Две полоски после вечеринки

Номер у него интересный. 2306. Как дата моего рождения.
– Пойдем? – внезапно произносит байкер.
– Куда?
Он кивает на карточку.
Он что, приглашает меня к себе в номер?
 
Глава 11
 
Кирилл
Не надо сразу нападать.
Не надо показывать свой голод.
  
Аккуратнее… Не спугни. Что-то ты бешено газуешь.
Она смотрит на ключ от номера, который я положил на стол.
– Ты предлагаешь мне…
Ноздри подрагивают. Нижняя губка надувается. Быстрый взгляд, несущий в себе гневную молнию…
– Подняться на крышу, – спокойно говорю я. – Полюбоваться видами ночного города. А ты что подумала?
– Ничего.
Нет, я не надеялся, что она сразу пойдет ко мне в номер.
Это просто намек на то, как могут развиваться события. Как я хочу, чтобы они развивались.
Ага, мечтай.
Чтобы такая девчонка сразу прыгнула к тебе в постель… Закатай все, что у тебя там раскаталось.
На мотоцикл-то прыгнула! А среди байкеров издавна ходит поговорка: села – дала. Вот только девчонка об этом вряд ли знает…
Да и байкеры больше прикалываются, чем сами в это верят.
– Пойдем?
Протягиваю ей руку.
Она вкладывает в нее свою ладонь. Маленькую, горячую, почти невесомую. Я поднимаю ее с дивана. Мы идем к лифту.
Я прошу официанта принести нам коктейли и пледы. Это не положено, но крупная купюра все решает.
Эсмеральда… интересно, расскажет ли она мне причину своих слез? Думаю, да. Я скоро услышу душещипательную историю про козла… А от чего еще может рыдать молодая девчонка? По-любому, парень обидел.
А я пожалел.
Потому что… самому хреново. А это пробуждает сочувствие и сострадание к ближним.
Ну и попутно – другие очень сильные чувства. И животные инстинкты. Особенно, когда она нежно прижимается к твоей спине грудью…
Для меня лучшее средство от любого стресса – погонять на мотоцикле. Подумал: вдруг и ей зайдет?
Зашло!
Я вообще не ожидал, что она согласится. Думал: пошлет и пойдет дальше.
А она безо всяких разговоров прыгнула на мой мотоцикл! Ну и, в процессе поездки я так размечтался, что к финалу чуть ли не бороздил асфальт поднятым стоп-краном.
И очень активно надеялся на немедленное продолжение в моем номере.
Пока не рассмотрел ее получше. И не понял: без раздумий она прыгает только на мотоциклы. Все остальное мне прямо сейчас не светит.
Нежная девочка…
Немного пугливая, немного безбашенная – от расстройства. По-детски серьезная и сосредоточенная. По-взрослому печальная.
Я не знаю, как с такими… Вообще одичал.
Ладно, разберемся.
* * *
Мы на крыше. Я тут уже бывал, вчера. Случайно занесло. По привычке тянет повыше…
Вчера я был один. И мне было то ли тоскливо, то ли тошно, то ли все вместе сразу.
А сегодня со мной это чудо. Эсмеральда. Двадцать пять лет, работает в рекламном агентстве… Врет. Двадцать два – максимум. А то и меньше.
Женщины обычно врут о возрасте в другую сторону. Прибавляют только… Блин, а вдруг ей нет восемнадцати? Тогда это попадалово…
Я на такое не пойду.
Она подставляет лицо прохладному ветерку. Смотрит на огни ночного города. Молчит. Вся в себе.
Зябко поводит плечами – платье у нее интересное: закрытое, под горло, но без рукавов. Эффектно подчеркивает тоненькую талию и крутой изгиб поясницы. На который мне пипец как хочется положить руку…
Но я просто накидываю ей на плечи принесенный официантом плед. Он сползает с ее оголенного плеча. Я поправляю его. Касаюсь кожи.
Вижу, как бьется жилка на ее шее. Как она быстро облизывает губы своим маленьким язычком. Как ловит плед тонкими пальцами.
Я накрываю ее руку своей.
Она замирает.
Меня кроет так, как не крыло никогда в жизни. Даже в острый пубертатный период. Приходится стоять по диагонали, чтобы слишком прямо и твердо не намекать ей на свои желания…
Стараюсь выровнять дыхание. Не дышать загнанным голодным зверем ей в ухо.
Ну ушко лучше шептать нежности.
– Такие яркие звезды…
– Да… – выдыхает она.
И запрокидывает голову. Как будто для поцелуя. Охренеть…
Намек понял. Не дурак.
Тянусь к ней губами. Но… черт!
У нее звонит телефон. Она роется в своем клатче, достает его, я успеваю увидеть фотку девчонки на аватарке. Похоже, подруга звонит.
Эсмеральда отходит от меня на несколько шагов, как будто хочет создать видимость конфиденциального разговора.
Да пожалуйста! Я повернусь спиной, засуну руки в карманы и буду пялится на город. Типа я вообще на своей волне и мне пофиг, с кем и о чем ты разговариваешь.
Слышу женский голос. На фоне громкого шума. Слов разобрать не могу. Только то, что отвечает моя Эсмеральда.
– Что? Они звонили тебе? Ой… точно. У меня непринятые от обоих. Не услышала. Они успокоились? Супер. Я сейчас им напишу. Да спят уже наверное… Звонить не буду. Спасибо, что прикрыла. Ты настоящий друг!
Интересно, о чем речь? Ничего не понял. Только последнюю фразу:
– Да, я… Я с ним. Потом расскажу.
С кем? Со мной?
Да нет. Речь точно не про меня. Видимо, про того, из-за кого она плакала.
Она сейчас должна была быть с другим…
В груди жжёт.
Что же меня так кроет-то? Я ее вижу впервые в жизни. А уже не хочу никому отдавать…
 
