Сын моего сына (СИ)

Стою у окна, глядя на город. Этот город — моя арена, и я готов биться за него до конца. Но внутри все кипит. С одной стороны — амбиции, с другой — отвращение к самому себе.
Сквозь это внутреннее раздражение и усталость вдруг приходит мысль: как там Ангелина?
Набираю номер водителя.
— Да, Тимур Эльдарович, — отвечает голос в трубке, едва услышав гудки.
— Как там у вас дела? — коротко спрашиваю, не желая растягивать разговор.
  
— Всё нормально, Тимур Эльдарович. Мы как раз сейчас едем обратно, — отвечает водитель. В его голосе слышится профессиональная сдержанность, но я знаю, что, если бы что-то было не так, он бы сказал.
— Давно выехали?
— Да, минут десять назад. Всё спокойно.
Я ненадолго замолкаю, ощущая некоторое облегчение от его слов.
— Хорошо. Сообщи мне, когда доедете, — добавляю я, прежде чем закончить разговор.
Водитель что-то подтверждает, но я уже не вслушиваюсь. Просто кладу трубку и возвращаю взгляд на город.
  
9
 
Ангелина
Ольга сидит напротив, пристально глядя на меня. Я чувствую, как её взгляд проникает вглубь, пытаясь понять, что у меня на уме. Мы только что закончили пить кофе, но разговор о Тимуре, похоже, ещё не закончен.
— Геля, ты вообще понимаешь, с кем связалась? — спрашивает она тихо, наклоняясь ближе. — Откуда ты знаешь, что за человек этот Тимур? Зачем ты к нему переехала?
Мне было так стыдно признаться в том, что это мои родственники «переехали» меня к нему. Я сглатываю и отводя взгляд на сына, который играет с игрушечной машинкой, всё же решаюсь задать встречный вопрос:
— А с чего ты вообще взяла, что он опасный?
Ольга вздыхает и нервно барабанит пальцами по столу.
— Помнишь, у меня был начальник на старой работе? Алексей. Он всегда был человеком с деньгами, никогда проблем с бизнесом не было. Ну, или так казалось.
Я киваю, пытаясь вспомнить детали. Ольга часто жаловалась на своего начальника, но я никогда особо не вникала.
— Так вот, — продолжает она, понизив голос. — Он влез в долги, не смог вовремя отдать. И Тимур был тем, кто с ним работал. Ну, «работал» — это громко сказано. Алексей не мог рассчитаться, а Тимур просто разорил его фирму. С тех пор тот не может вернуться в бизнес. Говорят, Тимур сделал это хладнокровно и без колебаний. Он не прощает ошибок, не даёт второго шанса.
Слушая её, я ощущаю, как холодный поток тревоги проникает под кожу. Каждое слово Ольги — словно удар по нервам. Я знала, что Тимур непростой, как говорила баба Валя, авторитетный, но что всё настолько серьёзно?
— Ты уверена? — тихо спрашиваю я, сжав чашку в руках так, что пальцы побелели.
— Уверена. Алексей Андреевич был сломан после этого. Слишком гордый, чтобы прямо об этом говорить, но я видела. Слушай, Геля, будь осторожна. Этот человек может показаться спокойным, но внутри у него сталь. Он не остановится ни перед чем.
Я киваю, стараясь сохранить внешнее спокойствие, но внутри всё переворачивается. Мотаю всё это на ус, запоминая каждую деталь её рассказа.
— Спасибо, Оль, — мягко говорю я, наклоняясь, чтобы поцеловать её в щёку. — Я буду осторожна.
— Обещай, что будешь держать глаза открытыми, — с беспокойством добавляет она, обнимая меня.
— Обещаю, — слабо улыбаюсь в ответ.
Официант приносит нам счет и достаю карточку, чтобы рассчитаться за заказ. Но прежде, чем тот успел её принять, Ольга внезапно хватает меня за руку, остановив движение.
— Ты что делаешь? — шепчет она с явным осуждением, глядя на меня в упор.
Я опешила, не ожидая такой реакции.
— Плачу, — спокойно отвечаю я.
— Карточкой Тимура? — её голос звучит тихо, но решительно. Она, не отводя взгляда, накрывает свой ладонью мою руку. — Геля, ты что, совсем с ума сошла?
Я на секунду застываю. Ольга никогда так не говорила со мной.
— А что такого? — попытаюсь отшутиться, чувствуя, как что-то внутри меня напрягается.
— Ты понимаешь, что это ещё больше привязывает тебя к нему? — шепчет она, продолжая крепко держать меня за руку. — Это не просто деньги, Геля. Это контроль. Он хочет, чтобы ты была зависима. И ты ему позволяешь это. Сама.
Её слова звучат, как удар в живот. Я понимаю, что Ольга права.
— Но что мне тогда делать? — шепчу я, чувствуя, как неуверенность медленно накатывает волной. — Я же не могу позволить ему всё контролировать. А что, если я скажу ему об этом?
Ольга качает головой, отпустив мою руку, и вынимает из своего кошелька наличные, передавая их парню в белой рубашке.
— Начни с того, что не используй его деньги, — тихо говорит она. — Ты должна понимать, что это игра на его условиях. И чем больше ты будешь ему подчиняться, тем сложнее будет выбраться из этого.
Мы тепло прощаемся, обмениваясь несколькими дежурными фразами, и я направляюсь к сыну. Он поднимает на меня свои светлые глаза, и я, чуть наклоняясь, беру его за руку.
— Пошли, Дань, — шепчу я, чувствуя, как тревога затмевает мысли. Мы возвращаемся к машине, и я, чуть задержав дыхание, открываю дверцу, помогая ему забраться внутрь.
Я усаживаю сына в детское кресло, а сама ныряю на переднее сиденье и закрываю дверцу.
— Как встреча? — спрашивает он, аккуратно трогая машину с места.
— Нормально, — отвечаю я, стараясь держать голос ровным. Я не хочу углубляться в разговор, особенно после того, что рассказала Ольга. Всё внутри дрожит от тревожных мыслей, и мне хочется лишь одного — как можно быстрее оказаться дома.
Через несколько минут в машине раздается звонок телефона. Водитель бросил короткий взгляд на дисплей, и я замечаю, как его лицо становиться серьёзным. Он принимает вызов, не сбавляя скорости.
— Да, Тимур Эльдарович, — говорит он, слегка понизив голос. Я чувствую, как в груди сжимается.
Отвожу взгляд в окно, делая вид, что не придаю значения его разговору, но слух обостряется.
— Всё нормально, Тимур Эльдарович. Мы как раз сейчас едем обратно, — говорил Сергей, и я замечаю, как его тон становиться более сдержанным. — Да, минут десять назад. Всё спокойно, — он на секунду смотрит в мою сторону, как будто проверяет, не подслушиваю ли я, но продолжает говорить. — Понял, кивает и отключает звонок.
Меня охватывает лёгкое головокружение. Он что, следит за мной по его поручению? Я отвожу взгляд от окна и смотрю на сына, который беззаботно играет с подаренной Ольгой игрушкой.
— Домой сразу или ещё куда-то заедем? — улыбается Семен.
Я смотрю на него, пытаясь понять, знает ли он больше, чем показывает, но не нахожу ничего подозрительного в его лице. Просто профессионал, выполняющий свою работу.
— Домой, — коротко отвечаю я, снова отворачиваясь к окну.
  
