Сундук неизвестной (СИ)
Ксюша фыркнула. Ей-то откуда знать! Свойственно=-не свойственно! Нашёл, у кого спросить! Будто и не знал свою жену: такая замкнутая девушка никогда не интересовалась ничьими привычками и не замечала их, если только они не раздражали слишком сильно.
Поэтому, что ответить на вопрос Эрика, Ксюша не знала. Она решила, что лучшим ответом будет рассказ об их знакомстве с Антоном.
— Мы познакомились через старых знакомых. Антон объяснял мне языки программирования, только и всего. А потом мы, вроде как, встречаться стали… Но недолго это длилось… Ну как, романтичная история? — со смешком спросила она.
— История супер, — ответил Эрик. — Антон вообще общителен?
— Нет, — вот же привязался со своим Антоном!
— Тактичен, вежлив? — продолжал Эрик короткие вопрос, на которые получал столь же короткие ответы:
— Пожалуй.
— Тогда всё ясно.
— Хоть одному из нас всё ясно, — недовольно буркнула Ксюша.
— Просто он не смог отказать девушке в знакомстве с ним, — Эрик выпрямился и посмотрел на мирно играющую парочку. — Смотри, какая она довольная, — он кивнул в сторону Даши. — Ей явно нравится с ним общаться.
Ксюша нехотя разлепила веки и посмотрела в указанном направлении из-под опущенных ресниц.
— Не общаться, а играть, — сухо заметила она.
— Ну да. Играть, — легко согласился Эрик с дельным замечанием. — Кстати, иногда такие мелочи куда важней и ценней обычного общения. Может, они почувствуют друг друга, понравятся друг другу, и…
— И мы, наконец, прекратим следить за Антоном и поедем домой! — закончила за него Ксюша.
Дома так хорошо и так приятно, а в автобусе ко всему прочему начало подванивать бензином — или так только показалось раздражённой Ксюше.
6
— Аж спина затекла, — рассмеялась Даша, выбравшаяся из автобуса и потягивающаяся так, что раздался характерный хруст вставаемых на место суставов.
— Незаметно время пролетело, — признался Антон.
У него тоже ныла теперь спина от того, что они сидели, склонившись над тетрадкой и играли всю дорогу. Зато путь показался совершенно незаметным, ребята могли бы так ехать и ехать ещё очень долго.
Парень огляделся, хмурясь.
— Что-то не так? — спросила Даша, и в её серых глазах появилось беспокойство, кольнувшее парня в сердце.
Стало очень неприятно от того, что рядом с ним ей может быть страшно или некомфортно. Если они продолжат общение — так обязательно будет.
Но сейчас он мог ответить на её вопрос, не таясь:
— Всё хорошо, — он улыбнулся, чтобы Даша точно поняла, что всё нормально. — Просто вроде же ещё люди выходили на этой остановке, но не понятно, куда делись…
— Да? Ещё выходили? — она и не обратила внимания: сами чуть не проехали, так что выбегали в спешке, ещё и ручка выпала и пришлось останавливаться в проходе и поднимать её — жалко, совсем новая же.
— Да, выходили… — уже как-то неуверенно подтвердил парень. — Я сам удивился — вроде не особо популярная остановка, да и народу было мало в автобусе…
— Ну, и ну их, — улыбнулась Даша: парень выглядел смущённым от того, что она не заметила выходящих, и не стоило ещё больше вселять в него неуверенность своими расспросами и догадками. Мало ли, показалось ему или глаза обманули — в такую погоду совсем неудивительно.
Метель стихала по мере того, как ребята продвигались по дороге, что вела в посёлок. Всё меньше и меньше снежинок попадало на лицо, и всё больше можно было увидеть окружающего пейзажа. Вырисовалась дорога, по обочинам силуэты высоких деревьев, а вдали — свет уличных фонарей. Скорей бы добраться до них — свет такой тёплый, и от него кажется, будто здесь совсем мрачно и даже как-то загадочно. Удивительно мистическим может казаться мир в такую тишину и в такую тёмную снежную пору.
Даше даже начинали чудиться шаги где-то позади: она отчётливо слышала скрип снега под чьими-то ногами, но стоило обернуться, как приходилось признавать, что если там кто и шёл, его не увидеть — снегопад делал своё дело и скрывал от глаз всё лишнее.
