Нико (ЛП)

Без предупреждения я убрал пальцы и вогнал свой член глубоко в нее. Ее голова упала назад и прислонилась к моему плечу. Я потерял всякое чувство реальности, когда врезался в нее, терся о ее задницу.
— Кто-нибудь брал тебя за задницу? — я хмыкнул, толкаясь в нее. Она выгнула спину, принимая меня целиком. Мое тело накрыло ее спину, прижав ее к зеркалу, а зубы стиснув ее шею. Я скользил взад и вперед в ее мокрой киске, наше трение нарастало, словно пламя.
— Н-нет. Никто, — я наблюдал за ее лицом в зеркале, ее бледная кожа покраснела.
Моя рука подошла и потерла ее клитор. — Так чертовски мокро.
Мой палец, мокрый от ее соков, я направился к ее самой темной, самой запретной дыре. Я осторожно втирал ее влагу в кожу у заднего входа. Когда она не отстранилась, я ткнул в нее пальцем. Ее киска сжалась вокруг моего члена.
— Правильно, любовь моя, — пропел я.
Ее тело поддалось мне, и мой палец скользнул в нее, пока я вставлял свой член в ее киску.
— Боже мой, Нико! — воскликнула она. У нее перехватило дыхание, она дернула руку и впилась пальцами в мою задницу.
— Сильнее, — выдохнула она. — Трахни меня сильнее.
Я отпрянул назад, только чтобы снова врезаться в нее.
— Я собираюсь трахнуть твою девственную задницу, — Господи, я сходил с ума.
— Да, да, — выдохнула она. Мне не терпелось взять ее за задницу. Скоро!
С моим членом в ее влагалище, одним пальцем в ее заднице, я скользнул другой рукой по ее плоскому животу и потянулся к ее клитору, обводя его.
— Ты чувствуешь себя чертовски хорошо, — прошипел я. Раскалённое добела удовольствие пронзило мой позвоночник, грозя взорваться, и я стиснул зубы, сдерживаясь. Ее удовольствие всегда будет моим приоритетом.
— Кончи для меня, — скомандовал я. — Сейчас.
— Нико, — закричала она, и ее киска схватила мой член удушающим захватом, когда она нашла свое удовольствие, ее веки закрылись, а рот приоткрылся. — Ох, черт, черт, черт.
Я последовал за ней прямо через утес, найдя собственное освобождение, и мой член дернулся и хлынул в ее горячую киску.
Ее дыхание было прерывистым, щека прижалась к зеркалу. Она была великолепна. У меня было чувство, что она достигнет всех моих пределов.
Медленно я вышел из нее, наблюдая, как моя сперма стекает по ее ногам. Черт, я хотел, чтобы она была беременна моими детьми.
В тот момент, когда мы подъехали к дому Бьянки на моем черном «Ленд Ровере», вышли Кассио и Лука с разозленными лицами. Я этого ожидал.
Не обращая на все внимания, Бьянка возилась с дверью, стремясь добраться до дочерей, но я быстрее добрался до нее. Я открыл дверь, и она вышла, помчавшись по лужайке.
— Десять минут, любовь моя, — крикнул я ей вслед.
— Ага-ага, — она бросила на меня игривый взгляд. Моя жена определенно не была жаворонком. Но после наших утренних занятий ее настроение улучшилось. Мы оба стонали и стонали во время этого испытания. Нет ничего лучше для начала дня, чем сделать свою жену счастливой всеми возможными способами.
— Все еще здесь? — спросила она Кассио и Луку, проходя мимо них.
— Мы хотели увидеть тебя снова, — пробормотал Лука, скрещивая руки перед собой. — Убедится, что ты не хочешь, чтобы мы убили твоего мужа.
Лука ухмыльнулся мне, и я показал ему средний палец. Бьянка оглянулась через плечо, и там заиграла мягкая улыбка.
— Нет, не сегодня, — ответила она, ее взгляд скользил по моему телу. — Мне он нравится в этих джинсах. — затем она покачала головой, словно пытаясь избавиться от своих мыслей. — Эта задница, — пробормотала она про себя, и у меня возникло ощущение, что она хотела подумать об этом, а не сказать.
И все же я ухмыльнулся. Если бы мне пришлось, я бы использовал свое тело, чтобы заставить ее влюбиться в меня.
Внутренне я застонал. Черт возьми, я начинаю походить на цыпочку.
