Ранняя пара для Дракона (СИ)

— Я наелась. Мне здесь больше нечего делать! — прорычала я в ответ, подергивая плечами, чтобы его оттолкнуть.
— Кто тебе разрешал думать об уходе из моего замка??? — рявкнул Ренат, а я недоуменно замерла. Не ожидала, что он об этом.
Посмотрела в его пылающие гневные глаза.
— А зачем мне здесь оставаться? — пробормотала я. — У меня есть хозяева. Я должна вернуться к ним…
  
— Твой хозяин теперь только я! — процедил Ренат.
— С чего бы это? — вздернула я подбородок. — За меня, между прочим, уплачены деньги! Ты не можешь просто так отнять чужую собственность!
— Ты больше не принадлежишь семье Ритхе, — проговорил Ренат уже более спокойно голосом, и взгляд его заскользил по моему лицу, превращаясь из гневного в недвусмысленно горячий.
— Почему? — спросила я, чувствуя, что начинаю дрожать от этого взгляда, и голос мой резко осип до шепота.
— Потому что ты — моя! — тоже прошептал Ренат и резко обжег мои губы поцелуем, от которого у меня мгновенно закипела кровь в жилах. Как бы я ни злилась еще минуту назад, как бы ни были сильны мои обиды, противиться ему я просто не могла. С этим огненным драконом я стала слабой безвольной куклой, не способной отказаться ни от одного его притязания.
«Значит, если он захочет сделать меня любовницей, я не смогу отказать ему, — с ужасом подумала я. — Просто не смогу!»
Руки сами обвили его шею, а губы страстно ответили на поцелуй.
— Ты только моя… — зачем-то повторил Ренат уже мне в самое ухо. А потом поцеловал шею, обхватил мочку горячими губами и даже слегка прикусил. — Я тебя больше никогда не отпущу…
  
