После выпускного (СИ)
В Одессе встретился с Алдышевым, но не успел с ним даже нормально поговорить, обменявшись несколькими дежурными фразами и приветствиями. Собственно, я не успел даже осмотреться как следует. Вызванное расписание дирижаблей показало, что до ближайшего у нас есть три часа. Заказав два билета себе и Эльзе, остатки времени я посвятил тому, чтобы заскочить в гостиничный номер Вяземского, принять душ, хотя больше всего мне хотелось завалиться в ванну, наполненную горячей водой и пеной, и подремать там, позволяя воде исцелять мои многочисленные, хоть и не опасные, но от этого не перестающие доставлять дискомфорт, раны. Эх, мечты-мечты. В гостинице для моего юриста, Алдышева и пятерки людей Вихрова был снят целый этаж, для обеспечения безопасности одного ученого, о местоположении которого, как я надеюсь, никто, кроме меня и Вихрова, даже не догадывался. Выглядел Алдышев, кстати, не в пример Егорову, подтянутым, бодрым и довольно сосредоточенным. Насколько большие у него заскоки в плане научных изысканий и отрешенности от реального мира, мне было некогда узнавать, но по крайней мере, он не называл меня Володькой, что не могло не радовать. Я успел уточнить, можно ли как-то отследить конечные координаты при перемещении телепортируемого при использовании телепорта у его создателя, и, получив положительный ответ, попросил его попытаться отследить Егорова, который удрал и непонятно что замышляет. Второго Игната, да еще и с поехавшей крышей, нам не нужно было от слова совсем. Удивившись, что Егоров жив и не совсем психически здоров, Алдышев согласился осмотреться и попытаться вычислить, куда было направлено перемещение. Получится у него или не получится в короткие сроки преуспеть в поисках нашего улетевшего Немо, но светиться больше было нельзя, подвергая себя совершенно ненужной опасности, поэтому, я отдал распоряжение группе охраны, чтобы они выдвигались в Тверь как можно быстрее, стараясь, конечно, не привлекать особого внимания к своим персонам и стеречь ученого, как родную мать. Кириллу же было поручено дождаться Андре и выкупить уже дом, который, как ни крути, а мне все-таки нужен. На этом разговоры закончились, и я продолжил сборы, на которые и так оставалось совсем мало времени.
После душа, одевшись в предложенную мне Кириллом одежду, которая была вроде бы и моего размера, но сидела как-то не очень, я направился по настоянию Эльзы в ближайший магазин за костюмом. А все потому, что попасть домой перед заседанием Совета, я не успевал просто категорически и переодеваться придется в дирижабле. Ну, это мы тогда так подумали, что одеваться придется во время полета, однако, как оказалось, ошиблись.
Попав на борт, а мне, если честно, было не слишком комфортно, и я заметно нервничал, а перед глазами то и дело вставали кадры с места гибели «Гинденбурга», которые запечатлели тогда ушлые корреспонденты. Эльза же списала мои дерганья на усталость, и в чем-то она была права. Хотя не признаваться же ей и самому себе, что я не большой любитель летать, несмотря на мою военную подготовку, где и с парашютом прыгать приходилось, да и просто совершать перелеты из точки А в точку Б, но это были проверенные временем военные самолеты и вертолеты, а не непонятный мозгу механизм дирижабля, созданный из смеси магии и технологий. В общем, войдя в свою каюту класса люкс, я предпочитал не вспоминать, сколько стоили билеты, но других попросту не было, пришлось раскошеливаться, я сразу же направился к минибару, и засадил пару маленьких бутылочек подряд чего-то крепкого, после чего меня, наконец, отпустило, и я понял, что да, это были всего лишь обычные нервы бедного сурка, который застрял на всю жизнь в единственном для себя дне. Эльза последовала моему примеру и уже через минуту мы очутились в постели, но вовсе не затем, чтобы предаться разврату. Мы просто-напросто уснули, крепко обнявшись. А разбудил нас какой-то матрос, или как назывались эти типы, обслуживающие полетную машину, сообщив, что мы уже прилетели, и не могли бы уже господа убраться с дирижабля и направиться туда, куда, собственно, направлялись.
