Темный голод (ЛП)

Сайрен отпустила руку Клэр, оставив её у стойки с огромным зеркалом и массивной фарфоровой раковиной. Остановившись перед шкафом с инструментами, Сайрен отклячила бедро в сторону и скрестила руки на груди, явно обдумывая варианты.
Все вампиры, которых видела Клэр, были привлекательными, но Сайрен была самой красивой из всех, с её бледным сердцевидным лицом и полными губами, большими тёмными глазами и идеальной фигурой. Джинсы обтягивали каждый дюйм её бёдер и ног, а облегающая белая майка подчёркивали полную грудь. Тёмные волосы ниспадали густыми, восхитительными волнами до самых ягодиц.
  
Клэр с трудом сглотнула, краем глаза заметив своё отражение. Она не хотела приглядываться, особенно когда Сайрен была рядом для контраста.
Схватив несколько расчёсок и ножницы, Сайрен повернулась к Клэр.
— Ты действительно не представляешь, какой восторг я сейчас испытываю. И боже мой, я завидую. У меня никогда в жизни не хватало смелости отрезать волосы. Это будет так круто.
Клэр ошеломлённо уставилась на Сайрен, пока та раскладывала свои инструменты на столе. Казалось, не заметив недоверия Клэр, Сайрен исчезла в спальне и через мгновение вернулась с изящным деревянным стулом, украшенным резьбой.
Поставив стул позади Клэр, она сказала:
— Ну, паркуй свою задницу, девочка.
Клэр села. И уставилась на свою растрёпанную причёску, ужасную и уродливую в зеркале. Свежая слеза скатилась по её щеке.
Зачем она это сделала?
Склонившись над плечом Клэр, Сайрен смахнула слезу и поцеловала Клэр в щёку.
— Доверься мне, ладно? Я всю свою жизнь хотела сделать это. Всё будет потрясающе. Хорошо?
Когда Клэр опустила подбородок, Сайрен выпрямилась и потянулась за расчёской и ножницами, напевая что-то себе под нос.
— Он сказал, что я могу стать такой, какой захочу, но он не это имел в виду, — сказала Клэр, когда Сайрен начала стричь её волосы.
Клэр никогда не чувствовала себя такой… преданной. Для неё так много значило то, что он поверил в неё. Для неё так много значило чувствовать себя сильной. Но он забрал это обратно.
— Тогда тебе придётся ему показать. И это? — Сайрен взмахнула рукой над головой Клэр, как будто это была шляпа фокусника, из которой она собиралась вытащить кролика. — Хорошее начало.
— Он хочет, чтобы я была пленницей, — это было несправедливо и неправда, но именно так она себя чувствовала.
Сайрен встретилась с ней взглядом в зеркале.
— Я уверена, что он этого не хочет, но я понимаю, что ты чувствуешь. Эти чрезмерно заботливые мужчины — такая заноза в заднице. Мой брат ничуть не лучше.
— Твой брат?
— Кир.
— О, — теперь Клэр увидела сходство. У обеих были такие идеальные лица. — Я чувствую себя дурой из-за того, что делаю это, — пробормотала она, ненавидя контраст между собой и Сайрен.
Сайрен скорчила гримасу.
— Чёрт возьми, нет, девочка. Это требует мужества.
Клэр не была уверена, что это правда, но промолчала.
В конце концов Сайрен отложила ножницы и, подойдя к шкафу, вернулась с набором ножниц для стрижки.
— Ты мне доверяешь?
— Э-э-э…
— Это будет круто.
— Окей?
Сайрен приподняла брови и сказала «Ну, понеслось», затем включила машинку для стрижки.
Клэр застыла, слегка испуганная. На лице Сайрен отражалась полная сосредоточенность, когда она выбривала часть головы Клэр с правой стороны, от уха до виска. Сзади она тоже что-то сделала.
Прежде чем Клэр смогла как следует рассмотреть, Сайрен встала между ней и зеркалом.
— Ладно, иди в душ. Ты вся в обрезках волос. Затем я уложу их, ладно?
— Я просто хочу посмотреть…
— Быстрее, быстрее, детка! — Сайрен захлопала в ладоши.
Надув щеки и шумно выдохнув, Клэр направилась к душевой кабине без дверей. Сняв джинсы, футболку и нижнее бельё и выбросив их наружу, она включила воду. Её укоротившиеся волосы ощущались странно, а выбритая секция была совершенно непривычной для её пальцев.
