Недотрога для адвоката. Дело о разводе (СИ)

Мне бы не стоит забывать, что она ещё совсем юная.… И что там у неё в голове – сама не понимает. А с её комплексами, старательно выращенными истеричкой-матерью, к которым сейчас ещё и отец добавил.… с-с-скотина.…
Всё, что можно будет понять не так, она поймёт не так.
– Никогда, Сонь, никогда не смей даже думать об этом, – обхватываю её плечи ладонями, даже чуть встряхиваю. – Всё, что случилось…. Это только моя вина.
  
Она вдруг дёргается, вырываясь, отходит на пару шагов, складывает руки на груди, смотрит хмуро.
– Мы двое взрослых половозрелых людей, Андрей, – говорит, поджав пухлые губы. – И оба несём ответственность за свои поступки! Я хотела этого не меньше, чем ты!
Невольно улыбаюсь.
– И не надо смотреть на меня, как на глупенькую девочку! – возмущается Соня.
– Ты не глупенькая, – снова подхожу к ней и обнимаю, – ты очень умная. Просто неопытная.… в некоторых аспектах.
– Какой вы зануда, господин адвокат, – она закусывает губу, выражение лица становится хитрым. – Что-то я не заметила, чтобы вы жаловались на мою неопытность ещё совсем недавно…
– Господи, Сонь! – чуть было не охаю, когда чувствую на себе её руки.
Снова!
Вглядываюсь ей в глаза, и понимаю… она просто не уверена в себе. Ей хочется хоть каких-то подтверждений, что она нужна, и это для неё единственный сейчас способ их получить. Неудивительно, после тех слов от отца, которые услышала.
– Малышка, – говорю мягко, – не торопись так.
– Разве я тороплюсь? – Соня прищуривается, продолжая поглаживать ладонями мой пресс, легко царапает короткими ноготками, заставляя задерживать дыхание.
Количество аргументов «против» у меня уменьшается с каждой секундой, зато аргументы «за» растут в геометрической прогрессии. А девушка уже тянется к моим губам, одновременно расстёгивая пуговку на брюках.
– Маленькая…. вредина… – выдыхаю ей в рот.
– Тебе же нравится, – она улыбается.
– Мне очень нравится, но, Сонь.…
– Ну так и не надо никаких «но».… Пожалуйста, Андрей!
Сдаюсь, плюнув на всё, и со стоном прижимаюсь к сладким пухлым губам.
Да, такого времяпрепровождения моя служебная квартира не предполагала.… Правда, опробование непривычных поверхностей только заводит сильнее, и не только меня, но и Соню тоже. Хорошо хоть, на рабочем столе не было разложено никаких материалов очередного дела. Потому что, подозреваю, мне в первый раз в жизни было бы на это плевать – всё внимание целиком и полностью было занято исключительно тем, как Соня выгибалась и стонала в моих руках, царапая мне спину и зад.
Заканчиваем мы всё-таки на диване, и я устраиваю девушку на себе, прижимая к груди.
– Хотелось бы, чтоб у нас всё было просто, как у обычных людей…. – шепчет она сонно. – Без вот этого всего.… Без потери памяти, без нападений, без развода моих родителей, без угроз Дамира и моего отца….
– Я обещаю тебе, что так всё и будет, – переворачиваюсь с ней вместе, натягиваю на неё плед. – Слышишь? Всё будет так скучно, что ты ещё пожалеешь!
– Никогда, – Соня слабо улыбается, прикрывая глаза.
– Поспи, малышка, – осторожно отодвигаюсь. – А я поработаю немного.
– Ты будешь здесь? – спрашивает уже сквозь сон.
– Да, никуда не денусь, не волнуйся, – поднимаюсь, нахожу и натягиваю брюки.
Девушка отключается почти сразу, а я, всё-таки заставив себя сходить в душ по-быстрому, чтобы освежить голову, устраиваюсь в кресле с ноутбуком.
Заставляю себя не пялиться на Соню бесконечно, но то и дело возвращаюсь к ней взглядом. Ровное дыхание, расслабленные пальцы, спутанные волосы на подушке – щенок, убежавший в коридор, когда нам с ней было не до него, пока я был в душе, всё-таки залез к ней на диван и прижался к животу. Её тонкая рука расслабленно лежит у него на загривке.
Хочется подойти, обнять, зарыться в копну волос, забыть обо всём...
Славин, работа. Сосредоточься!
Пролистываю в голове ближайшие дни – прения в гражданском процессе, встреча с нотариусом, подготовка клиента к очной ставке. По каждому делу есть обязательства, сроки, ответственность, их никто не отменял – люди ждут, верят.… платят деньги, в конце концов.
Но сейчас у меня дома не клиент. У меня девочка, которую я должен защитить не по контракту, а по совести.
«Любимая девочка», – голос в голове, и я невольно сжимаю челюсти крепче.
Нет у меня никакого права вести процесс, если не могу обеспечить её безопасность. Но и подставить остальных не могу. Мои дела – это чужие жизни, решения, активы, дети, семьи.
Вздохнув, распределяю всё по срочности и важности. Пишу короткие сообщения двум помощникам. Пока что ничего не отменяю и не передаю, но где-то можно договориться, где-то сдвинуть сроки, где-то делегировать.
Реакции пока что спокойные. Кому-то «окей», кто-то уточняет детали.
Разобравшись с основным, облегчённо перевожу дыхание. Ну вот, двое суток у меня есть. Сорок восемь часов. За это время нужно попробовать если не устранить угрозу, то хотя бы как-то стабилизировать ситуацию.
Очередная вибрация мобильного, номер незнакомый – но это неудивительно, клиенты, бывает. Открываю сообщение….
И резко выпрямляюсь, чуть не уронив ноутбук.
«Ты плохо охраняешь то, что тебе дорого. Мы всё равно заберём то, что нам нужно».
  
