Наследник пепла. Книга VIII (СИ)

Я растворялся в пламени. Меня сжигало без остатка, каждую клеточку моего тела выжигало изначальное пламя, божественное пламя. Это было действительно больно. Просто невероятно больно. Как будто каждую самую крохотную часть меня, каждый атом зажимали в божественные тиски, выдавливали, а затем протыкали божественной иглой и затем сжигали. Собирали пепел, компоновали из него новый атом и снова всё сначала.
  
В какой-то момент от боли я даже начал забывать, кто я, что со мной происходит. Я забыл, что могу видеть, слышать, вдыхать воздух — ничего этого не было. Сплошная стена огня перед глазами или, может быть, перед внутренним взором — уж не знаю. Сплошной гул ревущего пламени в ушах, а может быть, внутри меня, хотя никакого «меня» тоже уже не оставалось. Я не знал, что в этот момент происходит с моим телом и осталось ли оно у меня вообще. Сижу я, стою, лежу? Нет, не было этих ощущений. Просто всё моё естество в этот момент раздирало, скручивало, прожигало.
И в то самое мгновение, когда я понял, что от этих ощущений просто лишусь рассудка, я вдруг услышал голос совсем рядом. Я даже хотел оглянуться на него, но мне было нечем.
— Держись, — сказал этот голос. — Я с тобой.
И вдруг в меня начал вливаться поток энергии — да такой действенный, успокаивающий, охлаждающий, что я оказался поражён самим фактом его существования. Я вцепился в этот поток энергии всем, чем только мог, и начал вкачивать его в себя. Предыдущее внешнее воздействие никуда не делось, но теперь оно переносилось гораздо проще.
Я смутно начал определять положение своего тела в пространстве. Я лежал на спине. Вокруг меня действительно бушевало пламя, и сквозь меня пробирались языки этого пламени.
Это было неважно. Главное, что я находился в руках богини. Она предупреждала, что будет больно, но ей предстояло перестроить весь мой организм буквально с нуля, создав новое вместилище силы, да ещё такое, которое сможет распоряжаться энергиями куда более мощными, чем те, которыми я мог распоряжаться до этого.
Да, моя кожа буквально обугливалась и распадалась, а на её месте появлялась совсем другая — новая, как будто более плотная, не очень похожая на человеческую, зато куда более прочная. Я перерождался. Энергетические каналы внутри меня из тонких трубочек, в которых магия могла пробиваться лишь по каплям, превратились в объёмные эластичные каналы, через которые легко могли проходить целые потоки. Если раньше для того, чтобы запустить огненный шторм, мне нужно было пожертвовать собой, то теперь я мог это сделать, даже не истратив полностью весь свой магический запас. По крайней мере, мне так казалось.
— Рано, — вдруг проговорила богиня.
«Что, рано?» — подумал я, потому что не мог спросить. Мне было нечем. Я как будто не чувствовал язык во рту. Я задал этот вопрос про себя.
— Ты слишком рано пришёл в себя, — сказал мне Агнос.
Я оглянулся на голос и увидел возле себя небольшого дракона с интересом глядящего на меня.
— Ты не должен быть в сознании, — проговорил этот похожий на дракончика саламандрик. — Твоё сознание может не выдержать.
Я только хотел сказать ему, что: да нет, со мной всё в порядке, не стоит беспокоиться, что после его помощи я вполне сносно себя чувствую, но вдруг поплыл куда-то.
— Мы его не вытащим, — с какой-то обречённостью в голосе проговорила богиня. — Слишком рано он пришёл в сознание.
— Ничего, мама, — проговорил ей Агнос. И теперь я не сомневался, что это был именно он. — Мы постараемся. Давай попробуем вместе.
— Витя, попробуй поспать, — сказал он.
«Спать?» — подумал я, и эта мысль показалась мне совершенно странной. Я не хотел спать. У меня было такое ощущение, что я выспался на многие годы вперёд. И вот тут, в этот момент, я понял, что происходившее со мной до этого было всего лишь детской разодранной коленкой по сравнению с теми ощущениями, которые захватили меня теперь.
Мне показалось, что меня начали наматывать на какое-то колесо с шипами слой за слоем, срывая с меня целые пласты кожи, обнажая нервы и в эти нервы вплавляя раскалённые спицы. А затем отрезать кусок и снова, и снова. Болевой пик достиг таких высот, что, кроме него, перестало существовать что бы то ни было ещё. Сознание раскалилось и грозило испариться, как небольшая лужа воды под палящим солнцем. И не было ничего, за что я мог бы зацепиться.
Я не знал, за что можно схватиться в этом мире. И вдруг один за другим передо мной стали вставать силуэты людей: мать с поседевшими волосами, отец, улыбающийся какой-то шутке, сестра, кричащая «Витя! Витя!» и прыгающая мне на шею, брат немного рассеянный, но с бесконечно добрым взглядом, Аркви — вечно чему-то ухмыляющийся, Даррен Аден, с которым нам пришлось сразиться. Следом из тьмы выступила замершая фигура моего далёкого предка Арена Адена, отдавшего свою жизнь за людей Тохарской империи.
Я подумал, что иронически настроенная судьба совершила целый круг и замкнула его в этом последнем, бесконечном и наполненном невыносимой болью моменте.
Только это было ещё не всё. Следом за ним выступила другая фигура с рогами, с серьёзным взглядом, направленным мне прямо в душу.
— Аза? — спросил я. — Что ты тут делаешь?
— Давай там не расслабляйся, — проговорила она и мимолётом коснулась губами моих губ. — Тебя дома ждут.
В этот момент я вспомнил, кто я и где нахожусь.
  