— Ух, мерзко, — проворчал Лука. — Я не хочу знать, что это значит.
  
Когда я оделся, рот моей жены приоткрылся в шоке, ее глаза потемнели, глядя на меня. Мне потребовалась вся выдержка, чтобы не затащить ее обратно в постель и жестко трахнуть. Она пробормотала что-то о моей заднице и грехах. Обычно я носил костюмы, но после ее реакции и голодных взглядов на меня я взял за правило носить джинсы чаще.
Бьянка исчезла в доме, минуя Лучано на выходе. Вероятно, он хотел убедиться, что мы с Кассио не убьем друг друга.
— Это был глупый поступок, — процедил Кассио, как только входная дверь закрылась за Лучано, заперев женщин внутри.
Я кинул взгляд в его сторону. — Я не спрашивал твоего мнения.
Я не удивился, что Кассио узнал о сообщении, которое я отправил Бенито. Среди людей его отца у него были шпионы, которые держали его в курсе событий. В конце концов, весь преступный мир гудел от новообретенных новостей о дочери Бенито Кинга. Если бы Бьянка была одинока, она была бы востребованным товаром. В нынешнем виде она была моей.
Лука прислонился к дому. — Ты понимаешь, что он теперь хочет ее? С таким же успехом ты мог бы поставить на ней метку.
— У него уже была на ней метка, — сказал я ему. — Он собирался продать ее братве. Теперь он знает, что она моя, и не может с ней трахаться. Каждый ублюдок на этой планете знает это.
— Чертовски неправильно, — яростно выплюнул Кассио. — Вчера он видел ее замужней. Это было его подтверждением того, что он не сможет продать ее.
— Нет, эта фотография, которую я ему послал, гарантирует, что он не сможет ее продать. Потому что она моя. Это свидетельство безупречного брака и предупреждение всем, что я приду за ними, если они только посмотрят в ее сторону.
Кассио разочарованно вздохнул. — Нико, он всегда хотел дочь. И теперь он узнал, что она была у него все это время. Как ты думаешь, что, черт возьми, произойдет с матерью Бьянки?
— Я позаботился об этом, — сказал я ему.
— Как? — спросил Лучано. — Эта женщина была его любимой любовницей более двадцати шести лет. Он ни за что ее не отпустит.
— Я поручил Алексею привести ее мать. Как только я получил от него подтверждение, что она у него, я отправил свое сообщение.
— Значит, ты заберешь его любимую женщину и дочь, — ответил Лучано. — Его внучки. Ты думал о них? Он будет сжигать дотла города и штаты, пока не завладеет ими всеми.
— Он никогда не доберется до них, — заверил я его.
Челюсть Кассио щелкнула, а глаза потемнели. У Кассио и Бьянки было несколько схожих манер, и они даже не выросли рядом друг с другом. Я бы никогда не указал на это, поскольку Кассио ненавидел все, что делало его похожим на отца.
— А Бьянка? — спросил Лучиано. — Что ты будешь делать, когда она узнает? Ты видел видео, она считает, что ее отец был тем человеком на экране. Это подействует на нее.
— Она никогда не узнает.
— Какого черта, Нико? — Лука зарычал. — Новости путешествуют. Ты знаешь это лучше, чем кто-либо другой. Ты не можешь держать ее запертой в своем чертовом поместье.
— Она не будет заперта. Охраняемость и безопасность, да, — Бьянка вращалась в разных кругах. Я не собирался водить ее на какие-то мафиозные мероприятия. Это будут мужчины, которых она встретила на нашей свадьбе, и я бы выбил дерьмо из каждого из них, если бы они слили хоть слово. Друзья или нет друзей.
— Клянусь, ты упрям, как мул, когда дело касается моей сестры, — выплюнул Кассио. В моей груди развернулось досада от того, что мы вообще ведем этот разговор. Я хотел забрать свою семью и отвезти их домой.
Когда мы вернемся, мать Бьянки будет там. Я послал Алексея Николаева и его людей за матерью Бьянки, чтобы вернуть ее. Я не хотел, чтобы ее мать расплатилась за последствия моей мести. Я знал, что Бьянка этого мне не простит.
— Черт, — пробормотал Кассио. — Ты ее любишь, — это был не вопрос, а краткое и ясное утверждение.
— Что? — Лука казался шокированным. — Какого черта вы двое делали прошлой ночью?
Клянусь, мне хотелось ударить Луку и разбить его лицо об асфальт.