Дом на Перепутье (СИ)
— Чтобы звонили, если что, — объяснила ему.
— Ага, Гаспар будет слать голосовые сообщения сонетами, — мрачно предрёк кот. — А Акакий станет жаловаться тебе по поводу и без. Круглые сутки.
— Ты преувеличиваешь, — рассмеялась я.
— Ладно, бери.
А после настал момент истины.
Кассирша, милая девушка с именем «Светлана» на бейдже, начала пробивать все наши покупки.
Цифры на экране росли с пугающей скоростью.
Когда она назвала окончательную сумму, у меня на мгновение потемнело в глазах.
— Мамочки… — прошептала я. — Это же… это целое состояние…
— Не дрейфь. Это всего лишь деньги, — хмыкнул Батискаф.
Всё-таки, какое счастье, что у меня есть тот самый волшебный сундук.
Я глубоко вздохнула и стала выкладывать пачки денег.
Кассирша, к её чести, сохраняла олимпийское спокойствие, но я заметила, как у неё задрожали пальцы, когда она начала пересчитывать купюры.
Я внутренне сжалась, ожидая подвоха.
Вот-вот она крикнет: «Охрана! Деньги фальшивые!»
Она пересчитала их на машинке, просветила на подделку.
Деньги оказались самыми настоящими.
Я выдохнула с облегчением.
Чек был выдан с таким треском, будто это был диплом о победе в шопинге.
Самое удивительное было в том, что никто вокруг не проявил ни малейшего удивления.
Ни другие покупатели, ни охранники, ни продавцы.
Как будто люди каждый день приезжали сюда с котами и скупали половину магазина за наличные.
Заказав доставку на завтра, я озадачилась.
— Батискаф, а как же туман? Вдруг грузчики заблудятся?
— Мы когда ехали, ты туман видела? — фыркнул кот, с презрением глядя на мою забывчивость.
— Нет. Кстати, а почему?
— Потому что я поколдовал. Найдут они дорогу, найдут. Не волнуйся.
— Главное, чтобы Акакия не увидели… — с тревогой вздохнула я, представив, как скелет выходит помочь разгрузить холодильник.
— Ты скажешь, чтобы они всё выгрузили на улице, а мы сами потом занесём, — величественно заявил Батискаф. — У нас для этого есть… — он многозначительно посмотрел на меня, — магия.
Я кивнула.
Вопросов не оставалось.
— А теперь, — провозгласил кот, с видом полководца, ведущего войска на Рим, — идём в мебельный! Мой будущий дворец ждёт!
— Уже дворец? — пробормотала я.
Кот лишь дёрнул ушами и усами.
И мы двинулись дальше.
Шопинг продолжался.
Мы пришли в огромный мебельный отдел.
И он встретил нас тяжёлым запахом дерева, тканей, кожи.
Батискаф, словно гончая, пущенная по следу, начал носиться между стендами, пока я рассматривала комоды, кресла, диваны… Матрасы…
Да, мне нужен матрас.
— Ва-а-а-а-а-а-а-а-а-силиса! — услышала я и напряглась.
В голосе Батискафа зазвучали ноты, которых я не слышала даже, когда он выпрашивал сметану.
— Смотри!
Пошла на голос и увидела, что кот замер как вкопанный перед самым вычурным экспонатом.
Я посмотрела.
И обомлела.
Это была не кровать.
Это был кошмар в стиле барокко.
Массивное дерево, резные завитушки, позолоченные вензеля, мягкое изголовье, обитое бархатом цвета спелой сливы.
И на этом великолепии, в самом центре изголовья, стразами было выложено изображение кота.
Ну, точь-в-точь портрет Батискафа, с тем же надменным выражением морды, даже с тем же хищным блеском в глазах.
— Это… Э-э-э… — я потеряла дар речи.
— Это точно создали для меня! — завершил за меня кот. — Купи мне эту кровать!
Он запрыгнул на бархатный матрас, который стоил, наверное, как моя прошлая годовая зарплата, и начал подпрыгивать, как мячик, с воплями:
— Купи! Купи! Купи! Купи-и-и-и-и!
— Слушай, — попыталась я вставить голос разума, глядя на ценник с таким количеством нулей, что глаза стали как блюдца. — Но она стоит, как крыло самолёта…
Кот мгновенно прекратил прыжки.
