Измена под бой курантов (СИ)

— Открой просто, сказать что-то надо.
— Говори так, — достаю из кармана пуховика телефон, и к ногам падает визитка. Поднимаю, смотря на красивые буквы с вензелями.
Назаров Родион Павлович.
Сую визитку обратно в карман, а потом достаю и переписываю цифры. Мало ли всё же пригодится. В конце концов наличие номера Рада в моём телефоне меня ни к чему не обязывает.
— Открой! — не унимается тот, кто за дверью.
  
— Уже набираю номер полиции, — нагло вру. Смотрю в глазок. Мужчина уходит. Слава Богу. Теперь и жить тут страшно. Кораблёв своим предательством наломал дров, а мне разбирайся.
Вернулась на кухню, продолжив уборку. Бульон сварился. Перелила в банку и замотала полотенцем. Надеюсь, будет тёплым, пока доберусь.
Времени уже много, надо ехать. Решила оставить посуду на потом. На столе бутылки и пачки сока. Переоделась, бросила вещи в стирку. Правда, думаю, им уже ничто не поможет. Загрузила большую сумку с едой.
Уже на выходе вспомнила, зачем вообще сюда пришла. Нашла документы и открыла замок, дёргая дверь на себя.
Передо мной стоял тот самый человек. На вид около двадцати пяти, в руке продолжает сжимать лом. Брюнет. Подбородок волевой, зубы сжаты, коренастый.
— Где он? — требует от меня ответа.
— В больнице.
— Ты что ли уделала?
— Нет, — качаю головой. — Там всё серьёзно, несчастный случай.
Пытаюсь сделать шаг, но он не пускает. Натыкаюсь будто на стену и делаю шаг назад.
— Дай пройти!
Он удивлённо смотрит, а потом ухмыляется.
— Когда успел? — не верит он.
— Вот как раз после того, как твоя жена переспала с моим мужем. Бывшим, конечно же, — пожимаю плечами. — Но, как только Кораблёв поправится, приходи — приглашаю. А теперь, увы.
— Знаешь уже про них? — интересуется и кривится, смотря на сумку в моих руках.
— Надо быть слепой, чтобы не знать. Как раз у нас и зажигали.
Снова шаг, но он не пускает.
— Слушай! — начинаю выходить из себя. — Дай пройти. Я то что тебе сделала?
Лицо какое-то у него, как у побитой собаки. Видно, осознание неверности жены ему это далось тяжелее моего. Вспоминается анекдот. Когда я изменяю, — говорит муж, — имеем мы. А когда ты, то нас. Я не готова быть ни с какой стороны.
В глазах мужчины загорается какая-то идея. Подвигает меня бесцеремонно, ступая внутрь.
— Эй, куда? — ахаю, смотря, как он делает несколько шагов в обуви.
— Эдииииик, — зовёт муж-рогоносец, а я понимаю, что ничего о нём совершенно не знаю. Сейчас я в квартире с незнакомым мне человеком, в руках у которого лом.
— Покинь помещение, — держу дверь распахнутой, чувствуя волнение.
— А вдруг ты от меня его скрываешь нарочно? — задаёт встречный вопрос.
— Да нет его здесь! — уверяю. — Уходи!
— Простила уже, да?
— Не твоё дело, — принимаюсь защищаться.
Кажется, он понимает, что я напугана. Достаёт телефон, включая фотографии.
— Вот, смотри, жена моя, — протягивает, будто мне вообще до этого есть дело. Это действительно Снегурка. Весёлая, целует этого, что передо мной. Что ж. Хреновый Новый год не только у меня.
— С ней всё нормально? — решаю поинтересоваться, ибо Кораблёв пострадал. Спрашиваю, не потому что переживаю, просто интересно. Мало ли, какая карма её настигла.
— Я женщин не бью, — забрал телефон мужчина. — Илья, — протянул мне руку.
— Это ещё зачем? — уставилась я на раскрытую ладонь. — Дай мне спокойно уйти. Меня ребёнок ждёт!
Отчасти не вру. Не поеду же с этим барахлом сразу в больницу! Надо отцу завезти.
— Можем отомстить им, — пожимает плечами, окидывая меня взглядом. И вот теперь я уверена, что на мою грудь смотрят не потому, что на блузке кровь. Мне становится очень страшно.
  
