Мост висельников (ЛП)

— Это была наша единственная зацепка, — сказала я, и мой голос дрогнул, поскольку наша неудача грозила мне слезами, которые я яростно смахнула. Я не буду плакать из-за Шона Маккензи. Никогда.
— Неважно, — грубо сказал Чейз. — Ничто из этого не имеет значения, кроме этого. — Он снова поцеловал меня, и на этот раз я полностью отдалась ему, вцепившись руками в его теперь уже грязную гавайскую рубашку, в то время как он запутался пальцами в рыжем парике и стянул его с меня.
  
Моя радуга рассыпалась вокруг нас, пряди были спутанными и влажными от пота, но Чейза, казалось, это совсем не волновало, так как он запустил в них пальцы и поцеловал меня глубже.
В этом поцелуе был целый океан, запятнанный всем тем, что мы пережили до этого момента, и в то же время наполненный жизнью, надеждой и красотой. Его язык был приливом, который разбивался о мой, а сила этого поцелуя была грубой и неудержимой, бесконечной и беспощадной.
— Я люблю тебя, Чейз Коэн, — прошептала я ему в губы, желая, чтобы он почувствовал вкус этих слов на моих губах и ощутил их истинность, впитывая каждое из них.
Моя рука скользнула по его щеке, лаская шрамы, которые он носил как плату за то, что любил меня в ответ. Тьма внутри меня становилась глубже, желание восстановить равновесие и положить конец этим мучениям, проникая в мои вены и за их пределы.
— Я не заслуживаю твоей любви, — выдохнул он, хотя то, как он цеплялся за меня, ясно давало понять, что он явно не собирается от нее отказываться. — Но я заслужу. Я буду заслуживать ее каждый оставшийся мне день и сделаю себя достойным тебя, даже если это будет последним, что я сделаю.
— Прекрати, — запротестовала я, ненавидя, когда он говорил о себе так, словно имел меньшую ценность, чем на самом деле, но он только покачал головой.
— «The Last Time» Taylor Swift и Gary Lightbody, — сказал он, приблизив губы к моему уху и заставив меня вздрогнуть, когда слова песни всплыли в моей памяти и заставили все мое тело содрогнуться от удовольствия. — И я тоже тебя люблю.
 
