Бес (СИ)
Шеф по-очереди посмотрел на меня, отца Прохора и Мириам.
- Если кто и есть по части молитвы - так это я, - сказал подросток в кенгурушке. - Так что я пошел к своим, - и он скрылся в особняке. Вероятно, отправился к своим богомолкам. Уж не знаю, какие отношения их связывают, но солидные дамы в чёрных платках чудо-отрока просто боготворили.
- А мне надо поговорить с отцом, - сказала Мириам. - Но даже не думайте отправляться на стадион без меня, слышите? Я хочу предъявить графу и свой счёт.
- Почему ты думаешь, что мы непременно отправимся на стадион? - спросил Алекс.
- Женская интуиция, - ядовито фыркнула Мириам и тоже ушла в дом - как я понимаю, звонить. Алекс перевёл взгляд на меня.
- Ну как, мон шер ами? Выкурим по последней сигаре?
- Вы идите, - казалось, что самым правильным сейчас будет побыть в одиночестве. - А я поднимусь к себе.
И не дожидаясь ответа, я повернулся и оставил шефа с Тарасом одних.
Проходя мимо кухни, заглянул внутрь. Зоя сидела за столом, обнимая смуглыми пальцами чашку с чаем. Профиль её, освещенный мягким светом настольной лампы, был прекрасен, как никогда.
Я не стал заходить. Показалось, девушка хочет побыть наедине со своими мыслями - так же, как и я.
Понятно теперь, почему шеф спокойно отнёсся к моему существованию в виде нежити, - думал я, медленно, ступенька за ступенькой, поднимаясь по лестнице на второй этаж. - У него уже был опыт общения, и даже дружбы, с мне подобными.
Удивительная штука, мужская дружба. Они соперничали ради женщины, потом много лет не виделись и не говорили, а вот теперь - снова вместе, тогда как предмет их общей любви пребывает в одиночестве, забытый и покинутый...
Войдя в свои апартаменты, я сразу потянул носом: знакомый запах. Совершенно неопасный, а напротив, уютный и домашний. Из-под двери в спальню пробивался свет - я заметил его ещё с улицы, как только мы приехали.
Наверное, Амальтея забыла выключить лампу, - подумал я. - Прибиралась, как она всегда это делает перед тем, как уйти домой, и забыла...
Открыв дверь в свою спальню, я застыл, как вкопанный. На кровати сидела Антигона. Нет, ничего такого. Она была полностью одета - в свои любимые голубые джинсы-клёш и просторную футболку со знаком "пацифика". Волосы собраны в пучок на макушке, как всегда, напоминающий ядрёную луковицу.
Глаза у девчонки были огромными, в пол-лица, губы сжаты в тонкую полоску.
И всё-таки в том, что она сидела на МОЕЙ кровати, было нечто очень привлекательное.
- Что-то случилось? - спросил я, в два шага преодолевая расстояние между нами. - Афина? Амальтея?
- Спят без задних лапок на диване у шефа, - тихо ответила Антигона.
- А ты?..
- А я жду тебя.
- Зачем?
- Иди сюда.
Чтобы дотянуться до моего лица, она встала во весь рост. Обняла за шею, и поцеловала.
В первое мгновение у меня выпучились глаза от удивления. Но потом... Я её оттолкнул. Отошел к плетёному стулу, сел - этого настоятельно требовал мой изменившийся внешний вид в районе штанов - и спросил:
- Ты с ума сошла?
- Мы все можем сегодня умереть, - ответила Антигона и снова опустилась на кровать.
- Ну и что? Это секс из жалости, что ли? Прощальная прелюдия?
- Ты сам понял, что несёшь? - усмехнулась рыжая бестия. - Тоже мне: знаток русской словесности.
- Тогда я вообще не понимаю.
Мало сказать - я был обескуражен. Честно говоря, на ум приходили только самые крепкие выражения. Но Алекс давно отучил меня ругаться по матушке, так что даже в мыслях я старался этого не делать.
- Шу... Послушай меня, - Встав Антигона подошла ко мне. Притрагиваться не спешила, но остановилась так близко, что я чувствовал тепло и запах её тела. - У нас очень мало времени, да? Бывают в жизни моменты, когда играет роль только наше желание. Так вот: сейчас именно такой момент. И если ты вякнешь ещё хоть слово, я тебя просто убью.
Схватив меня за руку, она сделала шаг назад и упала на кровать. Так, чтобы я оказался сверху.
Конечно, у меня была просто уйма слов, которые я хотел произнести. Но вдруг, совершенно отчётливо понял: да. Сейчас именно такой момент, когда не надо ничего говорить.
Всё спишется. И дурное, и хорошее.
А потом у нас даже было время полежать несколько минут, тесно прижавшись, и целуясь, как подростки. Собственно, Антигона подростком и была... - накатило и схлынуло чувство вины. Она взрослая девочка. И прекрасно знает, что и как - местами даже лучше, чем я.
- Как ты себя чувствуешь? - я удивился. Показалось, это не совсем тот вопрос, который девушка должна задать парню в постели.
- Да нормально, - отвечая, я прислушался к себе. - Стоп! - меня подбросило на кровати, и я сел. - Я себя чувствую так, словно... словно выпил три литра крови. Сил - по самую макушку, и даже больше. - Это что... Секс так подействовал?
Нет, я вовсе не вёл монашеский образ жизни. Были у меня дамы и раньше, но такого подъёма сил кувыркание в постели не давало.
- Я люблю тебя, - просто сказала Антигона. - Всегда любила: с тех пор, как увидела.
- Я тоже тебя люблю.
Мы оба почувствовали, что мой ответ прозвучал фальшиво. Нет, не так: я действительно любил Антигону - как подругу, как боевого товарища, как... Сестру? Но секс в таком случае выглядит несколько...
Поднявшись, девчонка начала одеваться. Натянула джинсы, подняла с пола майку, и вывернув её на правильную сторону, набросила на шею.
- Извини, я... пока не могу разобраться в своих чувствах, - сказал я. - Мне очень стыдно. Получается, я тобой воспользовался.
- Это я тебя соблазнила, помнишь? - Антигона говорила сквозь сжатые губы - из уголка её рта торчала шпилька. Она собирала распущенные волосы обратно в пучок.
Я вспомнил запах этих волос. Маленькие, раскрасневшиеся от поцелуев уши, белый изгиб шеи... Нет. Пора одеваться.
Я тоже потянулся за джинсами. Антигона уже стояла, полностью одетая, даже в носках и кроссовках.
- Ты поймёшь, Шу, - подойдя, она вновь положила руки мне на плечи. По телу прошел ток. - Может, не слишком быстро - в таких вещах ты вообще-то тормоз. - Но ты поймёшь. А я буду ждать.
Это нечестно, - хотел сказать я. - Нечестно и непорядочно давать тебе ложную надежду...
Но я промолчал. Потому что в груди набухал ком необъяснимой нежности к этой нескладной, вредной, острой на язык девчонке. Она права.