Нико (ЛП)

— Моя. Ты вся моя, жена, — твоя.
Мой мастер-манипулятор разбил меня на миллион кусочков.
— Джиа, могу я оставить девочек с тобой на несколько часов? — я спросила. — Мишка пойдет со мной и моей мамой. Нам нужно кое-что купить для Нико.
Ложь.
Но я надеялась, что это помешает ей отправить ему записку. В моем плане было много если, но пока все получалось. Сегодня утром, как только Нико встал с постели, я отправила записку его контакту. Через три часа документы были готовы. Думаю, было выгодно иметь фамилию Моррелли.
— Конечно, — ответ Джии был готов и быстр.
— Спасибо.
Я отправилась на поиски своей матери и обнаружила, что она сидит возле бассейна и смотрит в никуда. Ее тело дрожало от холода, но она как будто даже не замечала этого.
— Мам, — я бросилась к ней. — Ты не можешь сидеть здесь в одном тонком платье. Там едва сорок градусов.
Ее глаза остановились на мне, и меня пронзил ледяной страх. Пусто. Ее глаза были лужами небытия. Никакого отчаяния. Никакой печали. Ничего. Ее красивые глаза были пусты и мертвы.
— Мама? — тихо позвала я, мое горло перехватило от эмоций. Она моргнула, но остальная часть ее тела осталась неподвижной. Я положила руку ей на плечо. — Давай зайдем внутрь. Мне нужно ненадолго уйти, но ты не можешь здесь оставаться.
Ее голова повернулась в мою сторону. — Я тоже пойду.
Я покачала головой. — Нет, лучше, если ты останешься здесь. Я скоро вернусь.
— Я тоже иду, — настаивала она, ее глаза были голубой пустотой. У меня было плохое предчувствие по этому поводу. Что-то было не так с моей мамой. Мне следовало позвонить врачу или терапевту, чтобы поговорили с ней. — Я иду, Бьянка, — повторила она.
— Будет безопаснее, если ты останешься, — пыталась я ее урезонить. Возможно, тот факт, что она была непреклонна в своем желании пойти со мной, был хорошим знаком. Черт возьми, я не знала.
Ее губы сжались, и я узнала ее упрямую черту.
— Я иду с тобой, дорогая, — в ее голосе не было страсти, но в глубине души я знала, что ее невозможно отговорить.
Десять минут спустя мы с мамой въехали в ворота, а Медведь вез нас в каком-то бронированном автомобиле.
Мы оба смотрели в окно, оставляя молчание. Она знала план, я знала план. После ухода Нико я пробралась в его кабинет и попыталась открыть сейф, полагаясь на свою память. Мне потребовалось несколько попыток, но, наконец, я это сделала. В этом чертовом сейфе было более двухсот тысяч наличными. Осторожно, чтобы ничего не сдвинуть с места, я снова заперла его и ввела код в телефон, чтобы не испортить, потому что, когда появится открытое окно, оно будет коротким, и некуда будет возиться с кодом. Теперь нам просто нужны были мамины проездные документы.
Час спустя мы оба сидели в здании, похожем на банк в центре округа Колумбия. Солнце светило ярко, но я не могла избавиться от мрака и холода, которые пробирались по моим венам и прямо к сердцу. Я оплакивала смерть Уильяма, но это было намного хуже. Я несла прямую ответственность за свою душевную боль и душевную боль Нико. Потому что мой отец был настоящим чудовищем-придурком.
Вчера вечером, после того как Нико трахнул меня в своем кабинете, он отнес меня в нашу спальню. В отличие от всех остальных случаев, то, как он целовал меня всю ночь и поклонялся моему телу, было другим. Он позволил мне раздеть себя донага, когда мы добрались до нашей комнаты.
— Это моя очередь, — прошептала я, осторожно подталкивая его на кровать. Мои пальцы провели по его чернилам на плече, и я наклонилась, чтобы прижаться губами к его горячей коже. Я глубоко вдохнула его аромат, который стал частью меня.
Я оседлала его бедра, его твердая эрекция прижалась к моей заднице. Я лизнула его пульс, и в нашей спальне послышался тихий стон. Как можно было так сильно хотеть кого-то?
