Модистка Ее Величества

Я вообще не понимала, зачем он пытался настоять на близости. Удовлетворение своей похоти он прекрасно получал на стороне, а в его страстные порывы именно ко мне я не верила. Таким мужчинам было всё равно, с кем и где, отказала одна, пойдёт к другой. Ведь, очевидно, Рауль никого не любит и женщин не уважает. Однако мне хотелось, чтобы он начал уважать меня. Или ещё лучше, вообще оставил в покое.
  
С этими гнетущими мыслями я проснулась рано утром. В моей комнате уже тихонько шуршала полная служанка, раскладывая бельё в резном комоде на ножках.
– Ты горничная? – окликнула я служанку, приподнимаясь на локте.
Она быстро повернулась и присела в реверансе.
– Да, госпожа. Господин граф приказал прислуживать вам, но меня сильно рвало вчера, потому я и не пришла. Вдруг у меня болезнь какая вредная. Меня зовут Лунет.
– Хорошо, Лунет, – кивнула я, осматривая шикарную лепнину и расписной плафон на потолке.
Всё же это был не сон, я действительно оказалась в этом мире в новом теле, теперь уже графини де Бриен.
Я потянулась, чувствуя, что даже выспалась, и улыбнулась. С удовольствием ощущая, что у меня ничего не болит. Тело было гибким и подвижным. Как же это чудесно, когда ты здоров и молод, а не начинаешь утро с таблеток и клюшки, чтобы подняться.
Всё было прекрасно, кроме одного. Надо было как-то наладить отношения с мужем, или лучше вообще не налаживать и держаться от него подальше. Вряд ли мы найдём общие темы для беседы. А вчерашний его вечерний визит в мою спальню доказал, что граф ещё и обладал низменными качествами. Наглостью, жестокостью и цинизмом. Бессердечный, грубый ловелас, он точно не мог завоевать моё сердце. Так что надежда няни на то, что мы с де Бриеном сможем полюбить друг друга, была утопией.
– Во сколько подают завтрак? – спросила я у горничной, которая уже готовила мне воду для умывания.
– В десять утра, мадам. Я помогу вам облачиться и причесаться.
– Спасибо, – сказала я, надевая вышитые тапочки на каблучке, услужливо подданные мне Лунет.
– Что вы желаете надеть?
– Не знаю.
– Выбора немного. – Горничная подала мне полотенце, чтобы вытереть лицо, и подошла к шкафу, раскрыла его. – Из дома вашей мачехи привезли только три платья. Надеюсь, господин граф вам купит новые наряды, мадам Сесиль.
– Не думаю, что муж будет что-то покупать мне, – поморщилась я.
Особенно после того как я разозлила его ночью своим неповиновением.
– Но как же так? Ведь так стыдно надевать одно и то же платье второй раз.
– Почему же стыдно?
– Дак даже у мещанок в гардеробе не менее десяти платьев, а вы графиня, – добавила горничная и начала брезгливо осматривать три платья, висевших в шкафу.
Я промолчала в ответ на её замечание и велела достать платье лилового цвета. Лунет сеяла его с вешалки и как-то небрежно кинула на кровать, а потом заявила, что сходит за щипцами для завивки. Когда она вышла, я вздохнула с облегчением. Горничная была очень неприятная и даже злая.
Я осмотрела платье, оно было не новое, но всё равно очень красивое. Таких дорогих нарядов из дорогого лионского шелка в своей прежней жизни я, естественно, никогда не носила.
Спустя некоторое время, так и не дождавшись горничной, я начала сама рыться в комоде, пытаясь найти нужный корсет и верного цвета чулки под платье, ведь эта вредная Лунет ничего не приготовила. Даже кровать не убрала, и мне пришлось застилать её самой. Не любила я беспорядок ещё с детства.
В мою комнату заглянула Манон.
– Как ты, деточка?
– Всё хорошо, няня. Твои ягоды не понадобились. Муж не приходил ко мне, – соврала я, чтобы не расстраивать её.
– Надо же. Почему? Он вроде собирался. Как жалко-то.
– Наверное, увлёкся своей любовницей и обо мне позабыл, – съязвила я, не понимая, о чём тут жалеть.
Блудливый кобель решил не приходить ко мне ночью. Так это чудесно! Но няня точно не разделяла моих взглядов.