Его уши прижались к голове, хвост взметнулся трубой, а из лапок с щелчком выскочили когти, длинные и острые.
— А мне всё равно! — зарычал он. — Хоть как крыло ракеты до Марса! Купи-и-и-и! Мррря-а-у-а-ррр!
Я лихорадочно прикинула в уме, сколько останется в сумке после этой покупки.
«Знала бы, что кот влюбится в этот уродский шедевр, взяла бы сразу два чемодана денег», — с тоской подумала я.
Но, вроде бы, на остальное хватит, если, конечно, Батискаф не потребует приложение к кровати в виде трона из слоновой кости.
И тут к нам подлетела продавщица.
Взгляд её скользнул по моим поношенным джинсам, потом по коту на кровати, и губы сложились в тонкую, презрительную ниточку.
— Девушка, уберите своё животное с нашего экземпляра, — сказала она ледяным тоном. — Эта кровать вам явно не по карману и…
Батискаф даже не успел оскорбиться.
Потому что в этот раз оскорбилась я.
Оскорбилась так, что вся неуверенность куда-то испарилась, и меня затопила волна праведного гнева.
Я медленно повернулась к ней.
Не повышая голоса, но с такой интонацией, от которой продавщица невольно отступила на шаг.
— Знаете, что, — сказала я сладким, как сироп, и ядовитым, как цикута, голосом, — есть золотое правило: не стоит судить о содержимом кошелька покупателя по его одежде. Особенно когда этот покупатель может купить не только эту кровать, но и весь ваш отдел.
Я сделала паузу, наслаждаясь эффектом.
Рот продавщицы приоткрылся от изумления.
— И ещё один момент, — продолжила я, указывая на Батискафа, который, понимая, что дело пахнет победой, важно уселся в позе сфинкса. — Он — не животное. Он — КОТ. С большой буквы. И он явно разбирается в искусстве лучше, чем некоторые, судящие о людях по внешнему виду.
Я повернулась к ценнику и, сделав вид, что с трудом разбираю цифры, с лёгкой брезгливостью произнесла:
— И да, я покупаю эту кровать. Прямо сейчас. С доставкой на дом.
Продавщица побледнела, потом покраснела и, пробормотав что-то вроде «простите… сейчас всё оформлю», пулей помчалась за бланком для оформления покупки.
Батискаф подошёл ко мне и потёрся о ногу.
— Знаешь, а недурно, — одобрительно прошептал он. — Прямо по-королевски. Чувствуется потенциал.
Я вздохнула, глядя, как продавщица дрожащими руками выписывает счёт.
Да, этот монстр стоил целое состояние.
Но вид побеждённой хамки, и сияющие от гордости глаза моего кота были бесценны.
Глава 13
* * *ВАСИЛИСА
С кроватной эпопеей было покончено, но наша миссия в мебельном отделе лишь набирала обороты.
Теперь мы переместились в царство матрасов.
Это оказалось удивительно увлекательным занятием, ходить от одного пухлого прямоугольника к другому и плюхаться на них, как на батут.
— Этот слишком жёсткий! — объявил Батискаф, отскакивая от ортопедической модели. — У меня кости нежные!
— А этот слишком странный и пахнет химией, — ворчала я, переворачиваясь на матрасе.
В итоге мы выбрали четыре: один мне (я понадеялась, что угадала с размером), один коту (разумеется, самый мягкий и роскошный), один в гостевую комнату и один про запас…
Хотя в доме на каждой кровати были матрасы, но я вспомнила тот с зелёными пятнами.
Не удивлюсь, если они все такие.
Быть может, придётся все заменить.
— Слушай, а если я промахнулась с размером? — спросила у кота, глядя на гору будущего комфорта.
— Не переживай. Дом потом подгонит, — буркнул он, увлечённо точа когти о демонстрационную подушку. — Он у нас живой, не забывай. Растянет. Расширит. Или сожмёт.
Продавщица, та самая, которую я поставила на место у королевской кровати, теперь вилась вокруг нас, как назойливая муха.
Её первоначальная надменность сменилась подобострастной улыбкой.
— А может, вас заинтересуют наши новые пуфики? — затараторила она. — Или вот этот диванчик? Очень практичный! Или набор декоративных подушечек?
Я уже открыла рот, чтобы вежливо отказаться, но Батискаф опередил меня.