— Не пугайся, — ласково произнёс Антон: девушка так мило оборачивалась, вглядываясь в темноту, что он сам начинал прислушиваться и порой слышал скрип снега. — Метель песни поёт.
— Наверно, ты прав. Но всё равно хочется поскорей добраться до фонаря… — призналась она, а потом озорно поглядела на парня и предложила: — В догонялки?
И, пока он не успел отказаться, задорно хлопнула его по плечу и побежала вперёд, навстречу оранжевому свету.
Несколько мгновений Антон стоял на месте и смотрел на смеющуюся удаляющуюся в метель девушку. Кружащийся снег падал медленно, но размывал силуэт Даши и она начинала казаться каким-то волшебным, нереальным видением… Потому что не могло и взаправду происходить то, что происходило. Не мог он, Антон, вот так случайно познакомиться с такой жизнерадостной обаятельной девушкой…
Он помчался за ней, чтобы догнать и убедиться, что не сошёл с ума и всё происходит в действительности. Не только поэтому, конечно: озорство, которое жило в этой девушке, начинало передаваться ему. Милое, ненавязчивое и такое живое желание делать глупости невозможно было не разделить.
Антон мог бы легко догнать её, поскольку в его шаг умещалось два её — Даша намного ниже его, ей не обогнать его даже при том, что у неё фора. Парень не сокращал расстояние между ними слишком уж сильно, чтобы девушка продолжала бежать. Она явно хотела добраться до освещённой дороги, и Антон не стал препятствовать этому.
Вот уже её куртка подсветилась оранжевым светом, вот уже снежинки в русых чуть вьющихся волосах заискрились блеском — девушка достигла желанного места и там, под фонарём, ощутила себя в безопасности. Остановилась и обернулась на бегущего Антона, который теперь мог не стараться бежать медленно.
Видя, что он совсем близко, Даша весело крикнула:
— Кто первый до столба? — и метнулась к фонарному столбу.
Антон тоже метнулся. Сам не успел понять, зачем. Не собирался ввязываться в эту игру, но само собой вышло, что он протянул руку к возвышающемуся в тёмно-синее небо бревну, служащему столбом и покрытому чёрно-коричневой смолой.
Даша успела первой, поскольку стояла ближе, а парень успел уже лишь накрыть своей ладонью её руку. Вроде и места на столбе много, можно приложить ладонь куда угодно, но получилось, что они выбрали одно и то же, причём Даша привстала на носочки и вытянула руку вверх, а он приложил ладонь просто, как было удобно.
— Я выиграла! — не смутилась прикосновения Даша.
Она бы, может, и смутилась, будь они оба не в перчатках.
Антон отнял руку и улыбнулся, поднял голову вверх, разглядывая, как с тёмного неба тихо падают неторопливые снежинки.
— Заканчивается снегопад, — заметил он.
— Жаль, — вздохнула Даша. — Без него будет не так уютно и сразу покажется холодней…
Она поёжилась, представив, как это будет.
— Пойдём тогда скорее, — предложил Антон: ему хотелось закончить это знакомство.
Он непроизвольно рассматривал девушку, любовался ею и хотел бы познакомиться ближе, и потому следовало быстрее всё заканчивать.
— Конечно, пойдём скорее! — охотно согласилась Даша и поглядела всё-таки в сторону, с которой они пришли.
Там в темноте было ничего не видно, но Даша ощущала чьё-то присутствие, и от этого становилось жутковато.
7
— Ты как? — спросил у Ксюши Эрик, нависая над ней и улыбаясь во весь рот.
— А сам как думаешь? — огрызнулась девушка, лежащая под ним в глубоком мягком сугробе.
— Погоди, они сейчас пройдут, и мы отправимся за ними, — прошептал ей в губы Эрик, приподнимая голову: — Автобус уже уехал, и они уже пошли… Но мы успеем романтично поцеловаться!
Ксюша картинно закатила глаза, но возражать не стала. Когда она ещё поцелуется с мужем так: невесть где в пригороде, лёжа в сугробе и скрываясь от бывшего парня. И тем более тёмным вечером и под снегопадом — романтика и правда зашкаливала.