Я один вижу подсказки 10 (СИ)
Теперь у нас хотя бы уже была цель, которая сложилась в план. И первым пунктом было – нужно собраться в школу.
Каждый ученик проходит одни и те же этапы с утра: проснулся, сходил в туалет, позавтракал, умылся. И только тогда можно идти.
Мы ничем от них не отличались. Тела у нас обычные, за ними требовался соответствующий уход. Мы не можем не есть, иначе свалимся в школе от голодного обморока.
Поэтому я решил приготовить завтрак, пока сестра будет мыть и сушить волосы. Ведь на её голове было настоящее птичье гнездо. По-другому его назвать было сложно.
– Почему бы тебе не выйти так?
– Нет. Хоть убей!
Встал на кухне и подумал:
«Завтрак, да?»
Первым делом заглянул в холодильник и осмотрел его. К счастью, там было всё необходимое: яйца, пара свежих овощей для салата и даже немного ветчины.
«Неплохо».
Разогрел сковороду и пожарил каждому по два яйца с помидорами. Получились две одинаковые порции. Рядом поставил хлеб, ветчину и салат.
Из кухонного шкафчика достал чай, заварил, но тот получился довольно крепкий. Впрочем, чуть сахара, и вкус становится нормальным.
«Наоборот хорошо… Бодрит!»
Всё это явно не напоминало завтрак у аристократов. И сервировка была условной: столовые приборы и простые тарелки.
Когда готовил, больше думал о самом важном ресурсе любого мира – деньгах. У нас их не было, а продукты в холодильнике явно не бесконечны.
«Нужно будет уделить этому вопросу больше времени».
Также я думал, что сестра будет возмущаться, что мало кормят, что еда какая-то непривычная. Только ничего такого не было: она высушила волосы, быстро села и начала есть.
Она знала правду:
«Ты либо ешь, либо нет. Третьего не дано».
Пока мы ели, то говорили в основном о планах и наших ожиданиях от четвёртого испытания. Конечно, выводы о миссии сделать пока тяжело, но кое-что о мире – определённо можно.
Посуду мыла сестра, я не дал ей просто уйти. А сам пошёл переодеваться.
Непривычно было надевать школьную форму, но та оказалась хорошего качества: тёмные брюки, белая рубашка, чёрный пиджак с эмблемой школы.
У Ярославы была аналогичная форма, только юбка вместо брюк. Юбка была довольно длинной, почти до пола, но красивая. Что удивительно, она задрала её и сказала:
– Смотри сюда.
– Ого.
Я удивился: у неё были плотные чёрные колготки, явно зимние. Мир, похоже, был помешан на тепле. Может, я ошибся, когда подумал, что сейчас осень. Тем более в записке была указана дата: первое мая.
«Это май у них такой?»
Вероятно, погода в городе аномально холодная. Поэтому в шкафу в прихожей мы нашли тёплые вещи: пальто, шарфы и шапки.
На всякий случай я прихватил наши «паспорта». Ключи от квартиры тоже нашлись в прихожей: они висели на крючке.
На всё про всё ушло около сорока минут, может быть, чуть больше. Всё делали в спокойном темпе, стараясь не нервничать и не забыть чего-то важного.
И вот мы вышли на улицу. Два человека: брат и сестра. Стоим у подъезда, затянутого серым утренним светом и слегка морозным воздухом.
Ярослава закуталась в шарф и тихо спросила:
– Так... Школа двадцать вторая... где она?
Мы оба посмотрели вперёд, на улицу, пока ещё тихую, почти безлюдную. И вдруг стало понятно:
– Без понятия.
Глава 9 – День профориентации
Так как навык Всеведущего не работал и я не мог просто взять и получить нужный ответ, дела были плохи.
Отчаиваться, конечно, тоже не стоило. Ведь в такие моменты человеку остаётся использовать одну из самых старейших функций – спросить дорогу у прохожего.
Поэтому мы прошли во двор в поисках кого-то, кто мог бы нам помочь. К счастью, на улице оказался дед. Тот был закутан в длинное, плотное пальто.
Было трудно понять, то ли он сам был такой плотный, то ли пальто добавляло ему объёма. В его руках длинная деревянная метла, рядом совок и металлическое ведро.
