Потоп (СИ)

Наряду с конфуцианской академией-университетом Сонгюнгван, в столице открылось военная академия в которую принимались дети из знатных семей дворян-янбанов. Через два года в армии будут грамотные командиры рот и батальонов.
Я попросила мужа дать денег на открытие новых школ, больниц и типографий. Он был не глупым человеком и дал деньги на это. Был…
Прошлой осенью мой муж, китайский принц Чжу Чансюнь, уехал на инспекцию крепостей на границе. Там попал в засаду, устроенную маньчжурами, и был убит. Моего сына объявили королём, а меня — королевой-регентом.
  
Недавно прибыло российское посольство чтобы заключить торговый и секретный военный договор. Мы, по зову наших союзников, должны были вместе выступить против маньчжур, что набрали сейчас огромную силу. Если все маньчжурские армии-знамёна ринуться на Чосон — нам не устоять.
Прежде всего я повысила жалование в королевской армии. Эта мера остановила дезертирство солдат и их уход в банды разбойников свирепствующих на всех дорогах Чосона. Я предложила амнистию для разбойников без наказания. Вот только своё оружие они должны были сдать в королевский Арсенал. Несколько тысяч бандитов вернулись к мирной жизни. Я же вкладывала деньги в мануфактуры по производству кремнёвых мушкетов и чугунных пушек. Аркебузы, что делались раньше для королевской армии, по всем параметрам уступали мушкетам. А чугуна в Чосоне делали много, особенно в горных северных провинциях. Из королевства Рюкю я наняла за хорошее жалование полсотни офицеров и капралов для создания полков нового строя. У кочевников не будет шанса в битве против моей новой армии, если все полки мы сделаем по этому образцу.
Пока шло создание полков нового строя, я пересмотрела ряд наиболее одиозных законов и смягчила положение корейских крестьян. Так же я разрешила сдачу экзамена на должность государственного чиновника представителям всех сословий, а не только из семей дворян.
Кроме того мною были отменены многие ограничения на торговлю. Теперь в каждой деревне могла быть организована артель, которая занималась продажей выращенного урожая и произведённых в деревне товаров. Это резко повысило благосостояние крестьян и поступление налогов в казну. Торговля с российскими купцами и с Меховой компанией за последние два года удвоилась, что принесло хорошие деньги.
Кроме того, я предписала использовать все свободные земли, не используемые под посадку риса и ячменя(два урожая в год), под картофель(батат), тыквы, перец и кукурузу. С каждого нового очищенного участка земли крестьяне могли три года не платить налог в королевскую казну. В каждом районе создавался новый зерновой склад, который распечатывался в случае неурожая.
Всё бы хорошо, но вот маньчжуры…
Место действия: Москва.
Время действия: май 1617 года.
Леонтий Злобин, инженер, преподаватель в инженерном училище.
Почти двадцать лет назад меня, сына однодворца, по указу царя Бориса отправили на учёбу в Англию. Вернулся через пять лет, в год смерти царя Бориса. В России началась Смута и всем было не до меня. Новый царь Дмитрий Иванович повелел боярам строить мануфактуры и пригласил для этого мастеров из Европы. Вот тут то я и пригодился. Строил плотины, водяные мельницы и молоты. Потом стал счетоводом при дьяках, а при деснице Иване Заруцком стал главным инженером по строительству мануфактур. Построил их больше десятка. Дело непростое, но ни одно из них я не похерил. Тут не только за стройку отвечаешь, но и за трату казны. Меня вон, дважды на дыбу вешали при допросах. Слава Богу разобрались, кто был вором.
В Смутное время в народе начался слом сознания. Наши цари сменялись с неимоверной быстротой: Борис Годунов, затем сын его Фёдор, дальше спасшийся Дмитрий Иванович с женой Мариной, затем Василий Шуйский, после него малолетний Иван Дмитриевич с царицей-матерью Варварой(Марина Мнишек). Сейчас, слава Богу, чехарда успокоилась и царская чета правит в России крепкой рукой.