Его руки схватили мои бедра, его пальцы впились в мою мягкую плоть. Он изо всех сил старался не брать верх, контроль был частью его ДНК.
  
— Расслабься, — прошептала я ему в губы.
— Женщина, — прохрипел он. — Продолжай прижиматься задницей к моему члену, и я прольюсь еще до того, как проникну в твою горячую, тугую киску.
Мое тело замерло. Я даже не осознавала, что трусь о него. — Нико?
— Хм.
— Мне нравится, когда ты говоришь грязно.
Мое сердце пульсировало от потребности, которую мог удовлетворить только он. Мой секс был пропитан им. Он трахнул меня всего тридцать минут назад, и вот я снова была готова к следующему раунду.
— Я знаю, — прошипел он, затем схватил мои бедра, поднял их и одним быстрым движением пронзил меня. Мы оба вскрикнули от облегчения. — Моя грязная маленькая женушка, — пропел он. — Я буду трахать тебя вот так до последнего вздоха, — резкий вздох сорвался с моих губ. — Медленно не для нас, — возможно, в этом он прав. — Я увижу твой живот большим с нашими детьми.
Мое ядро сжалось вокруг его твердого члена. Боже, я бы не прочь родить от него детей. Маленькие мальчики, похожие на своего отца. Он взял мой сосок в рот, и моя голова откинулась назад, и из моих губ сорвался стон.
— Я принимаю таблетки, — напомнила я ему, всхлипывая, двигая бедрами вперед и назад.
— Избавься от этого, — сказал он, а затем нежно укусил мою чувствительную плоть. Я обвела бедрами, наклонившись вперед, так что мой клитор прижался к его тазу. — Скажи мне, что ты избавишься от этого, — простонал он. Его пальцы впились в мою плоть, контролируя ритм, направляя мое тело.
Я прижимаюсь к нему, поднимая бедра вверх, а затем снова ударяюсь о его член. Он был так глубоко внутри меня, что я могла поклясться, что чувствую, как он касается моей матки. Я наслаждалась ощущением того, что я полностью наполнена им.
— Ах, черт, — простонала я.
Чья-то ладонь сильно шлепнула меня по ягодице, и мои глаза распахнулись от удивления. Мой член конвульсировал вокруг его члена, пульсируя самым восхитительным образом.
— Перестань шлепать меня по заднице, — выдохнула я, тряхнув бедрами.
— Тебе нравится это.
Он остановил мои бедра, и у меня вырвался разочарованный вздох. — Черт! Нико, я была почти у цели.
— Прекрати принимать таблетку, — пробормотал он. Я тяжело сглотнула. Я не могла. Верно? Я не могла. Мне пришлось заботиться о маме, а он меня предал. — Сделай это для меня, любовь моя.
Это было первое, что он попросил меня сделать для него. Он знал, что я дочь Бенито, и хотел завести от меня детей. А может быть, он просто хотел наследника?
Я наклонилась вперед и взяла его в рот. — Я подумаю об этом, — ложь была горькой. — А теперь трахни меня, — в отчаянии умоляла я. И он сделал это. Я выкрикивала его имя, пока он поднимал меня все выше и выше, а затем швырнул в бездну удовольствия. Я думала, что утону.
Да, прошлая ночь началась медленнее, слаще… но закончилась грубо и ложью, произнесенной из моих уст. Мне захотелось плакать. Поговорим об иронии в жизни. Я хотела детей, и он тоже.
В моей голове проносились сотни разных сценариев, я пыталась убедить себя, что эта связь с ним — это просто отличный секс. Умопомрачительный, потрясающий секс. Больше ничего.
Я снова поерзала на сиденье, взволнованная тем, что нам пришлось так долго ждать, чтобы получить мамины документы. Мама сидела стоически, не говоря ни слова, ее глаза были мертвы и смотрели вдаль. Я хотела знать, что она думает или чувствует. Каждый раз, когда я спрашивала ее, у нее не было слов, и я изо всех сил пыталась ее понять.
Медведь стоял у двери, и внезапное чувство удушья медленно поднялось внутри меня. Я натянула розовый топ с круглым вырезом, внезапный прилив тепла внутри меня вызвал у меня рвоту. Хватит накручивать себя , сказала я себе, глядя в окно. Просто остановись.