Он неспешно подметал пыль с дороги, сгребая её в совок и высыпая в ведро.
Мы подошли ближе.
– Эм... простите?
Старик даже не заметил нас. Казалось, он настолько привык быть невидимым для окружающих, что даже когда мы встали почти вплотную, он продолжал сосредоточенно мести, не отрываясь от дела.
Я чуть повысил голос:
– Дядь!
И только тогда он медленно обернулся. Лицо его было морщинистым, уставшим, но в глазах всё ещё теплился живой огонёк.
– Арга? – произнёс он что-то непонятное.
На мгновение я подумал, что в этом мире говорят на другом языке. Хотя учебники, находящиеся дома, доказывали обратное.
– Вы не подскажете, где находится двадцать вторая школа?
Старик нахмурил брови. Его взгляд, полный недоумения и лёгкой насмешки, говорил без слов: «Вы что, совсем глупые? Не знаете, где находится ваша же школа?»
Он фыркнул, отвернулся и, будто разочаровавшись в нынешнем поколении, снова принялся мести.
Шарк. Шарк.
Метла вновь зашуршала по асфальту. Но я не собирался сдаваться. Хотел было протянуть руку, чтобы осторожно похлопать его по плечу. Нужно дать понять, что это не розыгрыш, а серьёзный вопрос, и что мы, вообще-то, новенькие.
В этот момент сестра похлопала меня по плечу.
– Вон, смотри.
Я обернулся туда, куда она указала. Справа по тротуару шли двое молодых парней. По их аккуратным чёрным брюкам и туфлям можно было сразу догадаться:
«Они из нашей школы… наверное…»
Уверенности на сто процентов не было. Но по крайней мере, хоть какая-то зацепка. Понятно, что с ними больше шансов что-то понять, чем с ворчливым метельщиком.
– Идём за ними!
– Хорошо.
Улицы в городе были довольно узкие. Я бы даже назвал их улочками: очень тесные, не прямые, а скрученные. В некоторых местах вообще были тупики.
Ощущения были, будто мы находимся внутри старого города-крепости Эвора.
Мне показалось это важным, так как по внешнему виду города легко судить о том, как здесь живут люди. Если перед тобой: широкие проспекты, просторные площади – значит, мир мирный.
Всё, что я мог подумать об этом городе:
«Тут, походу, происходит полный треш…»
Очевидно, город проектировали с оборонительной целью. Такая планировка должна была замедлить продвижение врага, если тот прорвёт внешнюю стену.
В этих улочках легко устраивать засады, сложно маневрировать, а местным защитникам – удобно обороняться.
Благо, мы сели на хвост двоим ученикам. Без них мы бы долго тут петляли. Незнакомому с планировкой человеку легко заблудиться.
С каждым шагом учащихся становилось всё больше. По их внешнему виду мы всё больше понимали:
«Идём правильно».
Через минут пять мы увидели саму «школу». Большое здание, окружённое высоким металлическим забором с острыми наконечниками.
На первых этажах окна были защищены решётками, а углы здания напоминали небольшие бастионы.
Ворота в виде массивной арки, под которой можно было пройти только по узкой дорожке.
«Это точно школа, а не тюрьма?!»
Я так подумал не только из-за внешнего вида, но и из-за охраны на входе. Мужчина в чёрной форме, с толстой мордой. Назвать это лицом было сложно: скорее бульдог, чем человек.
Когда начала подходить очередь заходить, он привычно сказал:
– Покажите документы.
Каждый вытащил свой пропуск. Он их осмотрел и сказал:
– Проходите.
От такого серьёзного подхода к безопасности было одновременно хорошо и плохо. Хорошо, в том плане, что они действительно многое делают для защиты людей – это было видно невооружённым взглядом.
С другой стороны, ощущение вечного контроля не покидало. Мы не чувствовали себя так же свободно, как в родном мире.
Когда мы вошли в школу, нас сразу встретила раздевалка, с длинными рядами металлических вешалок. На них висели различные тёплые вещи.
Дежурными в раздевалке были сами учащиеся: они принимали одежду и выдавали номерки. Мы протянули свои вещи, получили в ответ пластиковые жетоны и двинулись вместе с толпой.