Первый среди равных. Книга V (СИ)

Единственным слабым звеном в нашем отряде были следопыты из Себыкино. И понимал это не только я. Сашка и Лену тащили под руки Мастера отряда и суманьцы буквально летели над землёй. Потому что из пяти сотен Витязей, не было ни одного слабее Гридня. Колонна за считанные секунды развила скорость хорошей машины на ровной трассе. Я влил часть энергии Источника в тело, чтобы держаться наравне с дружинниками. Судя по лицам Вепря и Змея, для африканцев подобные марши были обычным дело. Они даже не вспотели ещё толком.
— Рывок! — поймав единственно верный момент, оглушительно рявкнул я и дальше в одном мгновении слилось сразу множество событий.
Роща огнеростов окуталась пламенем и в нашу сторону ударил порыв обжигающего ветра. Сплетение позади последних бойцов отряда наконец не выдержало и показало из земли основную часть своего тела. В отличие от земляных лент, эта тварь обладала громадной основной пастью, в которую мог поместиться целый автомобиль. Следом поднялась волна хищных полос. Огненные струи моих заклинаний рисовали проход, который я чувствовал на грани своего сознания. Дико ревела от страха улитка Нюши. От скорости шумел в ушах ветер, будто я на полном ходу высунул голову из машины.
Колонна втянулась в узкий коридор, который создала для нас роща. Позади грохнул тяжёлый удар. Нас накрыло пылью и вонью горелой плоти. Лёгкие обжигал горячий воздух, но я отчётливо понимал, что нужно было двигаться дальше.
— Не останавливаться! — надсаживаясь, выкрикнул я. — За мной!
Дикий забег по горящему лесу длился всего несколько минут. За это время мы преодолели больше двух километров и вылетели на противоположной стороне рощи огнеростов. Давно отстало, превратившись в топливо для магических деревьев, сплетение и лес начал успокаиваться.
В отличии от Ежовой и следопытов, которые после похожей истории с огненной рощей ещё долго не могли прийти в себя, а Елизавета Алексеевна вообще получила психологическую травму, африканцы практически не обратили внимания на безумие вокруг. Как только мы вырвались из узкого коридора, Вепрь прорычал несколько приказов и Витязи с ходу начали перестраиваться в оборонительный порядок. Через минуту вокруг нас был полукруг ощетинившихся оружием дружинников и небольшая группа самых слабых и ценных членов подразделения в центре.
— Отличная идея, Сокол, — проверив расстановку своих людей и вернувшись ко мне, одобрительно произнёс Рыков. — Действительно сэкономили много времени и сил. Теперь есть хотя бы одно надёжное направление. Что дальше?
Это был очень важный вопрос. Одно дело, когда чудом спасённые из глубин Дикого Континента бойцы рода с благодарностью относятся к своему благодетелю. В такой ситуации они готовы выполнять твои приказы, но делать это будут по своему разумению. И совсем другое — когда опытные воины, выживавшие в тяжёлых условиях много лет, начинают воспринимать тебя не только в качестве юного аристократа, но и как того, кто может сражаться с ними плечом к плечу.
— Дальше возвращаемся к прежнему режиму передвижения, Вепрь, — ответил я. — Впереди следопыты, мы за ними. В случае встречи крупных зверей, принимаем решение по ситуации. В приоритете скорость. Если есть возможность обойти противника — обходим.
— Принял, — кивнул Александр и принялся раздавать приказы своим подчинённым, а я подошёл к Нюше. Сестра полулежала на спине Шустрика с закрытыми глазами, но я не сомневался, что княжна видит и слышит всё вокруг.
— Ты как? — негромко спросил я. — Восстановилась?
— Сложно сказать… — не открывая глаз, ответила девочка. — Сил достаточно. Мысли ровные и спокойные. Только тревожно как-то…
— Почему? — спросил я. Можно было подумать, что вопрос довольно странный. После того, как двенадцатилетняя девочка приняла участие в сражении с аномальными монстрами и диком забеге по охваченному огнём лесу, ничего удивительного в её тревоге не было. Вот только Нюша обычной девочкой не была. Менталисты высокого уровня воспринимали окружающий мир совершенно иначе и моя младшая сестра быстро приближалась к следующему состоянию этого типа одарённых.
