Новогодняя замена

– Леша, – неуверенно растягиваю губы в улыбке. Пальцы кое-как находят его. Наши ладони сплетаются. У Соколова она горячая, а моя совсем ледяная.
– Почти, только страха в глазах поменьше, а то подумают, что я тебя заставляю.
– И правильно подумают, – бурчу себе под нос. – Пойдемте, а то Конфета замерзнет.
– Угу, большая потеря будет, – Соколов чихнул. – И на ты, не забывай.
  
Мы доползаем до аэропорта по плохо расчищенным дорожкам. Соколов, а точнее Леша… Лешенька, Лешик. Или как там мне называть моего фальшивого жениха? Короче, по дороге он сбрасывает с себя зимнее пальто, потому что пышет жаром в своем обтягивающем спортивную фигуру свитере. Два чемодана, кошка и я на буксире – хорошая нагрузка у него оказалась, сможет спокойно пропустить тренировку.
Стоит снежинкам к нему подлететь, как они начинают таять, превращаясь в искрящиеся капли на лице и шее.
– Сашуль, давай ты дальше сама пойдешь? Я слегка устал.
– Так и быть, Алексей Владимирович.
Недовольно забираю у него кошку. Конфетка носится по своей переноске, давая понять, что любые ограничения ее ценной персоны неприемлемы.
– Леша, – поправляетт меня начальник.
– Александра, – поправляю его я.
– Какая Александра? Влюбленные друг друга так не называют.
– А как?
– Ну там милый, любимый, котик.
– Котик? – дергаю бровью.
– Согласен, перегнул.
Когда мы оказываемся у стойки регистрации, у нас вспыхивает еще одна ссора. На этот раз из-за Конфетки: оказывается, ее нельзя с салон.
– О ней позаботятся, Саша.
Соколов терпеливо поглаживает меня по плечам, пока мяукающую переноску уносит сотрудник.
– Это стресс, она еще такая маленькая. И года нет. Я ее у подъезда подобрала, вылечила, откормила. Я ей обещала, что всегда буду заботиться.
Механический голос из динамика обозначил, что посадка скоро начнется, поэтому мои страдания пришлось на время прервать, чтобы добраться до своих мест в самолете. Леша великодушно уступил мне кресло у прохода, расположившись у окошка.
Потом самолет зашумел, затрясся и покатился. Сам взлет не помню, меня сковало, уши заложило. Я потихоньку прочитала молитву и попрощалась со всеми родственниками. Когда мы оказались на нужной высоте и нам разрешили отстегнуть ремни, оказалось, что я успела мертвой хваткой вцепиться в начальника и размазываю по его идеальному бежевому свитеру слезы и тушь, мну в кулаке ткань, обнажая пресс.
Приходя в себя, медленно отодвигаюсь.
– Я боюсь, – поясняю на всякий случай.
– Я понял, – он терпеливо разгладил ладонью свой испорченный свитер.
Стоит только мне немного прийти в себя, выпить водички, расслабиться, как мы начинаем снижаться. И все повторяется снова.
Леша, готовый к такому повороту вещей, прижал меня к своей груди и все время гладил по спине. Сообщил, что я спокойно могу уничтожать его свитер, так уж и быть.
Ступив на мерзлую землю Екатеринбурга, я едва не бросилась ее целовать. Удержал меня только Соколов, сообщив, что кругом машинное масло, сплошные микробы и вообще губы сотру об асфальт.
Подхватил меня под руку и поволок на выход. Чем дальше оставался самолет, тем больше я приходила в себя. Когда мне вернули мою Конфетку, вынула ее и прижала к сердцу. Обе мы с ней выглядели потрепанными.
Перелеты однозначно не наше.
Соколов в это время разговаривает по телефону, объясняя, где нас лучше забрать. Говорит терпеливо, повторяя по два-три раза.
– Ну что, готова? – смотрит на меня с сомнением.
– Наверное…
Мы выходим из аэропорта. На улице нас встречает внезапно начавшаяся метель. Иду за Алексеем Владимировичем, пряча себя и Конфетку в переноске от ветра и колючих снежинок. Когда он останавливается, врезаюсь.