Она всё ещё чувствовала себя подавленной, но, по крайней мере, некоторые из её прежних мыслей рассеялись. Было трудно думать о таких вещах, когда кто-то бреет тебе голову.
Когда Клэр вышла из душа, прихватив с вешалки фиолетовое полотенце, чтобы высушить волосы перед тем, как закутаться, она обнаружила, что Сайрен ждёт её с феном и набором флаконов. Стул стоял подальше от зеркала. Это заставило Клэр занервничать.
Сайрен нетерпеливо указала ей на стул.
— Я не хочу, чтобы ты смотрела, пока всё не будет готово.
Клэр подошла к стулу и села. Сайрен слегка подсушила волосы, затем взяла со стойки флакон, встряхнула его и выдавила на волосы Клэр горсть пенящегося мусса. Она продолжила сушить, затем зачесала волосы Клэр на одну сторону, подальше от выбритого участка. Она добавила ещё много средств. Клэр никогда не пользовалась ничем, кроме спрея для облегчения расчёсывания, и не могла представить, для чего всё это нужно.
— Ладно, иди посмотри!
Клэр встала и осторожно подошла к зеркалу. И уставилась на своё отражение.
— Круто, да?
Клэр моргнула. Из отражения на неё смотрел кто-то другой, кто-то… дерзкий. Её волосы были подстрижены в несколько слоёв, которые расходились от выбритой части, как ирокез.
— Тебе нравится?
— Это… круто, — Клэр нечасто употребляла это слово, и уж точно не по отношению к себе, но оно было правильным.
— Правда? Я в восторге! Это так круто!
Клэр прикоснулась к выбритому участку, восхищаясь. Она почувствовала себя… другой.
— Что скажешь, если мы пойдём и похвастаемся этим?
— Что ты имеешь в виду?
— Тебе нужно встряхнуться, девочка. Перевести дух. Я собираюсь вывести тебя в свет.
— Куда?
Сайрен улыбнулась.
— Вот увидишь. Но сначала: одежда и макияж. Ты будешь чувствовать себя потрясающе.
Глава 22
Под техно-ритм, гремящий в зале, как второй пульс, и заставляющий его сердце сбиваться с ритма, Нокс подумал, что «Жара» была плохим выбором. Слишком много людей. Слишком много зрелищ и звуков.
Вот почему он пришёл сюда. Дать себе возможность сосредоточиться на чём-то другом, кроме…
Целой кучи дерьма, которую он пытался держать взаперти.
Господи, если бы с Клэр что-нибудь случилось…
Он не мог поверить, что она ввязалась в это дело. Он дал ей пистолет на всякий случай. Потому что, несмотря на то, что четыре демона не представляли для него серьёзной угрозы, никогда нельзя было знать наверняка. Он не мог оставить её без последнего средства.
Последнего. Средства.
Какого чёрта она тогда вмешалась в это дело, он не понимал.
Это напугало его до чёртиков.
В глубине души он понимал, что после этого повёл себя не очень хорошо.
Он сказал совсем не то, что нужно, и сделал только хуже.
Но он был так чертовски зол. Не на неё. Просто в общих чертах.
У него перед глазами возникла ужасающая, разрывающая душу картина: она истекает кровью на тротуаре, а он сам бессилен что-либо сделать.
Как в Замке. Запертый за решёткой, кричащий так, как не кричал никогда в жизни, совершенно беспомощный, пока Уррик Дутериан насиловал эту женщину на грязном полу у него на глазах.
Светлые волосы, пропитанные кровью.
Пустые голубые глаза женщины, смотревшей на него несколько дней, пока она гнила за пределами его камеры.
Именно такую панику и ужас испытал Нокс, когда Клэр привлекла внимание демонов своим выстрелом.
Если с Клэр что-нибудь случится…
Нокса затрясло. На секунду у него помутилось зрение, и он потерял всякое представление о том, где находится.
Но свет, звуки и запахи вернули его к действительности, они были слишком стимулирующими, чтобы его тренированные и обостренные чувства могли их игнорировать. Это хорошо. Именно поэтому он был здесь.
  
Ему не следовало оставлять её в аббатстве вот так. Это было ужасно. Но он должен был собраться с мыслями и запереть всё это дерьмо глубоко в себе, прежде чем говорить с ней.
Ему нужно было успокоиться, попытаться объяснить, что осторожность, что позволение ему быть её щитом (чем он, чёрт возьми, и должен был быть) не делало её слабой. Это делало её драгоценной.