– Где твоя горничная?
– Ушла ещё час назад за щипцами для моей причёски и пропала где-то. Поможешь мне одеться, няня?
– Хорошо, деточка.
Я улыбнусь доброй Манон, теперь мне удастся одеться, а то зашнуровать корсет самой то ещё испытание. В какой последовательности что и как надевать, я помнила, всё же в последние годы я приодела не одну куклу по моде девятнадцатого века.
– Не хочу опаздывать к завтраку. Мне надо обсудить один вопрос с графом.
– Да-да, понимаю, Сесиль. Не переживай, я помогу и причешу, если хочешь, моя золотенькая.
– Спасибо, нянюшка, – поблагодарила я её и поцеловала в щеку.
Манон, оказывается, устроили на чердаке со слугами, и мне это не понравилось. Всё же она была не служанка, а моя няня, близкий человек. В доме было полно гостевых спален, и я размышляла, как упросить графа отдать одну из комнат Манон. Но сначала надо было понять, в каком расположении духа он с утра. Наверняка всё ещё злится на меня за вчерашнее.
Без четверти девять я вышла из спальни и направилась вниз. Лунет так и не вернулась. Возможно, с ней что-то случилось, но внутренний голос твердил, что она просто лентяйка и ищет повод не прислуживать мне. Вчера придумала отговорку в виде болезни, сегодня щипцы для волос. Конечно, я спокойно могла обойтись и без неё, но было неприятно, что горничная вела себя так нагло и дерзко.
Я уже подошла к лестнице, как услышала сбоку приглушённые голоса. Оглянулась. За колонной, спрятавшись от посторонних глаз, сплетничали две служанки, подолы их чёрных строгих платьев были хорошо видны. Я невольно остановилась и услышала:
– Я думала, его сиятельство женится на светской даме, а он взял нищую девицу. У неё даже дюжины чулок нет! И как господин мог жениться на таком ничтожестве?
Голос принадлежал Лунет. Вторая служанка ответила:
– И не говори, Лунет!
– Лучше бы взял за себя мадемуазель Лили. Она дружна с самой сестрой короля! Не то что эта тощая пигалица из нищего баронского рода.
Услышав эти гадкие слова в мой адрес, я напряглась.
Какое сказочное свинство! Сплетничать и говорить мерзости о своей госпоже в то время, когда ты должна одевать и причёсывать её.
Мне тут же захотелось выкинуть обеих нахалок вон из дома, пусть идут служат своей разлюбезной Лили. По моральным качествам они как раз ей подходили. Одна спит с женатым мужчиной, вторые злословят о своей хозяйке.
Но, естественно, выгнать я их не могла. Ведь де Бриен точно не будет слушать мои просьбы, значит, придётся мириться пока с этими наглыми горничными.
В столовую я вошла в тот момент, когда граф де Бриен уже начал трапезу. Не спеша резал холодную ветчину, обмакивая в соус. Я, конечно, не слишком хорошо знала этикет, но мне казалось, что мужу следовало дождаться меня, а потом уже приступать к еде. Но решила не усложнять всё претензиями. Сейчас мне не следовало раздражать графа, так как у меня была просьба к нему и хотелось бы получить на неё положительный ответ.
– Доброе утро, Рауль, – сказала я приветливо, подходя к столу.
Окатив меня хмурым взглядом, когда слуга отодвинул мне стул, граф процедил:
– У тебя хватает дерзости показываться мне глаза, Сесиль? После твоего безобразного поведения вчера?!
 
Глава 16
 
Это я вела-то себя безобразно? Ну-ну.
Гнилая натура муженька опять проявилась во всей красе. Я только защищалась от насилия и бесчинства и имела на это право. А вот он, похоже, не понимал этого.
Я промолчала и села за стол. Тут же лакей поднёс ко мне большое блюдо с разнообразным холодным мясом. Свинину и говядину на завтрак? Сильно. Я окинула взглядом графин с белым вином, закуски и трёхъярусную фарфоровую этажерку с миниатюрными пирожными, что стояла передо мной. Таким завтраком точно можно угробить желудок.
  
– Я бы хотела каши, если это возможно, – сказала я вежливо слуге.
– В моём доме не подают кашу! – процедил граф. – Это грубая еда для нищих и плебеев.