Правда, царь Виктор уехал за море бить супостата. Но и без него канцлер Головин неплохо справляется. Я же построил себе у Москвы-реки небольшую мануфактуру по изготовлению гвоздей водяным приводом. Зимой, когда река замерзает, станки работают от конного привода. Доход небольшой, но стабильный. Будь я бахарь-говорун, то был бы уже товарищем в министерстве, там грамотных людей привечают. Но и спрос велик. На новеньких «вешают» недостачи и на дыбу. Так всегда было и будет. Такова уж природа человека.
Быть главой проекта тоже непросто. Сейчас у меня уже нет здоровья, чтобы ехать в поле и месяцами жить на стройке. Семья у меня. Живём в Москве в большом доме с челядью. Этой зимой в Сокольниках открылось училище, где учат инженерным и горным наукам. Вот я там и служу преподавателем в чине титулярного советника. «Ваше благородие». Директор инженерного училища Эдмуд Гантер, мой приятель по учёбе в Оксфорде, на новогодней ассамблее подходил к царице и выхлопотал повышение для себя и всех преподавателей. Буду вскорости «Вашим высокоблагородием». А Гантеру за его счётную линейку и за навигационный квадрант царица пожаловала генеральское звание тайного советника.
В позапрошлом году во время последней моей стройки удалось купить во владение поместье под Воронежем, выставленное казной на продажу. Десять крестьянских дворов и усадьба. Перед отъездом в Москву я нанял в деревню толкового курляндца-управляющего. Видел я, как в царских поместьях неподалёку выводят диковинное растение — подсолнух. Рядом с полем летом ставят дубовые пчелиные соты. Мёда с одной десятины собирают около двух пудов. А ещё семена подсолнуха на семечки сушат и продают на рынке. Но самое главное — из подсолнуха некоторые крестьяне жмут годное масло, а жмых используют на корм скоту. Ручная маслобойка за сезон даёт несколько бочек хорошего ароматного масла. Я у себя в имении поставил сначала водяную, а затем и конную маслобойку. Сто бочек масла на торг отвезли. Хорошие деньги.
Канцлер Головин как услыхал про подсолнечное масло, так сразу и забрал к себе моего курляндца-управляющего. Тот теперь будет заведовать строительством маслобоен в царских поместьях. Да уж. За десять лет урожаи на царских землях удвоились. И это не считая картофеля, кукурузы и подсолнечника. Все закрома битком набиты, строят новые.
А то, как война идёт, во многих деревнях и не слыхали. Отдают раз в год по рекруту, на этом всё. Не то, что в Смутное время, когда каждый проходящий отряд старался всё выгрести из амбаров и увести с собой всю живность. Нынче крестьяне особо не бедствуют. Налоги хоть и увеличились, но зато барщину снизили вдвое. Крестьянин может теперь и на своей земле работать и от мануфактур брать сырьё на обработку. Надомник перерабатывает шерсть в пряжу или пряжу в ткань и зарабатывает деньги. Богатеет русский народ и молится за своих благословенных царя и царицу. Ну, а то, что наряжаться в Москве стали по-иному и ассамблеи играть — на всё воля Божья.
Место действия: поле под Магдебургом(Германские земли).
Время действия: июнь 1617 года.
Михаил Гофман, капрал-снайпер Первой гвардейской Бригады.
В прошлом месяце Варшаву и левобережье Польши наши войска изрядно прошерстили. Всё имущество противников сражавшихся против нас подлежало конфискации, а таких в Польше было почти половина шляхты. Всё добро вывозилось на склады Правобережья, а дом и земля продавались на аукционе. Окрестные помещики покупали хорошие дома и земли почти задаром.
  
Только что закончилось сражение под Магдебургом. За двадцать лет службы не помню я такой «кровавой бани» как за эти три дня. Имперцы и поляки собрали под Магдебургом вояк со всей Европы. Тысяч сто, никак не меньше. А у нас всего две дивизии да и те потрёпанные — тысяч двадцать пять. Впрочем и у нас и у них хорошо если половина в линии баталии стояла. Остальные в резерве, на охране обозов и мостов или вовсе нестроевые: музыканты, лекари и санитары, писари, каптенармусы, обозные, повара, водовозы, конюхи, кузнецы, оружейники, портные. В нестроевых бывало от трети до четверти солдат из полка.