Подняв голову с подушки и посмотрев мутным взглядом на время, выдаваемое комом, я подскочил, словно меня кое-куда ужалили. Потому что до начала заседания оставалось всего сорок минут. Благо еще пристань для дирижаблей располагалась не так чтобы слишком далеко от дворца Совета кланов, расположенного на центральной площади.
Переодеваться пришлось прямо в машине, благо ума хватило позвонить домой и приказать встретить нас, а то пришлось бы такси ловить.
— Виталий Владимирович? — я встряхнулся, и посмотрел в упор на подошедшего ко мне мужчину. На его фоне я не смотрелся, если честно. Высокий, подтянутый, с мордой как у голливудской звезды и с такой же приторной совершенно неискренней улыбочкой. Одет он был раз этак в пять лучше, чем я. Ну тут-то понятно, ему костюм наверняка на заказ шили, а я свой покупал в каком-то магазинчике, и не могу сказать, что это был не магазин ритуальных услуг, где продавали красивые одноразовые костюмы, в которые облачали покойничков перед отправкой в печь крематория, по крайне мере, чувствовал я себя в нем именно так. Пока я его одевал в машине, костюм успел помяться, а волосы торчали в разные стороны, потому что я уснул с мокрой после душа башкой, а расчески у меня с собой почему-то не оказалось, как и у Эльзы, что было вообще противоестественно. В общем, пугало огородное обыкновенное, прошу любить и не жаловаться. Теперь, самое главное, сделать тяпку кирпичом и не дать почувствовать себя слегка ущербным.
— Да, а вы, собственно, кто? — спросил я, подозрительно уставившись на встречающего.
— Секретарь Совета кланов Юрий Штольц, — он наклонил голову, но руку не подал. То ли это не принято здесь, то ли не считает за честь с главой какого-то задрипанного клана из седьмого десятка за руку здороваться. Я только мысленно пожал плечами, не больно-то и хотелось. А секретарь, тем временем, продолжал. — Я никак не мог до вас дозвониться, а приехав к вам домой по указанному в книге Совета адресу, дома вас не застал. Хорошо еще, что Ульмас Бойнич поинтересовался моими делами и сам вызвался оповестить вас о предстоящем Совете. Прошу, следуйте за мной. Так как вы впервые будете присутствовать на Совете, моей обязанностью будет проводить вас на ваше место в круге.
Ну пошли, коль не шутишь. Я направился следом за Юрием Штольцем, размышляя по дороге о том, что могло такого случиться неординарного, чтобы Бойнич меня аж в Одессе нашел? Хотя, положа руку на сердце, ему все же повезло позвонить в тот самый момент, когда петлю разомкнуло и я, находясь за периметрами дома, стал доступен для внешнего мира при помощи обычного кома. Но все же такое обязательное сборище было как минимум странным. Ведь наверняка никто не будет обсуждать дележку положения, власти, территорий и расположенных на этих территориях объектов. Зачем это может кому-то понадобиться, если все, включая кланы первых двух десятков с азартом включились в такой интересный процесс. А стопроцентная явка, как я помнил, была обязательно только в одном случае: для выборов императора. Хотя, если бы это было так, то весть об этом событии донеслась бы и до жуткого музея со складом изобретений «Маготеха». Ничего, скоро все узнаем, уже буквально через пять минут.
Зал заседаний Совета располагался здесь же на первом этаже за дверью, которая настолько слилась со стеной, что я никогда в жизни не подумал бы, что она здесь вообще есть. Внутри все было именно так, как нарисовано на карте, которая висела у меня в кабинете. Дверь располагалась на самом верху огромной круглой комнаты, и сразу же за дверью начинались места самых последних номеров в клановых рейтингах. Я бросил взгляд на висящую в воздухе голограмму, на которой был представлен зал с расположением каждого клана. Савельевы каким-то образом умудрились подняться аж на три пункта и теперь занимали шестьдесят первое место. И оно единственное пока горело красным, в то время, как остальные были окрашены в безмятежный зеленый цвет.