влажным от ее желания.
Я медленно вытащил пальцы, заставив ее захныкать, и встал, глядя сверху вниз на девушку, которая была такой бесящей и такой пленительной одновременно.
Я слизал ее вкус со своих пальцев, и ее губы приоткрылись, пока она наблюдала за мной, но затем ее рука потянулась, натягивая платье, чтобы скрыть киску, но если она думала, что я закончил с ней, то ей предстояло узнать, насколько она ошибалась.
Я подхватил ее под бедра, опускаясь на ее место на скамейке и сажая к себе на колени так, чтобы она была ко мне лицом. Я взял ее за запястья, и сжал их одной рукой у основания ее позвоночника, а она уперлась коленями в скамью, прижалась лбом к моему, приподнявшись настолько, чтобы я смог направить свой член к ее входу. Затем она опустила бедра вниз, и я снова оказался в раю: мы оба громко застонали, соединившись, и я полностью овладел ею, насаживая ее на себя, захватывая ее рот своим и покусывая ее язык, пока она целовала меня.
Я держал одну руку на ее бедре, массируя большим пальцем ее клитор, чувствуя, как она сжимается вокруг моего члена, зная, что на этот раз я тоже собираюсь кончить. В промежутках между укусами и поцелуями наши движения становились все более неистовыми, и я отпустил ее руки, чтобы она могла опереться на мои плечи, держась за оба ее бедра и трахая ее глубоко и жестко, пока ее киска не напряглась, и она не кончила с криком удовольствия. Я впал в экстаз сразу после нее, изливаясь в нее и постанывая в нежность ее шеи, когда мы прижимались друг к другу, преодолевая волну блаженства, которая держала нас в своих тисках.
Я откинулась на спинку сиденья, когда Роуг плюхнулась на меня, а мои руки крепко обхватили ее, пока мы пытались восстановить дыхание.
— Фокс Арлекин, — промурлыкала она. — Фокс гребаный Арлекин.
По моему лицу расплылась глупая улыбка, и рычащий монстр внутри меня наконец-то уснул, поскольку я купался в этой победе, напоминая себе, что она моя, а я — ее. И этого уже не изменить.
Когда мы наконец пришли в себя и снова были полностью одеты, я отвел Роуг обратно в дом и позволил ей ускользнуть в ванную.
Я вернулся обратно к бассейну в своем только что оттраханном оцепенении, налил себе крепкого рома с колой и осушил половину одним большим глотком.
— Это не драматично, — говорил папа стоявшему рядом Пепито.
— Это очень драматично, — возразил Пепито, не сводя глаз с Кармен, которая разговаривала с Бруклин.
— Посмотри на него и скажи мне, что ты бы не умер за него, — сказал папа, указывая на что-то, и я проследил за его взглядом на Дворнягу, который теперь был в маленьком галстуке-бабочке и праздничной шляпе и грыз печенье, которое кто-то уронил на землю.
— Я бы не умер за эту собаку, — сказал Пепито, покачав головой.
— Ну, я бы так и сделал, — пробормотал папа как раз в тот момент, когда пьяный парень, спотыкаясь, подошел к Дворняге, и пес схватил печенье и убежал с ним, как будто боялся, что кто-то может его украсть.
— Чему ты улыбаешься? — спросил Джей-Джей, внезапно появившись, и его глаза расширились от осознания, когда он подошел ко мне. — У тебя был секс. — Обвинил он, указывая прямо на мой член, и я отбросил его руку.
— Джей-Джей, — рассмеялся я, потягивая свой напиток.
— Да, был, — настаивал он. — Как ты это сделал? — Он придвинулся ближе, выглядя возбужденным. — Засунул палец в ее задницу, пока трахал ее сзади?
— Джей-Джей, — на этот раз прорычал я, и в моем голосе проскользнул гнев.
— О, извини, брат, я забыл, что тебе нравится быть частью… обратного гарема.
— Чего? — Озадачено пробормотал я.
Джей-Джей закатил глаза, хватая пиво со стола и откручивая крышку. — Пожалуйста, скажи мне, что ты не все еще читаешь ту серию книг, которую я тебе одолжил.
— Там пять книг, и они огромные, — сказал я.
— Я отдал их тебе несколько недель назад. Ты так медленно читаешь, чувак.
— Ну, может быть, я перестал читать после третьей книги.
— Что? — выдохнул он, в ужасе схватив меня за плечо и вытаращив на меня глаза. — Ты шутишь, да? В третье книге ведь был огромный сюжетный обрыв.
— Она выбрала одного из парней, — сказал я, пожимая плечами. — И не того, за кого я болел.
— О боже мой, — простонал он. — Ты такой тупой. Вот почему ты этого не понимаешь.
— Чего не понимаю? — Я нахмурился.
— Нас. — Он указал между нами, а потом на Маверика и Чейза на другой стороне бассейна. — Мы ее гарем.
— Угу, — сухо сказал я.
— Боже, ты такой Гейб. — Он отошел от меня, оставив меня с этим самородком замешательства.
Я допил остатки своего напитка как раз в тот момент, когда снова появилась Роуг с блеском в глазах, который говорил о нашей тайне. Я наблюдал, как она пробирается сквозь толпу, разговаривая с людьми, в то время как ее взгляд снова и снова скользил по мне, и я прикусывал внутреннюю сторону своей щеки. Она была чертовски совершенна. Я не мог насытиться, наблюдая за ней, зная, что я только что сделал с ней, и зная, что я был единственной причиной того, что она так раскраснелась. Это заставляло меня чувствовать себя чертовски кайфово.
— Помогите! Кто-нибудь, помогите! Дворняга застрял! — взволнованно закричала Ди, указывая в узкую щель за навесом для обогревателя бассейна.
— Дворняга! — в панике выкрикнул Лютер, но я добежал первым, проскочив мимо него и упав на колени, чтобы заглянуть в щель за навесом. Там застрял Дворняга, задом ко мне, а его маленькое тело дрожало, пока он пытался пятиться, но ничего не получалось.
Внезапно мне на спину обрушился чей-то вес — это Роуг залезла на меня, чтобы тоже посмотреть.
— Дворняга, — выдохнула она. — Иди сюда, давай, малыш. Подвинь свою крошечную задницу назад, ты справишься!
  
Дворняга заскулил, пытаясь пошевелиться, но, похоже, не мог выбраться. Роуг потянулась к нему, и ее пальцы почти достали до его хвоста, но ее рука была недостаточно длинной.
— Я сделаю это, — сказал я, и она слезла с меня, чтобы я мог двигаться.
Я лег на бок, чтобы легче было просунуть руку в щель, и подался вперед, так что моя голова тоже оказалась в щели, а затем моя рука сомкнулась вокруг маленького тела Дворняги.