Обнаженные сердца (СИ)

Во-вторых, спустя два месяца объявляется Светлана, которая вдруг решает побеседовать со мной. Видимо, она решила, что сможет убедить меня по поводу Алены, и уже с моей помощью добиться положительного решения от Демида.
Мы с Олей поехали в торговый центр, теперь я их посещала намного чаще. Ведь все заработанные мной деньги Демид сказал тратить на свое усмотрение. Детей благополучно оставили с отцами и рванули по магазинам. Близился пятый день рождения Аленки и мне хотелось сделать для малышки особенный подарок.
  
В данном ТРК был бутик очень известного в городе фотографа. Задумка была сделать семейную фотосессию, затем из этих фотографий создать огромный макет, который перенесут на обои. И пока мы будем в следующие выходные на даче в Потаповых праздновать, в Аленкиной комнате сделают ремонт. Уже все оговорено, осталось обсудить стиль фотосессии и образы.
Идя по просторным коридорам, я даже и не сразу заметила, что к нам направляется Светлана. Все мои мысли были о том, как сделать для малышки настоящий праздник.
— Смотри кто идет, — толкнула меня в бок Оля.
— Надеюсь не по нашу душу, — тихо отвечаю.
— Добрый день! — с места в карьер.
— Добрый, — воинственно сложив руки на груди отвечает Оля. Я молчу, не хочу общаться с этой мадам.
— А ты совсем не изменилась, — выдает брезгливо, смотря на Олю. — Как говорится можно вытащить девушку из деревни, а вот дер…
— Заткнула бы ты свой общественный рот, — перебивает её подруга. — Хотя продолжай, — вдруг улыбается, — зубов лишишься твои папики мне спасибо скажут, сосать лучше начнешь. Хотя, судя по-твоему послужному списку ты итак на пике карьеры.
— Оля, — дергаю подругу за руку, все-таки мы в общественном месте.
— М-да. Ну да ладно, я вообще не с тобой хочу поговорить. Девушка, как вас там, — делает вид что задумывается.
— Ульяна.
— Ну да. Я бы хотела обсудить с тобой, один волнующий меня вопрос. — сразу переходит на ты.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
— А мне нечего с Вами обсуждать. И времени на это тоже нет. — пытаюсь пройти мимо, но эта мегера хватает меня за локоть и тянет на себя.
— Слушай, девочка, — буквально пищит. Какой же все-таки у нее мерзкий голос. — Я тут не в игры играю. Скажи Демиду, что я ПОКА хочу по-хорошему решить данную проблему. И если не хотите…
— А вот не надо угрожать мне и моему мужчине, — вырываю резко руку. Выбесила! — Кого Вы назвали проблемой? Вашего ребенка? Так вот, проблема у Вас с головой! Нет у Вас дочери. Аленка моя дочь, а Демид мой муж. А за свое я дерусь до последнего, я понятно объясняю? Не нужно искать во мне парламентера, я всегда буду на стороне своей семьи!
— Семьи? — заходится смехом. — Девочка ты себя в зеркало видела? Да стоит мне показать Демиду, что я согласна снова быть с ним по-взрослому, ты вылетишь обратно в своё захолустье.
— Слышь, кошка облезлая. — врывается в разговор «по душам» Оля. — Да простят мне такое сравнение бедные животные. У тебя самомнение ракетой не прошибешь, шла бы ты рогатку полировать, а чужих мужиков не трогала. — хватает меня за руку. — Пойдем, Уль, итак из-за этой время потеряли.
— Я предупредила, — доносится пискляво нам в спины.
  
