Первый среди равных. Книга V (СИ)

— Что у вас, Вепрь? — спросил я.
— Следопыты увидели сплетение, Сокол, — быстро ответил Рыков и я тут же посмотрел в ту сторону, где спешно готовили к бою защитную полосу Витязи. Сплетения относились к четвёртому рангу аномальных монстров. Собственно, это было то, во что превращались земляные ленты если очень обильно и хорошо питались. — Мне нужен Аларак. Кот, усиливай линию. Желательно замкнуть круг. Сокол, Улитка — вы в центре.
— Нет, — спокойно ответил я. — Все за мной.
— Мы не успеем подготовить позицию в другом месте, — уверенно произнёс Вепрь. — Будут жертвы. Это приказ?
— Да, — кивнул я и побежал в сторону рощи огнеростов.
— Бегом за Соколом! — моментально прозвучал приказ командира Витязей и все дружинники бросились следом за мной.
— В колонну по десять человек! — на ходу выкрикнул я. Пара простеньких заклинаний и из моих ладоней протянулись пылающие огненные нити. Они легли на землю, создавая подобие дорожки. — Бежать строго по огненным линиям!
Отряд сорвался с места, на ходу пытаясь впихнуться в узкий коридор между двух горящих полосок травы. Позади начала вспучиваться земля. Десятки и сотни хищных живых полос выныривали на поверхности и тут же исчезали под землёй. Впереди, ощущая приближающуюся угрозу, начала дымиться земля. Разгорались огнеросты. Сверху, красиво кружась в полёте, сыпалась золотистая пыльца.
— Мы не успеем, — как-то ненормально спокойно произнесла рядом со мной Нюша. — Сплетения слишком быстро двигаются. Они уже почти под нами.
— Это хорошо, — зло оскалился я. — Прекрасно просто. Ускорились!!!
г. Москва
Имение светлейшего князя Воронцова
Было уже поздно, но Пётр Сергеевич любил засиживаться допоздна. Было в этом что-то… спокойное. Когда суета рабочего дня со всеми докладами, просьбами и встречами утихает и можно спокойно и без постоянного отвлечения подумать о важных делах.
А подумать было о чём. Ведь сегодняшний доклад Калинина предполагал новый виток конкурентной борьбы, как внутри Империи среди аристократических родов, так и за её пределами. И если первое волновало князя постольку-поскольку, ведь Воронцовы всегда могли за себя постоять, да и не осмелится никто попытаться причинить вред светлейшему князю, то от происков внешних врагов могло пострадать само государство.
В силу своего бизнеса и родовой предрасположенности, светлейший князь пристально следил за зарубежными коллегами. Да, как и любой успешный бизнесмен, он старался выяснить тайны конкурентов любым способом. Подкуп, шантаж, угрозы и диверсии. Всё с молчаливого одобрения Императора, но без его прямого благословения. Политика — она такая политика.
Однако, как показали недавние события, занимаясь глобальными проблемами и «окучивая» международные концерны, Воронцовы проморгали появление конкурента у себя под носом. Род Антиповых, кто бы мог подумать⁈
Работа с Эфиром шла во всех государствах. Это Воронцов знал точно. И «грязный» Эфир не был каким-то ноу-хау, сделать его можно было довольно просто — проблемы заключались как раз с его очисткой и удержанием. Вот тут-то «буксовали» абсолютно все.
Ближе всех к разгадке этой тайны был Константин Разумовский — человек, которого он считал, если не своим другом — ведь настоящих друзей вне рода себе позволить было нельзя, но товарищем точно. Тем более, что их интересы часто пересекались. Константин и его покойная супруга сделали для изучения Эфира возможно больше чем кто-либо другой в Империи за последнюю сотню лет, при том, что фактический профиль его рода был не настолько под это заточен, как те же Воронцовы.
Но, случилось то, что случилось. Воронцов был один из немногих, кто пытался защитить род Разумовских, но быстро поменял политику, поняв, насколько сильно было желание Императора покарать виновных. Более того, после смерти главы Рода Разумовских и его старших наследников, Воронцовы, по его личному приказу, быстро «подобрали» доступные остатки знаний и исследований Разумовских, что позволило им значительно продвинуться на своем пути познания Эфира.
  
