Шалава

Вадим не подавал вида, но был потрясен жестом Алекса. Ничего не видя и не слыша, проплыл он в свой кабинет. Положил чемоданчик на стол, раскрыл... и замер над тугими пачками баксов. Такой суммы ему до сих пор даже видеть не приходилось. Все его горячечные грезы о бешеных деньгах, о мировом господстве были всего лишь воображением. А воображение отступало перед оглушительной реальностью этих зеленых бумажек...
  
Вадим так и не услышал, как дверь его кабинета тихонько отворилась. Как сзади подкрался ухватистый «качок», сжимавший в руке гирю. Наверно, Вайнахов даже боли не успел почувствовать, когда эта гиря обрушилась на его затылок...
  
Глава 42
 
В квартире сотрудника РУОПа майора Снегирева зазвонил телефон. Снегирев поднял трубку.
— Артем Иванович? — раздалось на другом конце провода. — Это Таранов. Может, помните?
— Саша? Конечно, помню. Что тебе?
— Мне надо с вами поговорить. Посоветоваться. Мы можем встретиться?
— Можем. Приезжай прямо сейчас ко мне. У меня свободный вечер.
— А удобно?
— Вполне. Записывай адрес... Жду.
Ждал Снегирев Сашку с большим нетерпением. Ему было о чем спросить Таранова.
Когда тот приехал, Артем проводил визитера в гостиную.
— Выпьешь? Есть «Наполеон», трофейный, собровцы на квартире одного клиента прихватили, поделились.
— Спасибо, выпью. Артем Иванович, у меня к вам дело довольно деликатное...
— Подожди! — Артем достал бокалы, разлил по ним коньяк. — Давай, что ли, чокнемся. И выпьем не как коньяк, а по-русски. За встречу! Давно мы не виделись...
Они чокнулись и залпом, как водку, выпили «Наполеон».
— Отлично! — выдохнул Снегирев. Я хочу кое-что рассказать тебе, Саша. Ты знаешь, что группировки Сюра больше не существует? А сам Сюр убит?
— Да-а? — очень натурально удивился Таранов.
— Убит, — повторил Артем, не обращая внимания на возглас собеседника. — И все его боевики тоже полегли.
— Кто же их так? — наивно перебил Сашка.
— Кто? — усмехнулся Артем. — Местные гопники, «отморозки». Как им удалось одолеть матерых волков, я просто диву даюсь. Они же щенки... Мы их уже всех повязали. Город Семена теперь свободен от рэкета. Не навсегда, конечно, но свободен.
— По-моему, это хорошо, — вставил Таранов.
— Хорошо... — произнес Снегирев, размышляя. — Хорошо... — повторил он. — А скажи мне, Саша, чем ты занимался последние месяцы?
— Да так... крутился.
— Что твои шуры-муры с Вайнаховым? Удалось тебе чего-нибудь добиться?
— Нет. Мы разругались. Мы с ним слишком разные люди.
— А ты в курсе, что Вадим тоже убит?
— Как?! — На сей раз Сатар был поражен всерьез. — Кто ж его?
— Один из его учеников. Паренька, правда, быстро поймали, он тупой совсем... быдло. Но при нем нашли миллион долларов! И на допросе ублюдок сознался, что именно за эти деньги он и прикончил Вайнахова... Вопрос: откуда у Вадима такая сумма?
— Вы меня спрашиваете?
— Тебя, тебя. Судя по показаниям убийцы, деньги Вадиму передали от какого-то Алекса. Помнится, именно так ты ему когда-то представился?
— Мало ли Алексов... — хмыкнул Сатар.
— Да, пожалуй, немало, — согласился Снегирев. — Пожалуй, немало. Ладно, вернемся к делу Юрьева. Так вот, «отморозки» никогда не смогли бы одолеть группировку Сюра, если б их не поддержал некий таинственный персонаж, который, собственно, и выполнил основную работу.
— Что же это за персонаж?
— Они называют его Сатаром. Страшный человек этот Сатар, надо признать! Страшный и очень ловкий... даже талантливый по-своему. Мы пытались выйти на него через некоего Сычова, которого Сатар увез с собой, покидая город. Буквально сегодня я Сычова допросил, но он все отрицает. Не знаю, не замешан, бывшие друзья оговаривают, никакого Сатара в глаза не видывал, слыхом не слыхивал, и вообще я недавно женился, получил в наследство от дальнего родственника московскую квартиру, теперь обустраиваюсь с любимой супругой, все остальное мне до фени...— процитировал Артем Гарика.