  
Если развитие дара происходило под тщательным контролем опытных наставников, то перекоса и подобных скачков можно было избежать. Просто ребёнок чуть медленнее реагировал на внешние раздражители, чтобы выработать правильную реакцию. А когда наставника не было…
После казни отца, Нюша прошла первый порог и буквально впала в детство. Учитывая, что я в тот момент больше напоминал овощ, даже не знаю как Насте удалось со всем этим справиться. Долгое время прогресса в развитии младшей не было и положительные изменения начались только после возвращения домой и появления на территории имения Шустрика. Причём стянутый, как пружина, дар княжны начал разворачиваться с дикой скоростью. И сейчас приближался к тому этапу, когда маленькая девочка могла превратиться в холодное и отстранённое существо, рассуждающее исключительно категориями эффективности и рациональности. До восемнадцати лет эти циклы могли смениться ещё пару раз, но в момент Пробуждения, всё стабилизировалось. Вот только до этого времени было ещё шесть лет.
— Потому что мы делаем плохие вещи, Сокол, — не глядя на меня, ответила Нюша. — Мы приходим на чужую землю, убиваем тех, кто там живёт, используем их трупы для своих исследований или продаём ради наживы. Тащим из зоны растения и камни, минералы и туши животных. Мы зараза, которая отравляет это место. И чем сильнее зараза, тем сильнее нужны средства, чтобы от неё избавиться.
— Продолжай, — усаживаясь рядом и кладя руку сестре на лоб, произнёс я. Нюша будто вообще не заметила моего прикосновения. Даже не пошевелилась, а я ощутил под пальцами прохладную кожу и медленную пульсацию ментальной энергии.
— Чужаки должны уйти. Или умереть. Язвы излечатся и равновесие вернётся, — равномерным речитативом продолжила моя младшая сестра. Она будто находилась на грани транса. — Нельзя брать больше, чем отдаёшь. Нити слабы. Они могут оборваться и мир упадёт в темноту. Малая боль незначительная плата за жизнь. Чужаки должны уйти. Или умереть…
В этот момент я наконец нащупал едва заметную связь, возникшую рядом с Нюшей. Её даже обнаружить толком не получалось, потому что это ощущения исходило сразу со всех сторон. Я остро пожалел, что аспект Ментала мне недоступен. Это был единственный адекватный способ убрать непонятное воздействие на сестру. Но были у меня и другие варианты. Я сконцентрировал в ладони энергию трёх аспектов и приготовился действовать, но меня остановили шаги за спиной.
— Улитка слышит голоса духов этой земли, князь. Духи злятся. Волна близко, — прозвучал рядом со мной голос Аларака. Африканец текуче шагнул вперёд и навис над Нюшей. Голос девочки внезапно превратился в странный гул, разобрать который уже не представлялось возможным. — Редкий дар. Спи, белая госпожа. Беседа с духами земли съест тебя изнутри. Не слушай их. Слушай Кота.
Пульсация энергии Смерти. Волны шли с такой скоростью, что почти сливались в одну. Кто-то говорил, что сон это маленькая смерть. И сейчас я подумал о том, что Аларак овладел этой короткой смертью на высочайшем уровне.
Нюша уснула мгновенно. Тут же начала беспокойно осматриваться Шустрик. Девочка держала монстра под жёстким контролем даже в таком сумеречном состоянии. Самое интересное, что улитка начинала сильно нервничать, когда влияние Нюши становилось слабее. Может быть, по тому же принципу работали блоки Витязей? Если они долго были вне зоны аномалии, то их психика начинала требовать возврата в привычные условия?
— Спасибо, — посмотрев на чернокожего мага Смерти, кивнул я.
— Кот будет рядом с Улиткой, князь, — улыбнулся в ответ африканец. — Духи настойчивы, а тело маленькой госпожи пока не умеет им сопротивляться. Она впервые так далеко?
— Да, — кивнул я. — Это её второй выход в аномальную зону.
— Сильная! — уважительно цокнул Кот. — Дома нет ближе-дальше. Везде зона. Везде давит на голову и духи смотрят. Если скажешь, я научу Улитку.