Глава 55 
 
Милания. Простите, Ваше Величество...
От Вероники удалось отвязаться далеко не сразу. Она засыпала меня таким количеством вопросов, что отвечать на них у меня уже просто-напросто разболелся язык. К тому же, они были немного нескромными, например: «когда парень сжимает тебя в объятиях, слышишь ли ты биение его сердца» или «правда ли, что он способен так укусить за ухо, что это совсем не больно, а даже приятно» …
В общем, я сбежала к себе, услышав вдогонку, что через пару часов, когда проснется ее сестра-близняшка Каролина, они обязательно нагрянут ко мне вдвоём. Чтобы помочь, разумеется! Помочь найти прекрасного возлюбленного…
Я почувствовала себя немного выпотрошенной рыбой, готовой к приготовлению — настолько общение с принцессой вымотало меня.
Жутко хотелось одиночества и тишины, но я заставила себя переключиться на мысли о Нутти и ее миссии: удалость ли ей с дриадами найти Эрика? Я очень надеялась, что да.
К моему великому счастью, мои ожидания оправдались.
Феечка уже ждала меня в моей комнате, нетерпеливо перелетая из одного конца спальни в другой. Увидев меня, она тут же очень эмоционально воскликнула:
— Дорогая Королева! Ваш любимый Питомец нашелся! Он в темнице. На него одели маску, ошейник, а голос его запечатали заклятием тишины…
Я с ужасом «ахнула» и закрыла рот рукой. Какая жестокость!
Все внутри меня задрожало от негодования и страха об Эрике, но я усилием воли заставила себя успокоиться. Чего мне это только стоило!
— Веди меня, Нутти! Мы должны его спасти!!!
Они кивнула и указала на дриадский портал.
Перемещаясь под землей, я обещала сама себе, что обязательно награжу моих верных помощников какими-то особенными благами, когда все это закончится. Правда, у меня почти ничего нет, зато есть… магия! Я сумею что-то придумать!
Ход под темницей постепенно стал уже, остро чувствовался холод: дриады немного магически выдохлись, пока «копали» его.
— Здесь очень глубоко, — пояснила фея. — Вокруг подземные реки, а чуть дальше начинаются пещеры и подземное озеро. Очень жуткое место! Дриады едва смогли найти возможность, чтобы сделать безопасный проход!
Я кивнула. Действительно жутко. Аж голова кружится от странных ощущений, а сырость пробирает до костей!..
Когда мы все остановились напротив нужного выхода, я взглянула на своих друзей и прошептала:
— Спасибо вам! Но… будьте готовы: я собираюсь взять Эрика сюда с собой. Пожалуйста, настройте и для него вход тоже, чтобы ваша магия пропустила его!
Зеленоволосые малыши радостно закивали, Нутти кивнула с выражением глубочайшей преданности на лице…
Я развернулась к выходу и сделала шаг вперёд…
Меня «выплюнуло» в полутемной камере, мгновенно набросившейся на меня могильным холодом и сыростью. Свет источал один единственный догорающий факел на стене, а со стен струйками стекала вода.
Состояние этого места привело меня в ужас, и я начала стремительно озираться в поисках своего любимого.
Он нашелся в дальнем углу. Полулежал на соломе, наверное, дремал. В полумраке на нем действительно просматривалась маска, прикрывающая глаза и нос, а с тела свисали какие-то оборванные лохмотья.
— Эрик… — простонала я, едва сдерживая эмоции, и бросилась к нему.
Он вздрогнул при звуках моего голоса и приподнялся.
В ответ мне была тишина, ведь он не мог говорить, а я бросилась к нему на шею, не посмотрев на убогий вид и грязную одежду.
Металлическая маска ощутимо царапнула по лицу, но мне было все равно. Я прильнула к Эрику с такой любовью, на какую вообще была способна.
Хотелось плакать, но я подавила это желание. Он ведь расстроится от моих слез. Да и нет правды в слезах! От них только проблемы!
Почувствовав его родные сильные руки, обившиеся вокруг моей талии, и ощутив его теплое дыхание на шее, я почувствовалала бодрость. Он жив, и это самое главное! Вместе мы прорвемся!
Оторвавшись от него, я начала осматривать его лицо, закованное в маску, и с негодованием отметила, что она сильно зачарована. Снять ее будет очень сложно. А еще это заклятие тишины… Я не умею разрушать подобные вещи. Плюс ненавистный ошейник…
В сердце поднялось негодование на мерзкого короля, который сотворил с любимым все это, но Эрик, словно почувствовав мое состояние, ласково погладил меня по щеке. В его глазах плескалась… боль. Много боли. Я вспомнила, как мы расстались: с недосказанностью, с сомнениями, с какими-то недомолвками… Я — его пара. Он — моя единственная любовь. Разве что-то еще может иметь хоть какое-то значение?
И я просто прильнула к нему с поцелуем, вкладывая в него все свое прощение, принятие, ласку.
— Эрик! — прошептала я, отрываясь от него. — Забудь все, что произошло. Прошу тебя, если ты действительно любишь меня и, если я… ТВОЯ ПАРА… — я замерла, следя за его реакцией, и была вознаграждена его глубоким изумлением, а потом улыбнулась, — тогда давай просто будем вместе несмотря ни на что!
Он долго всматривался мое лицо, словно удостоверяясь, что я говорю серьезно, а потом порывисто наклонился и снова меня поцеловал. Он не мог говорить, но в поцелуй вложил всю свою готовность и трепет, которые я успела заметить во взгляде. Он принял! Мне удалось убедить его простить себя и начать все заново!!!
Несмотря на ужасную обстановку, запах сырости и холод, мы наслаждались друг другом, и я чувствовала, что мое сердце наполняется счастьем и верой в нашу победу.
Однако вдруг послышался лязг оружия за металлическими дверями, и камера резко открылась, впуская в помещение человек шесть вооруженных воинов с хмурим капитаном во главе. Его меч был оголён, по пальцам пробежали искры боевой магии.
Но увидев меня — низкорослую щуплую девчонку, по факту семнадцатилетнего ребенка, обнимающего узника — он оторопел и широко распахнул глаза. Быстро осмотрел камеру и, не найдя больше никого, строго произнес:
  
— Кто ты такая и как посмела пробраться сюда?
Эрик инстинктивно задвинул меня за себя, но мои кулаки решительно сжались.
Как они узнали, что я здесь? Как смогли так быстро среагировать?
Я поняла, что совершила глупейшую ошибку, не убежав с Эриком сразу же после появления в камере. Видимо, сработали какие-то сигнальные заклинания, которые предупредили охрану о вторжении! Эх, где же было мое благоразумие???