Выглянув, вижу большой минивэн. Из водительской двери нам навстречу несется темноволосая женщина с рассыпавшимися по плечам волосами. Она обрушивается на моего босса, подобно тайфуну, и повисает на его шее. Следом отодвигается боковая дверь, из которой выкатываются девочка и мальчик в теплых комбинезонах. Они прыгают рядом, хватая Соколова за руки.
– Дядя Леша, а ты нам подарки привез?
– А мне куклу, которую я хотела?
– И «Лего»! Мы хотели построить космолет!
– Так, дети. Леша устал после перелета, – женщина выпускает Алексея из объятий. – Все вопросы дома.
Я в ступоре стою рядом.
Вообще-то речь шла о бабушке, но эта милая брюнетка на нее совершенно не тянет.
– Моя сестра Оля, племянники Илья и Иришка, – знакомит нас Леша. – А это моя Саша, – его ладонь опускается на мое бедро, по-собственнически притягивая ближе.
– Здравствуйте, – хлопаю ресницами.
Все трое смотрят на меня с любопытством.
– Давайте внутрь, а то совсем заметет, – хлопает сестра Алексея в ладоши и забирается на переднее сиденье. Илья с Иришей рассаживаются по своим детским креслам внутри. Они все также буравят меня двумя парами ярко-голубых глаз. У Алексея и Оли карие, так что достались они им от отца, как и светлые волосы, которые я вижу, стоит шапкам с помпонами слететь с детских голов.
– К окошку? – Алексей кладет наши чемоданы в багажник, а потом подает мне руку. В голосе веселье.
Поджав губы, забираюсь в просторную машину вместе с Конфеткой на руках. Я с этим весельчаком еще поговорю и о его юморе, и о куче родственников, о которых меня не предупредили.
Оседаю на сиденье, и по всему салону разносится резкий, противный звук, будто кто-то испортил воздух. Медленно до меня доходит, что он из-под моей попы. Краснею, раскрывая рот. Конфетка отчаянно мяукает.
– Дети, как вам не стыдно, – доносится осуждающе с водительского сиденья. – Саша, простите. Эти дьяволята подложили вам подушку-пердушку. У отца в магазине взяли! Ну, я с вами поговорю, как приедем!
– Нет, ну ты видел ее лицо? Так покраснела, – взрывается смехом Ириша, а за ней Илья. Видно, им совсем не стыдно.
Вынимаю из-под попы треклятую резиновую подушку, которую я не заметила, и бросаю в проход. Все, теперь в списке тех, кто мне не нравится, помимо Алексея еще двое его племянников!
– Саша, ты как? – мой псевдожених ржет в кулак. Видно, он заодно с детьми.
– Нормально, – выдавливаю из себя.
Спокойно, Саша!
Несколько дней и ты вернешься домой.
А там и уволиться можно.
Поищу себе что-нибудь новое, ресторанов в Москве предостаточно.
– Саш, не злись на них, – Леша придвигается ближе, касаясь моей руки, – они дети.
– А как зовут вашу кошку? – интересуется Ирочка.
– Конфетка.
– Можно с ней поиграть?
– Нет! – вырывается у меня. Я этих шутников к своей кошке не подпущу.
– Мам, – канючит Илья, – а мы тоже кошку хотим. Давай заведем.
– Нет, – доносится с переднего сиденья строго, – дома и так зоопарк. Еще и кошку я не потяну.
Дети разочарованно вздыхают, а я не могу мстительно не усмехнуться.
Глупо и по-детски, конечно, но мне их не жаль.
Плохим деткам не покупают кошек! Так вам и надо.
Леша со стороны лишь вздыхает, наблюдая за нашей битвой взглядов.
Я думала, праздники будут скучными, но нет, похоже мне предстоит веселье.
 
Глава 06
 
Леша
Я знал, что мелкие не удержатся и будут устраивать разные розыгрыши для Саши. Но я не ожидал, что так скоро.
Подушка-пердушка – это ж классика развода для новичков.
С одной стороны, моя мстительная сторона, которая пережила ее насмешки после неудавшегося предложения руки и сердца, ликовала. Вот тебе, Колокольчик. На своей шкурке почувствуй, как это, когда смеются над тобой.
А с другой стороны, я взрослый мальчик. Неправильно это, когда на твоих глазах ничего не подозревающую девушку так вероломно разыгрывают.
  
Короче, пока ехали до дома бабули, который находится за городом, две мои ипостаси – темная и светлая, сражались между собой. Но ни одна так и не победила.
В отличие от залипания на пухлых подрагивающих губах Саши.