10
 
Тимур
Возвращаюсь домой. Уже поздно, день сегодня выдался бесконечным. Город утонул в огнях, но мне сейчас нет дела до всего этого — слишком много мыслей бурлит в голове. Я паркую машину, глушу двигатель и какое-то время просто сижу, прислонившись к подголовнику. Тишина ночи давит на уши, а мысли о сегодняшних разговорах с Телецким и всём этом политическом бардаке не дают покоя.
Наконец, тяжело выдохнув, выхожу из тачки и иду к двери. Открываю замок и захожу внутрь. В доме тихо, только слабый свет из гостиной вырывается в коридор. Снимаю пальто и прохожу в комнату, чувствуя усталость, но одновременно и напряжение. Как только оказываюсь в гостиной, бросаю взгляд на диван, где обычно играет мелкий. Но в этот раз там пусто.
Я уже как-то и привыкать к ним начал. Ангелина наверняка уже уложила его спать, — мелькает в голове.
Прохожу дальше на кухню. На столе — недопитый чай. Значит, Геля ждала меня, но не дождалась. Могу себе представить её усталое лицо, как она закутывается в плед, сидя тут одна. Это почему-то вызывает во мне тихое раздражение.
  
Из верхнего кухонного шкафчика, достаю бутылку с янтарной жидкостью. Медленно наливаю себе выпить и облокачиваюсь на стол. В голове всё ещё гудит от разговоров о выборах.