"Современная зарубежная фантастика-1". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Это замедлило бы ее, не способную защититься от нового удара, если бы Аноиш не отбросил Фаразара в сторону. Призрак полетел в одну сторону, а Аноиш побежал в другую и загородил собой Нилит, словно сторожевой пес. Она встала на ноги и похлопала его по груди, а он затопал копытами и громко заржал.
Достав из рукава медную вилку, Нилит бросилась на Фаразара, который отчаянно пытался собраться с силами. Его камень укатился в сторону.
  
Она воткнула вилку в его ступню, и он взвизгнул. Еще один удар – в бедро; она стала продвигаться снизу вверх. Его ледяные руки вцепились в нее; Фаразар был достаточно взбешен, чтобы удерживать ее, но на большее ему не хватало сил.
Вилка снова попала в пары Фаразара, и он вскрикнул. Увидев вилку, торчащую из его груди, он наконец замер. Потное лицо Нилит было мрачнее тучи.
Она почувствовала, как кровь течет по ее шее. В том месте, где вилка проткнула Фаразара, его пары побелели. Вокруг зубцов появились яркие трещины. Фаразар дрожал от боли.
Не успела она вытащить из него вилку, как между Нилит и Фаразаром появилось что-то пернатое и верещащее. Когти вцепились в руку Нилит, заставив ее разжать пальцы. И она, и призрак бросились прочь от разъяренной твари, забыв о драке. Существо было похоже на сокола, но летало так быстро, что Нилит не могла его как следует рассмотреть.
– Какого…
– Беги! – крикнул ей сокол – высоким, но не лишенным силы голосом. Должно быть, это было заколдованное существо, но Нилит уже много лет их не видела.
– Бежать?
– Со всех ног! Тебя догоняют разбойники!
Застыв от страха, она посмотрела на юг, но на горизонте не было ничего, кроме пятна черного дыма.
Таверна. Наверняка это таверна. Разбойникам ни к чему сжигать город, но если их что-то сильно разозлило, например то, что жители приютили у себя их врагов… Нилит вспомнила добрую Эбер и Старого Фена. Она закусила губы, и ее глаза наполнились слезами. Она подумала о том, удалось ли им сбежать.
– «Упыри». Они преследуют нас, – выдохнула она.
Сокол по-прежнему верещал.
– Шестнадцать всадников, а за ними еще двадцать три. Полдня пути, и они тебя догонят. Выбирай.
Других объяснений Нилит не требовалось. Схватив вилку, она быстро забралась на Аноиша и ударила его пятками в бока, пустив коня в галоп.
Маленький сокол полетел рядом, по-прежнему яростно хлопая крыльями.
– Ты кто вообще? – заорала Нилит, перекрикивая свист ветра и топот копыт. Песок летел ей в лицо.
– Не туда! Туда! – Птица пролетела мимо нее и взяла чуть восточнее.
– Но ведь город – в той стороне.
– Твою мать! Город тут везде! А там есть река и баржа.
Нилит покачала головой.
– Баржи – это не мое!
Про реку она знала, и все же решила ехать верхом – этот путь был более коротким и быстрым. Река, извиваясь, прокладывала себе путь на северо-запад, вплоть до середины Дюнных равнин, а затем поворачивала на восток – слишком далеко от цели Нилит. Кроме того, на реке было полно порогов и поворотов. Кроме того, вода – не ее стихия.
– Я могу их обогнать.
Сокол неловко сел на голову лошади, широко раскрыв пестрые крылья.
– Значит, ты просто дура долбаная.
– Кто ты такой, чтобы так со мной разговаривать?
– Я хочу тебе помочь, а ты мне не даешь.
– Кто ты?
– Сейчас это не важно. Просто следуй за мной!
Взлетев, сокол превратился в маленькую точку в синем небе. Нилит направила Аноиша за ним. Сердца обоих сильно колотились, стремясь превзойти друг друга. Фаразар уже то ли бежал, то ли летел следом. Его руки были прижаты к ранам, а голова поникла, но он все еще бежал. Похоже, что их цели снова совпали.
Забыв о том, что она, словно безумная, следует за говорящим соколом, Нилит мчала вперед, но на этот раз она не спускала глаз с птицы.
С каждым мощным ударом копыт далекая дымка сгущалась и в конце концов превратилась в темную полосу. Возможно, это еще одно ущелье или луг на берегу реки. Столб дыма позади Нилит накренился, вытягиваясь все дальше, словно огромный палец, который обвиняюще указывает на нее.