Глава 12
 
Ксюша
Я пишу родителям, что со мной все в порядке. Я на вечеринке. Скоро вернусь.
Регина меня прикрыла. Сказала им, что я на танцполе, а телефон валяется в сумочке на столе, поэтому я не отвечаю. Они не волнуются. Они думают, что у меня все хорошо…
Убираю телефон.
– Какие-то проблемы? – спрашивает мой Квазимодо.
И протягивает коктейль.
– Никаких проблем, – отвечаю я.
Я точно не собираюсь плакать у него на плече. И ничего ему рассказывать тоже не планирую.
Пью странную холодную жидкость. Смотрю на звезды.
Кто вообще придумал такой коктейль? Горько-солено-цитрусовый? И почему он мне нравится? Он же невкусный.
Мой спутник молчалив. Думает о чем-то своем. До меня ему как будто нет дела.
И, что-то мне подсказывает, что у него на душе тоже не очень радужно.
– У тебя когда-нибудь было такое ощущение, как будто вся жизнь разлетается на осколки? – срывается с моих губ.
Я же не хотела ничего говорить! Не удержалась.
Он некоторое время думает, а потом спрашивает:
– Прям вся-вся жизнь?
Тут уже зависаю я…
– В жизни много всего, – продолжает байкер. – Что-то может разлететься к херам. Но чтобы все сразу… Нет, такого у меня никогда не было.
А, пожалуй, он прав. Вся жизнь… Ну уж нет! Мудак Платон со своим ошпаренным отростком – это далеко не вся моя жизнь!
Это… вообще крошечная ее часть. Микроскопическая!
Которую я уже забыла!
– И у меня не было, – говорю я.
И чувствую, что улыбаюсь.
– Ну вот и хорошо.
Квазимодо тоже улыбается.
Красивая у него улыбка! Такая теплая… До мурашек.
И… меня снова накрывает ощущение чего-то знакомого и родного. Как будто мы с ним сто лет знаем друг друга. Просто давно не виделись.
Конечно, это не так.
Просто он байкер. А они все… Они классные.
И он классный.
Не треплется без конца, как Платон. Не хвастается, не выпячивает себя. Заботится обо мне! Он догадался, что я хочу пить. И что мне поможет поездка на мотоцикле. Он и пледом меня укрыл…
И это было так странно… Его рука на моей ладони… Звезды… Какое-то трепетание в груди…
  
А потом не позвонили.
Сейчас мы стоим рядом. Не касаясь друг друга. И я вдруг чувствую, что мне очень хочется, чтобы он меня обнял. Но не буду же я просить!