Вот только, похоже, Антиповы успели первыми. Петр Сергеевич был далек от мысли, что Антиповы смогли бы самостоятельно придумать что-то подобное. Они были обычными «живодерами» — так в Империи пренебрежительно называли рода, которые не отличались какими-то исключительными талантами, но тем не менее имели доступ к аномалиям и просто уничтожая аномальных тварей ради наживы.
И они продвинулись очень далеко! Каково же было удивление Воронцова, когда после проведения расследования, Антипов-старший отделался лишь ссылкой. Да, Императору видней, но если сравнивать тяжесть проступков Разумовских и Антиповых, то… Эх, жаль даже у светлейшего князя нет доступа к полному расследованию пятилетней давности. Зная Императора, он понимал, что видит всего лишь верхушку айсберга, которую Император позволил ему увидеть. Было в деле Разумовских что-то такое, что привело к такому результату. Но, об этом знал только сам Император.
Всё нынешнее исследование Антиповых, все данные и возможные результаты и оборудование были изъяты людьми Императора. К счастью, молодой Разумовский смог удивить светлейшего, мало того, что забрав часть запасов и оборудования Антипова себе, да и еще он определенно имел правильно понимание проблемы Эфира. Точнее — возможного её решения.
И вот тут светлейший князь терялся в догадках. Самым логичным было то, что в руки молодого Разумовского как-то попали дневники его отца, которые так и не смогли найти после его казни. Только это объясняло неожиданную осведомленность молодого человека, который даже не получил консервативного образования.
Однако, решение организовать исследовательский центр на территории Разумовских уже окупило сопутствующие расходы сторицей. А то ли еще будет! Ведь Разумовский продолжает удивлять.
То, что доложил сегодня Калинин было невероятным и… очень вдохновляющим. Если всё пойдет так и дальше… Петр Сергеевич прервал дальнейшие мысли. Нет, он не был суеверным, но ему безумно хотелось, чтобы все получилось. Ведь тогда… Но, главное сейчас — защитить свои инвестиции.
Отпив уже холодный чай, светлейший князь потянулся к старинному телефонному аппарату, снял трубку и набрал номер. Несмотря на поздний час, с той стороны провода тут же ответили.
— Слушаю вас, Пётр Сергеевич, — раздался вполне бодрый голос светлейшего князя Пожарского.
— Не спите, Евгений Александрович? — по-привычке, вежливо осведомился Воронцов.
— Император не спит и мы не спим, — привычно ответил Пожарский.
— Это верно, — улыбнулся Воронцов устойчивой присказке, в которой была часть правды. Император также любил засиживаться допоздна, и редко, но метко, звонил на прямую своим подданным. И уже как-то у самых влиятельных аристократов Империи сама-собой выработалась привычка ложиться поздно. На всякий случай. — Уважаемый Евгений Александрович, голубчик, а давайте немного поговорим о молодом Разумовском…
  
Глава 24
 
Вепрю стоило огромного труда отвернуться от опасности и выполнить мой приказ. Судя по тому, как Витязи готовились к обороне, одна четвёрка им была не особенно страшна. Но у меня было другое мнение по поводу судьбы сплетения. Взять что-то с собой с этого зверя мы не могли. Тащиться десять километров до границы, чтобы передать добычу нашим патрулям, означало существенную потерю времени. Потом придётся проходить этот отрезок заново, потому что аномальная зона очень быстро затянет пробитую бригадой дыру. Относительно безопасно могло быть только здесь и сейчас. Если ты миновал без проблем какое-то поле, то это не значило, что сможешь там пройти спокойно во второй раз.
— Ещё быстрее! — наконец ощутив рывки сплетения глубоко под нами, приказал я. Зверь пробивал десятки дыр в земле, двигаясь быстрее бегущего оленя. Однако, по земле от него уходили гораздо более серьёзные звери.