Довольно быстро появились их преследователи: поначалу они выглядели как размытые пятна в дымке, но они быстро увеличивались. Должно быть, теперь они лучше видели свою жертву, и это подстегнуло.
Нилит это тоже подстегнуло, и она пришпорила Аноиша, пустив его бешеным галопом. Они словно пытались проскочить между зубцами смыкающихся тисков.
Постепенно темная полоса стала более четкой, превратилась в узкое ущелье со скалистыми краями, похожее на огромную зубастую улыбку, уходящую по дуге куда-то вдаль. Один ее край тянулся к Нилит, словно веревка, свисающая с уезжающей повозки.
Они пролетели мимо примитивного указателя, сделанного из кучки камней и топляка, и Нилит узнала символы «вода» и «лодка». Сокол направил их по верному пути. Нилит пришпорила Аноиша еще сильнее.
Хотя до цели оставалась еще миля, Нилит увидела маленькую хижину, охраняющую длинный и широкий спуск к реке. Вода, должно быть, потратила тысячи лет на то, чтобы пробить это ущелье в скале, и поэтому здесь, вдали от солнца, река пережила пустыню. Нилит уже видела голубые искры за бурыми камнями.
– Йа-а!
Нилит умолкла и, обернувшись, заметила, что разбойники догоняют ее. Их лошади были высокими, длинноногими, и скарабеи от лошадей не отставали. Она слышала барабанную дробь копыт и лап. Нилит благословила Аноиша: да, сердце у него было отважное, но в мощи этим жеребцам он уступал.
Сокол упал с неба, словно брошенное копье. Он раскрыл крылья всего в одном ярде от земли и, повернув, снова полетел рядом с ней.
– К причалу привязана плоская баржа. Достаточно большая, чтобы вместить двадцать человек и груз. В хижине живет старик, но ходит он с трудом и помешать тебе не успеет.
– Разве они его не убьют?
Сокол сердито защелкал клювом.
– Они могут убить его или тебя. Выбирай!
На ее совести уже была смерть Эбер и Фена, не говоря уже о горожанах. Будь она проклята, если сегодня из-за ее ошибок умрет еще кто-нибудь. По лбу Нилит потекла новая струйка пота. В горячем сильном потоке воздуха она казалась холодной.
Нилит снова ударила пятками коня. Аноиш почувствовал ее отчаяние и, вытянув шею, прибавил ходу. Его бока дрожали от напряжения. Прижавшись к его шее, Нилит слушала вой ветра и бешеный стук копыт.
Фаразар остался далеко позади, но до нее все равно доносились его крики. Быстро оглянувшись, Нилит увидела, что он старается поднять как можно больше пыли, одновременно крича ей о том, что разбойники уже совсем близко. И от старого гада временами была польза; желтое облако пыли, созданное им, закрыло «упырей»; она надеялась, что пыль ослепит разбойников или заставит их задохнуться. Нилит покрутила пальцем, призывая его продолжать в том же духе.
Конь резко остановился у двери хижины, и Нилит пришлось обхватить его за шею, чтобы не упасть.
– Старик! – завопила она, задыхаясь. В темном дверном проеме уже появилась какая-то темная фигура со старым трезубцем в руках; оружие поблескивало на солнце в тех местах, где еще не заржавело. – Беги! Сюда едут разбойники!
Старик высунул наружу голову, похожую на изюмину, и уставился на облако пыли и на черные фигуры, которые рассыпались по песку. Их крики складывались в нарастающий рев.
– Нам нужна твоя баржа!
– Я не хочу попасть в беду!
Нилит спрыгнула на землю и подбежала к двери. Старик нерешительно ткнул трезубцем в ее сторону, но Нилит сделала шаг в сторону и обезоружила его, резко дернув за древко. Старик стиснул руки и с вызовом посмотрел на нее.
– Беда будет, хочешь ты того или нет. Идем!
  
– Это мой дом! Я не трус. Этой баржой я управляю восемна…
– Старик, трусость тут ни при чем. Они убьют тебя – просто так, для смеха. Идем с нами! У нас нет времени!
Нилит вытащила его из хижины, возблагодарив мертвых богов за то, что он усох от старости. На коня она усадила его почти без труда.
– Держись.