Глава 17
 
Телефоны плотно вклинились в нашу жизнь. Я любила сёрфить в интернете. Смотрю на мужика в моём доме и вспоминаю статью.
«Если вы вот-вот станете жертвой в квартире: зовите на помощь, сбрасывайте предметы, бейте мебель, создавайте любые препятствия между собой и нападающим, продвигаясь в сторону выхода».
Как залезть ему в голову и узнать, что там? Решаю не делать резких движений, сохраняю контроль над ситуацией'.
— Если сейчас же не уйдёшь, вызову полицию, — сжимаю руку в кулак, будто это мне хоть как-то поможет. Хорошо, что в пальто и сапогах. Кидаю взгляд на лестничную клетку, намереваясь бежать. Жалею, что не глянула в глазок ДО того, как выйти. Да и он тоже ломал комедию, нарочно сделал вид, что ушёл.
— Боишься? — спрашивает спокойно. Но кто он такой, чтобы я отвечала честно? — Ладно, — говорит уже более миролюбиво. Бросает взгляд на неубранный стол. Кажется, внимание привлекает бутылка вина. Прямо в ботинках спокойно проходит в комнату.
— Давай выпьем, — поворачивается ко мне, держа в руках алкоголь.
— Уходи! — меня начинает трясти от его наглости. Хочется бросить всё и сбежать. Но это моя квартира с моими вещами! Я не могу оставить здесь неизвестно кого. — Вы стоите друг друга! — говорю, испытывая к нему ненависть. — Ты и твоя жена!
В два шага оказывается около меня, хватая за локоть.
— Со словами поаккуратнее, слышь⁈
— Ты пришёл в дом, куда тебя не приглашали! — дёрнула руку на себя. А Илья толкнул дверь так, что она хлопнула на весь подъезд. Отрезал мне путь на выход. Наверное, даже внизу был слышен грохот.
— Что тебе надо? — голос немного дрожит. Я не справлюсь с ним. Ему достаточно один раз дать мне по голове свои ломиком, или же просто скрутить. И тут опять пожалела, что ленилась и не ходила в зал.
Стою, смотря на этого чёртова Ильяа, и думаю: если выберусь, пойду в качалку. Ну не идиотка?
— Так, — он задвигает щеколду, смотря на меня. — Ключи давай!
Округляю глаза. Кто бы мог подумать, что поездка за документами обернётся для меня таким ужасом. Я в Новом году одной ногой, а уже столько злоключений.
— Так, — отвечаю, чувствуя, как меня колотит от нервов. — Быстро на выход! — делаю лицо, как можно увереннее. — Ты вообще в курсе, что у меня ребёнок видел, как отжигали эти двое? Я забыть обо всём хочу, а меня опять в это дерьмо носом тычут. Пошёл вон!
— Пока любимого твоего не увижу — не уйду, — он спокойно проходит в комнату и падает на диван.
— Долго придётся ждать! Говорю же, он в больнице! Ножевое.
— Не лечи меня, — скривился Илья. — Дашка ему позвонила, и он свалил, да?
— Ладно, поняла, — достаю телефон, пытаясь найти Назарова. Из больницы так и не набрали, придётся набрать ему, пусть подтвердит, что делал операцию. — Я позвоню хирургу.
Слушаю гудки, смотря на картину, которую давно думала выкинуть. Кораблёв подарил однажды безвкусицу, неудобно было обижать. Сейчас сорвать к чертям собачьи и выбросить на помойку.
— Алло, — говорит Рад, и я отвечаю приветствием, называю своё имя, но тут же телефон из моей руки перекочёвывает в ладонь незваного гостя.
— Слышь, мужик, — говорит Илья. Отчего он так уверен, что я покрываю Кораблёва? Неужели, я похожа на женщину, которая позволит вытирать об себя ноги? — Собрался и приехал, мы тут вдвоём с твоей тёлкой на хате. Если дорога тебе, ну ты понял.
— Это врач! — вскипаю. Но кто бы меня слушал. Ещё вчера я немного жалела рогоносца, а сейчас понимаю, что он меня бесит. — Хирург, который делал операцию! — настаиваю.
Идиот растягивает улыбку, смотря на меня победоносно.
— Жду, — говорит в трубку и бросает мне. — Ты дебила из меня не делай, — снова усаживается на диван. — Приедет сейчас, поговорим, как надо. А ты посиди, потом свалишь, куда хотела.
Говорить с ним бесполезно, как и учить разговору. Никакого такта. К тому же в состоянии алкогольного опьянения.
  
— Кто приедет? — наконец, доходит до меня смысл его слов.
— Мужик твой. Хватит уже дуру включать. Не стоит он того.
Понятное дело, Кораблёв не стоит. Я бы не стала его выгораживать. Пусть кто хочет с ним говорит, тем более по делу.