Глава 15
 
В груди на секунду что-то обрывается и замирает. Но я перечитываю сообщение второй раз, спокойно, отстранённо, словно это показания в чужом деле.
Потом третий. Давлю в себе эмоции, они сейчас лишние.
Кто бы это ни написал.… этот ублюдок считает Соню чем-то вроде разменной монеты. Вещью.
На автомате делаю то, что делал бы в подобных случаях в любой другой ситуации – скрины экрана пересылаю себе на рабочую почту, пробиваю номер по открытой базе – зарегистрирован на мёртвую симку, номер-однодневку. Ничего, разберёмся.
Отложив ноут, встаю, лезу в сумку, которую собирал с собой, и достаю кобуру с оружием. Проверяю патронник, морщусь, но кладу всё в ящик стола, поближе – похоже, придётся мне её носить.
Кидаю взгляд на заворочавшуюся Соню, щенок поскуливает, прижимаясь к ней сильнее, но девушка не просыпается. Смотрю на тонкий профиль, и меня вдруг накрывает осознанием, таким мощным, что приходится схватиться за стол, чтобы удержаться на ногах. Я же…. влюбился! Окончательно и бесповоротно! Это не просто секс, не желание, не влечение…
Я люблю её. И никому её не отдам.
Ни Артуру. Ни Дамиру. Никому.
Внезапно приходит облегчение – то самое, знакомое, привычное, которое я чувствую всегда, когда запутанное дело логически выстраивается в голове и находится решение. Сейчас пока ещё ничего непонятно, совершенно неясно, что будет дальше, но решение есть у меня. Моё, личное. Я люблю эту девушку, а значит, сделаю всё, что в моих силах, для её благополучия.
Иду в кухню, ставлю чайник и пишу три письма. Одно – прокурору, второе –старому приятелю, оперативнику из ФСКН, третье – частному спецу, который за пять минут может пробить всё, что угодно, по IMEI.
Сделав всё, что возможно на этом этапе, завариваю чай. Соне надо будет что-нибудь поесть, когда встанет. Правда, с продуктами тут напряжёнка.… Но ничего, разберёмся.
Соня просыпается ещё через некоторое время, заходит прямо в пледе на кухню, сонная и уютная, улыбается мне.
– Сколько времени?
– Уже почти десять, – улыбнувшись, кидаю взгляд на часы. – Ты крепко спала, не стал тебя будить.
– Я тебя совсем не слышала. Ты не спал?
– Нет, работал… у меня есть кое-какие новости, – говорю осторожно. – Садись, попей чаю, и мы обсудим.
Щенок вертится у нас под ногами, Соня треплет его по ушам, садится за стол, но смотрит на меня с тревогой. Чувствует.
  
Ставлю перед ней чашку и делаю глубокий вдох. Нужно приложить усилие и говорить спокойно, не напугать её лишний раз.
– Сонь, слушай внимательно, – начинаю медленно. – Да, я помню, я говорил тебе, что мы пока побудем здесь, и это не поменяется. Но мы не можем долго сидеть взаперти. Это непрактично, небезопасно и создаёт слишком много следов.