Наследник пепла. Книга VIII (СИ)

Морозов хмурился всё время, пока Рарогов говорил, но не перебивал. Видимо, у него самого в голове появились довольно мрачные догадки.
— Скажу тебе вот что, — продолжал Креслав. — Перед смертью императрица сообщила моей внучке Гориславе, что существует такая разработка. Как бы мы ни относились к Светозарову, но они ходу этой разработки не давали всё то время, пока императрица находилась на троне. Как бы мы ни думали о Светозаровых плохо, как бы мы ни говорили, что они продали империю аристократам, но в них дух родовичей всё ещё оставался. А сейчас, как только начались разброд, брожение и шатание, вдруг из-под сукна вылезли эти самые наработки. И почему-то начали ослаблять мой клан в первую очередь.
  
Рарогов оскалился, словно давая понять, что тем самым те, кто это сделал, нажили себе кровного врага.
— Но ты же понимаешь, что это оружие против всех родовичей? Я просто хочу напомнить, что даже во время войн друг с другом, когда кланы воевали, никто не бил в спину таким образом. Капища не разрушались. Потому что это святое. Поэтому ещё раз подумай, Морозов. Про Болотова опять же ничего тебе не скажу. Ты имеешь право. Каждый человек может сделать свой выбор в пользу того или иного кандидата. Что мы не раз и демонстрировали на совете: когда есть аргументы за и против. Но это выбор каждого. Это голос твой, голос твоего клана. Но Ликомора… подумай ещё раз. Если она готова утопить и предать наш уклад жизни, украсть нашу силу, такого человека к трону пускать нельзя.
Воцарилось тягостное молчание между двумя довольно пожившими мужчинами. Креслав чувствовал, что сказал всё, что хотел. Морозов лишь кивнул, после чего произнёс:
— Хорошо. Я тебя услышал.
Затем он откинулся на спинку кресла, посидел ещё минуту, а после снова посмотрел на гостя.
— Как у вас ситуация с войной? — спросил он.
— Ну а какая ситуация? — хмыкнул Рарогов. — Будет бой. И этот бой будет очень кровавым. На Молчащих идёт пять тысяч наших магов, подчинённых демонам. Против трёх тысяч с нашей стороны, но прикрытых ментальным воздействием клана Полуночника. Вот примерно такой расклад на Байкале. Сам Байкал, конечно, за нас. Но нам сильно не хватает тех, кто умеет работать со льдом. Вы в этом искусные, вы прекрасно знаете, сколько всяких ловушек можно сделать с этим подручным материалом. Но в связи со сложившейся политической ситуацией, к сожалению, на вас мы рассчитывать не могли.
— Если придут добровольцы с нашей стороны, опытные ледовики примете? — поинтересовался Ледобор.
— Конечно, примем, — кивнул Креслав. — Но у нас есть условия.
— Какие ещё условия? — нахмурился Морозов.
— Всеобщим решением было принято: принимаем добровольцев ниже ранга Ярого, иначе ничего не выйдет. Дело в том, что Молчащие могут прикрыть лишь определённое количество магов. И поскольку это количество не слишком велико, КПД каждого прикрытого мага должен быть максимальным, а ранг никак не ниже Ярого.
Ледобор принялся жевать нижнюю губу. Пальцы неосознанно впились в белоснежную бороду. Затем он снова посмотрел на Креслава.
— Что ж, условия мне понятны, — сказал он. — По крайней мере, они логичны. Если что — телеграфирую на Ольхон.
— Хорошо, — ответил Рарогов, поднимаясь. — Рад, что принял меня и смог выслушать.
И в этот момент в дверь постучали, да так нетерпеливо, что Морозов бросил на дверь гневный взгляд.
— Кого там ещё принесло? — пробасил он.
— Телеграмма, ваше сиятельство, — ответил из-за двери испуганный голос. — Для гостя. Креслава Рарогова.
— Входи, — распорядился Морозов.
В переданной Рарогову телеграмме значилось:
«Креслав, началось! Срочно возвращайся на Байкал, пока телепорт не заблокировали».
— Вот, собственно и всё, — проговорил он, передавая телеграмму Морозову. — Если ты хотел чем-то помочь, помоги.
— Сейчас, — Ледобор помрачнел, затем подошёл к занятному аппарату, висящему на стене, чем-то напоминающему телефон. — У меня тут новомодная штука есть. Громкая связь.
Он снял трубку, нажал какой-то рычажок и проговорил зычным командным голосом:
— Внимание всем магам, находящимся на территории резиденции Инеево! — через аппарат его голос звучал с сильными искажениями, но всё равно был достаточно громким, чтобы разнестись над всеми окрестностями. — На совете мы выбрали сторону Ярослава Светозарова, это известно. Но на Байкале сейчас идёт бой за всю империю. Если есть те, кто хочет отправиться и помочь нашим войскам, у вас десять минут на сборы. Всех добровольцев у телепорта будет ждать Креслав Рарогов. Главное требование — ранг не ниже Ярого.
— И на том спасибо, — проговорил гость резиденции. — Это будет важно.
Когда его привезли обратно к телепорту, он не ожидал увидеть хоть кого-то, ведь Инеево — резиденция молодёжи, маги уровня Ярых среди которых были товаром штучным. К тому же, зачастую, все они были проводниками капищ. А такими членами клана никто рисковать бы не стал. Но, как ни странно, его ожидали пятеро молодых и серьёзных парней практически без вещей.
  