Глава 17
 
— Зачем ты вообще разговаривала с ней? — спрашивает Оля, пока я держу выбранную одежду ожидая, что она освободит примерочную. Никогда не думала, что в магазинах одежды бывает такой ажиотаж.
— Не хотела привлекать к нам внимание, — обреченно вздыхаю. — Не ожидала, что она настолько без башки.
— А по-твоему женщина-кукушка — это нормальное явление? — снова летит вопрос. Высовывает голову за шторку. — Давай все же на размер больше, живот уже растет. — все-таки Олька беременна. Очень рада за неё. И по-доброму ей завидую.
— Пора бы Олегу сказать.
— Да я хотела, — сдвигает шторку. — Посмотри, как? — крутится из стороны в сторону. — Не слишком облегает? Что-то фасон не мой. — она взяла теплое кашемировое платье до колен, приятного лавандового цвета и с воротом под горло. Уже почти осень, утепляемся как можем.
— И что молчишь тогда? Четыре месяца почти. — удивляюсь.
— Боюсь, — шепчет.
— Оль, что за бред? Да Олег души в тебе не чает и Тимоху вон как любит.
— Ты же помнишь, как я срывалась во время беременности Тимкой, опять будет опекать меня. Я буду беситься и выедать ему мозг чайной ложечкой…
— Ты уже сама себя программируешь на такой исход. — перебиваю.
— Ну да, — вдруг соглашается. Удивленно смотрю на неё. Обычно Оля спорит да усрачки, доказывая свою точку зрения. — Не смотри на меня так, скажу я ему, вот прям сегодня и скажу. — задергивает шторку.
С фотографом мы все обсудили, завтра приедем всей семьей на фотосессию. Для этого мы подобрали Family look. По задумке мы будем в студии с камином и пушистым ковром. Поэтому одежда будет домашнего типа, ближе к пижамному. Демиду мы подобрали темно-синие однотонные штаны и свободную белую футболку. У меня темно-розовые штаны и светло-розовая футболка с Минни-Маус. А детишки будут одеты подобно нам, только в уменьшенные копии. Все мы будем босиком, как будто в своем доме. Думаю, должно получиться красиво.
Приехав домой, первым делом иду в душ. Пока бегали по всем бутикам я ужасно вспотела, ведь не хотела надевать теплый свитер, но разве Демида можно переспорить.
Демид с детьми гулял во дворе. Поэтому я пользуясь случаем решила приготовить ужин. Уже дорезая салат слышу хлопок двери. Выхожу в коридор.
— О, ты вернулась? — типа удивленно.
— А то ты не видел? — улыбаюсь, тянусь поцеловать.
— Видел конечно, — отвечает на поцелуй. — Почему не вышла? — вдруг трогает мой лоб.
— В душ побежала, да поесть приготовила.
— Ты как себя чувствуешь?
— Эм, хорошо, а что?
— Зрачки расширены, глаза блестят, — заглядывает мне в глаза. — Лоб горячий. — прижимается уже губами.
— Так может от готовки, на кухне жарко. — пытаюсь успокоить мужчину.
— Давай-ка температуру померим.
Достает аптечку, находит градусник. Сажусь на диван и послушно измеряю температуру. Спустя секунд десять пиликает градусник. Демид даже не дает посмотреть, выхватывает из рук.
— Так и думал.
— Что? — не понимаю, вроде нормально себя чувствую, только жарко.
— У тебя температура 38,2.
— Да ладно? Но ведь никаких признаков простуды, — смотрю на градусник.
— Это и пугает. Давай-ка жаропонижающее прими, и ложись в кровать. Завтра Елену Сергеевну попросим присмотреть за детьми. Съездим в больницу, как раз Олег дежурит. Пусть осмотрит.
— Но Дёма, завтра же съемка в час.
— Ну это в час. А мы утром съездим. Тем более, если тебе будет плохо, то черту эту съемку. — говорит сердито.
— Но мы готовились, дети так этого ждут. Только об этом и говорят. — канючу как могу.
— Ульяна, — опачки, он называет меня полным именем только если хочет отчитать. Сразу напрягаюсь. — Твое здоровье важнее, а если воспаление какое? Тогда мы не праздник Аленки устроим, а тебя в больничку определим.
— Пф-ф, — дую губы.
— Не фырчи. Вот выпей, — дает таблетку с водой. — Голодная?
— Нет, — послушно выпиваю. — Мы в центре перекусили.
— Хорошо, тогда давай в постель. Детей уложу.
Плетусь в постель, вот теперь я реально ощутила недомогание. Видимо пока была занята делом, не ощущала. Укладываюсь и накрываюсь одеялом. Меня начинает колотить. Да что ж такое, вирус что ли какой цапнула.
Никогда не жаловалась на здоровье. Бывало, что болела ангиной, но выше 37 температура никогда не поднималась. Не замечаю, как проваливаюсь в сон.
  
Мне снится какой-то бред. Как-будто Демид изменил мне со Светланой, забрал Алену, а мы с Кириллом вернулись в свою комнатку в общаге. Но и комната уже не в прежнем виде, там ужасный бардак, будто там Толик жил все это время.
— Уля, солнце, проснись, — слышу сквозь вату. — Родная, открой глазки. — на лоб ложится холодное полотенце. Кайф.