Глава 7
 
Оег был одним из старших сыновей Максвелла. Он, даже по меркам демонов, уже не мог считаться молодым. Но зато он был очень опытным, расчетливым высшим демоном.
В то время, когда тот же Вирго лез в любые авантюры, Оег всегда рассчитывал, что из этого может выйти. Впрочем, и на его долю выпало несколько достаточно авантюрных проектов. Но как ни странно, все они закончились относительно успешно.
Именно он в своё время возглавил прорыв с использованием оборудования, собранного в замке телепортщиков, где были представлены образцы разных телепортационных площадок. Это он предложил сформировать мобильные отряды для того, чтобы в случае удачи перемещаться в стан врага и пытаться изнутри захватить империю, малыми группами.
Приходить, оставлять на передатчике специальный накопитель и быстро отходить, а потом иметь возможность массированно атаковать противника практически в любой точке империи. Это его в свое время вместе с передовым отрядом закинули в столицу, и ему практически удалось совершить задуманное. Но при том он понял, что столица — это всё-таки огромное количество людей, и в том числе магов.
Их там встретили не то что в штыки. Их передовой отряд буквально разметали в считанные минуты. Но хуже того, людям каким-то образом удалось уничтожить накопитель. А это означало, что среди них есть кто-то из высших демонов, кто-то из тех, кто позорно бежал перед силой селекционеров.
Но вместе с тем он подумал, что если бы их перекинуло куда-нибудь в глухомань, и там бы у них всё получилось, то фронт мог бы и обрушиться. А в столице ничего не вышло именно по той причине, что слишком сильно оказалось противостояние.
И это при том, что никакой Стены в столице и в помине не было. Исходя из этих соображений Оег, даже вернувшись без всей своей группы, не расстроился. Он собрал еще один ударный легион, подготовился и стал ждать следующей аналогичной возможности, которую рано или поздно судьба должна была им предоставить.
Так оно в какой-то момент и вышло. Возможность представилась через пару месяцев. Когда их перенесло в другое место, демон понял, что это огромная удача. По ментальному отклику тех, кого он слышал, ему стало совершенно ясно, что его занесло в небольшой город. Он не был такой огромный, как столица.
  
Он вообще оказался в настолько приветливых условиях, что даже сам этого не ожидал. Уж больно легко и вообще без напряга получалось подчинить себе практически любого, кого он видел.
И лишь через некоторое время он понял, что его силы возрастают при приближении к конкретной точке.