Сатар внутренне улыбнулся. Квартиру для Игоря и Кати он купил у их однофамильцев — супружеской четы, забиравшей к себе своего престарелого больного отца и продававшей его жилплощадь. Продажу, по просьбе Таранова, оформили дарственной — естественно, не задаром. Подобный кульбит нужен был Сатару, чтобы ни у кого никогда не возникло к Гарику вопросов типа: откуда ты взял деньги на жилье?
— Улик против этого Сычова действительно нет, только показания его прежних приятелей, которые, впрочем, не отрицают, что в деятельности группировки. после ее воцарения в городе Игорь действительно участия не принимал. Я пытался его прижать опознанием... есть у меня подозрение, что миллион долларов Вайнахову передал именно он. Но убийца Вадима не опознал Сычова.
«И не мог опознать, — подумал Сатар. — Я слишком хорошо загримировал тогда Гарика».
— А зачем вы мне все это рассказываете, Артем Иванович? — невинно поинтересовался Таранов.
— Давай в открытую, Саша! Сатар — это ты?!
Сатар напрягся, определяя, работает ли здесь где-нибудь скрытая от глаз звукозаписывающая аппаратура. Убедившись, что нет, Сашка расслабился.
— Да, Артем Иванович. Это я. Как вы догадались?
— Я сразу подумал на тебя. Сатар — Саша Таранов. Ты мог так назваться в пику Сюру — Семену Юрьеву.
— Все верно. Вы действительно классный опер, Артем Иванович. Я восхищен.
— Не боишься, что я тебя арестую?
— С какой стати? Сатар для вас недосягаем, Артем Иванович, потому что его попросту нет. Доказать его идентичность со мной невозможно. Вы не имеете никаких улик, даже косвенных, одни лишь досужие россказни подследственных бандитов. Даже если вы им предъявите меня для опознания, они вам уверенно заявят, что Сатар и я — совершенно разные люди.
— Почему?
— Ну вот вам пример — какого цвета глаза у Сатара?
— Пример в точку — цвет его глаз все пацаны действительно прекрасно помнят. Они у него ярко-зеленые.
— А у меня?
— Цвета маренго, — усмехнулся Снегирев.
— Вот видите! — весело фыркнул Сатар.
— Значит, ты полностью менял внешность? Как ты этого добивался?
— Это просто, если уметь. Накладываешь специальный грим, волевым усилием создаешь себе другое выражение лица, вообще иной облик, воздействуешь на окружающих психологически... Короче, ерунда.
— Тебя Вадим этому научил?
— Да.
— А его убийство тоже ты подстроил?
— Никогда! Его смерть — для меня самого полная неожиданность. Деньги ему действительно послал я. В благодарность за науку. Вадим Андреевич очень любил деньги.
— Они его и погубили... Ладно, Саша, с моральной точки зрения я не могу осуждать тебя. Ты избавил общество от грязи... хотя бы частично. А как представитель закона я, судя по всему, перед тобой бессилен. Но, честно говоря, стоило бы тебя привлечь... Таких ты дел наворочал... Так нельзя. Закон есть закон.
— Напрасно вы это. Закон людьми писан. А вот мораль — та и впрямь от бога. Она первичней.
— Не хочу с тобой полемизировать. Лучше скажи — ты собираешься продолжать... свою деятельность? Сатар еще появится в поле зрения правоохранительных органов?
— Нет. Сатар сделал все, что от него требовалось. Теперь он законсервирован... возможно, навсегда.
— От чего это зависит?
— Сатар появится только в том случае, если в нем возникнет насущная необходимость. Если без него никак нельзя будет обойтись.
— Что ж... будем надеяться, что такой ситуации удастся избежать. А куда ты дел его оружие?
— Оружие и все остальные причиндалы Сатара надежно спрятаны.
— И доказать их отношение к тебе нереально?
  
— Конечно. Но их и найти нереально. Ручаюсь.
— Ладно! — подмигнул Артем. — Не стану я больше тратить свое рабочее время на столь фантастическую фигуру, как Сатар. Но уж и ты постарайся, чтобы он впредь не мелькал в оперативных данных.
— Будьте уверены. Еще у меня к вам просьба. Оставьте в покое Сычова. Дайте парню спокойно жить.