— Давай быстрей, Джей-Джей! — рявкнул я, пока он ехал по грунтовой дороге, а машина яростно тряслась и подпрыгивала на каждой выбоине и кочке.
— Я еду так быстро, как только могу, — прорычал Джей-Джей.
— Мисс Мейбл могла бы ехать быстрее, — прошипел ему Маверик с пассажирского сиденья, высунув руку из окна с пистолетом, готовясь к стрельбе.
— Пошел ты. — Джей-Джей еще сильнее надавил на газ, отбрасывая нас назад на сиденья, и я схватился за спинку его кресла, осматривая трассу в поисках каких-либо признаков Роуг и Чейза.
Сердце бешено стучало в груди, билось о грудную клетку, пытаясь вырваться на свободу и добраться до двух людей, в которых оно так нуждалось, чтобы убедиться, что с ними все в порядке.
Машину занесло на крутом повороте, и вокруг поднялась нас пыль, но мой взгляд упал на Чейза и Роуг, наполовину срывающих друг с друга одежду и целующихся со всей огненной страстью солнца.
Мое сердце воспарило, когда я увидел их невредимыми, и я распахнул дверцу, когда Джей-Джей ударил по тормозам, и мы выскочили из машины, мчась к ним, молясь, чтобы я увидел безжизненное тело Шона, лежащее за ними. Но все, что я увидел, — это мотоцикл Чейза на земле со спущенными шинами.
Чейз и Роуг не обратили внимания на то, что мы приехали, так как он столкнул ее с дороги и прижал к дереву.
— Чейз, — простонала она, ее рука скользнула между ними, обхватив его член и заставив его глубоко застонать в ответ.
Плечо Маверика коснулось моего плеча слева, а плечо Джей-Джея — справа, когда они присоединились ко мне, и я понял, что застыл на месте: мой взгляд был прикован к тому, как Чейз прикасался к ней, как она так идеально выгибалась навстречу ему, когда он задрал платье на ее бронзовых бедрах.
— Наслаждаешься шоу, Фокси? — с издевкой пробормотал Рик, и моя верхняя губа приподнялась в оскале, но я все равно не шелохнулся: мои глаза были прикованы к движениям Роуг, в то время как Чейз держал ее в своей власти и начал расстегивать ширинку.
— Значит, мы так и будем просто стоять здесь? — Пробормотал Джей-Джей, глядя на меня в поисках указаний.
Мои губы дрогнули, и я вышел из своего застывшего состояния, прочистил горло и снова направился прямо к ним.
— Что происходит? Где, черт возьми, Шон? — спросил я, хотя это прозвучало не со злостью, как я изначально хотел.
Увидев, как они целуются вот так, потерявшись в друг друге, я вспомнил об их общей душевной боли, о какой-то темной и священной связи, которая их сближала. И меня чертовски убивало осознание того, что кусок дерьма, оставивший на них эти шрамы, все еще ходит по этой земле.
Голова Роуг резко повернулась, и Чейз уткнулся лицом ей в шею со стоном разочарования.
— Еще пять минут, — взмолился Чейз. — Пойдите прогуляйтесь или сделайте еще что-нибудь.
— Еще десять. — Роуг шлепнула его по руке, и ее щеки вспыхнули, когда он рассмеялся в ее плоть.
— Как насчет того, чтобы ты отнес ее в машину, и мы отвезем ее куда-нибудь, где мы все сможем поиграть в эту игру? — Предложил Рик, и мои руки сжались в кулаки при мысли о том, что они все куда-то исчезнут без меня.
— Шон? — подтолкнул я, и Роуг освободила свои ноги из хватки Чейза, сдавшись перед неизбежным, в то время как он тоже отпустил ее и поправил огромную выпуклость на своих штанах с выражением раздражения на лице.
Она направилась к нам, но он продолжал держать ее за руку, прижимая к себе, как волк, охраняющий свою добычу. Хотя, когда я перевел взгляд с одного на другого и заметил силу в глазах Роуг, я понял, что он больше похож на волка, охраняющего свою пару.
— Он сбежал, — выдохнула Роуг. — Он сказал что-то вроде того, что еще не готов встретиться со мой.
— Он все еще ранен, — сказал Джей-Джей с ноткой удовлетворения в голосе.
— Хорошо, — проворчал Рик. — Но, на мой взгляд, он недостаточно ранен. В какую сторону он поехал?
Он посмотрел дальше по дороге, которая расходилась в двух направлениях, и его мышцы напряглись от потребности в крови.
— Он давно уехал, — вздохнул Чейз. — Эти тропы тянутся по всему лесу на многие мили и выходят на разные дороги.
Я кивнул, понимая, что он прав. Он часто практиковался в вождении здесь, и мы устраивали здесь несколько гонок по грунтовым дорогам с местными ребятами. Это был лабиринт из деревьев и фермерских угодий, и куда бы Шон ни ехал, у нас не было шансов предугадать куда именно.
— Он сбежал не только потому, что ранен, — сказала Роуг, двигаясь между всеми нами, а ее глаза скользили по нам, одному за другим, как будто она пыталась убедиться, что с нами все в порядке. — У него что-то запланировано. Он бы не отказался от такой возможности так легко. Мне это не нравится.
— Никому из нас это не нравится, и не понравится, пока он не умрет и не будет похоронен, — добавил Чейз, и нас охватило беспокойство, когда мы все немного поразмыслили над этим, задаваясь вопросом, что, черт возьми, Шон мог планировать, что заставило его отказаться от возможности заполучить в свои руки Роуг подобным образом. Не говоря уже о возникших вопросах о том, зачем он послал кого-то за ней, если она ему пока даже не нужна. Одному богу известно, что он задумал, но ничего хорошего из этого точно не выйдет.
  
Мой взгляд упал на синяк, расцветающий на руке Роуг, и я нахмурился, подавшись вперед и нежно проведя по нему рукой. — Тебе больно? — спросил я, и мои пальцы нащупали еще один свежий синяк на ее плече.
— Я в порядке, — сказала она, и мурашки побежали по ее коже от моих прикосновений, пока я осматривал ее.
Я притянул ее в свои объятия, целуя в лоб и вздыхая с облегчением, осознавая, что с ней все в порядке.
— Ты собираешься включить тотальный режим барсука? — спросила она в мою футболку.