Глава 12
 
Друзья, когда мы брали день пропуска, мы и сами не думали, что выйдет так… Битва за Байкал… 90 тысяч знаков текста, фактически почти 1\4 часть книги была написана нами за 2 дня запоем. Поэтому приятного чтения, а мы берем 1 день выходного. Нам нужно выдохнуть! Следующая прода в пятницу.
* * *
Клан Молчащих на протяжении всей своей истории имел постоянные проблемы. Дело в том, что менталистов в принципе никто не любил. Да и они сами не способствовали тому, чтобы к ним хорошо относились.
Клан Полуночника был достаточно замкнутым. Собственно, поэтому резиденция клана располагалась не где-нибудь, а в кратере потухшего стратовулкана.
С одной стороны, стенки кратера немного обвалились, там, где в своё время выходила лава. Зато со всех остальных сторон резиденцию защищали стенки кратера. Удивительно прочная защита. Там, где это было необходимо, стенки были нарощены и укреплены. Поэтому, фактически, резиденцию можно было назвать неприступной. Сделано было всё очень внушительно.
Прямо в этой резиденции, в центре, располагалось капище — основной источник местной магии. И вот возле этого самого капища, совсем недалеко от него, поудобнее уселась Мирослава.
После примерки доспехов она успела ещё сделать множество различных вещей. Она активно носилась по всей резиденции и рисовала повсюду уйму рунных цепочек, указывавших прямо на земле на конкретные места, где должны были быть расставлены менталисты: в связках или поодиночке. Она распределяла также народ по ментальной силе. Кто из магов клана был сильнее, тот шёл на более сложные участки обороны.
И всё это ей доверили. Она, с учётом своей силы, полностью всё расписала и сказала, что может усилить рунную защиту. И сделать это должна для того, чтобы люди не выгорели. Она гарантировала клятвой крови и силы Скородуму Полуночнику, что сможет это сделать. Её послушали. Скородум поверил ей и согласился. Он всегда верил в Мирославу, иначе не отправил бы её на обучение. Правда, редко это афишировал.
И вот девушка села в центре этой странной и мало кому понятной системы. Прежде чем она взяла в свои руки бразды правления и, как паук в паутине, начала управлять нитями, тянущимися к остальным менталистам, к ней подошёл Костя.
Она посмотрела на него взглядом достаточно тёплым, но при этом нетерпеливым:
— Сейчас не самое подходящее время…
А он просто склонился к ней и поцеловал, после чего вынул резную фигурку, выполненную из муаса, изображавшую снежного барса, и вложил ей в руку.
  
— Это тебе, — сказал он. — Я хочу, чтобы ты знала: для меня ты символизируешь вот такого зверя. Дикая, необузданная, но при этом местами нежная и ласковая. И в состоянии убрать когти, когда это требуется. Я вижу тебя вот такой. Увидимся мы после этой битвы или не увидимся, выживем — не выживем, я не знаю. Но просто хочу, чтобы ты всегда помнила, что я вижу тебя иногда нежным котёнком, иногда царапающимся и ершистым, иногда шипящим. Для меня — это ты. Если мы выживём после этой битвы, я хотел бы связать с тобой свою судьбу в дальнейшем. Остальное зависит только от тебя.