Сундук неизвестной (СИ)

— Какая разница?! — воскликнула Ксюша излишне громко, и тут же спрятала лицо на груди мужа, чтобы, если Антон обернётся, не узнал её. — Какая разница? — уже намного тише переспросила девушка.
— Большая, Ксюш… — негромко отозвался Эрик и напомнил: — Перед нами парень, который хочет уйти из жизни, и ты знаешь о нём больше, чем он рассказал мне. Вспоминай, что с ним могло быть не так?
Ксюша призадумалась. Что с ним было не так? Да всё, если так подумать!
— Я не знаю… — ответила девушка, не найдя ничего, что можно было бы объяснить словами.
— Ты его бросила? — продолжал допытываться Эрик с усердием профессионального дознавателя.
— Нет, я его не бросала, — коротко ответила Ксюша.
— Он — тебя? — логично предположил парень.
— Нет, — ещё более коротко ответила Ксюша.
Она отстранилась от Эрика и огляделась. Антон по-прежнему играл, не обращая внимания на слежку.
— Но вы же как-то расстались? — несколько недоумённо спросил Эрик.
Ксюша хмыкнула.
Интересно, чтобы двое расстались, нужна обязательно трагедия? Разборка? Ссора? Скандал или измена? Ксюше казалось, что всё зависит от характера человека: спокойные люди и расстаются спокойно, а эмоционально нестабильные обязательно закатывают истерики с шумным выяснением отношений.
Себя Ксюша относила к спокойным людям, и потому ответила мужу:
— Эрик, я не настолько была открытой и общительной, чтобы обсуждать со своим бывшим, кто из нас кого бросил. Мы расстались, потому что, очевидно, не подходили друг другу. Всё.
Ей и правда это казалось достаточно очевидным, чтобы вопрос был исчерпан. В Ксюшином стиле. Эрик улыбнулся.
— Ты не любила его, значит, — констатировал он, не скрывая, что этот факт ему приятен.
— Значит, — кивнула Ксюша. — Но встречаются же не только с теми, кого любят раз и навсегда… — чуть возмущённо начала она.
— Не сердись, — тепло улыбнулся Эрик. — Просто сейчас очень важно вспомнить о нём как можно больше…
Ксюша уставилась в окно. Автобус как раз тронулся с места, и можно было проводить взглядом заснеженный автовокзал с уютными огнями фонарей.
Автобус покидал город, въезжая во тьму, присущую загородным дорогам.
Ксюша задумчиво глядела в ночь и думала об Антоне.
Что бы о нём вспомнить? Он тоже довольно спокойный, не болтал о себе лишнего… Что можно было вспомнить о нём из того, что было бы полезно?
Ксюша вспомнила, как однажды он пригласил её полетать на вертолёте. Она тогда отказалась, потому что сочла это небезопасным, и Антон тоже не полетел. Вместо полёта они пошли в ближайшую кофейню и ели там мороженное.
Пожалуй, это полусостоявшееся свидание запомнилось Ксюше больше остальных, потому что тогда Антон напугал её. Она ещё плохо его знала и опасалась, что он может и силой затащить в вертолёт, чтобы показать, как здорово на нём летать.
— Он не боится высоты, — наконец, выдала Ксюша. — А ещё любит шоколадное мороженое… Такая гадость ведь, а он любит!
— Отлично, — похвалил Эрик. — Продолжай!
Продолжать было нечем. Ксюша чувствовала в Антоне странность и некую отчуждённость, но понять причин никогда не пыталась, поскольку сама была скрытной и считала это в людях плюсом, а не минусом. Да и к тому же отлично понимала, как неприятно, когда лезут в душу и пытаются всё выведать. Да, у Антона что-то было в душе, но Ксюша не пыталась с этим разбираться.
— Мой друг считает, что Антон с приветом, — это было то немногое, что Ксюша смогла добавить к вышесказанному.
— Миша? — уточнил Эрик, поскольку за время жизни с женой заметил у неё лишь одного друга.
— Миша, — подтвердила Ксюша, глядя как за окном летают, кружась, белоснежные снежинки.
— Почему он так считает? — поинтересовался Эрик, желая получить больше информации.
— Позвони ему и спроси! — пожала плечами девушка. — Он ещё не спит.
И она откинулась на спинку кресла, прикрывая глаза: всё равно за мельтешащими снежинками ничего не разглядеть, даже непонятно, лес вокруг или поля.
— Хорошо, позвоню, — кивнул Эрик и торопливо продолжил разговор, пока девушка не перевела его в другое русло: — Что ещё помнишь?
 
Ксюша почесала бровь, припоминая, что ещё можно рассказать об Антоне…
— У его родителей загородный дом в коттеджном посёлке, — вспомнила она. — Кажется, как раз в том направлении, куда отсюда ходят автобусы… А, может, и нет…
— Ты бывала там? — поинтересовался Эрик, переводя взгляд на того, за кем должен был следить.
— Нет, — ответила Ксюша.
— Он рассказывал об этом месте?
— Да.
Ксюша продолжала давать короткие ответы, надеясь, что так Эрик быстрее отстанет. Ей нечего рассказать об Антоне. Более того, ей нет до него дела. Да, было неожиданно встретить его при таких обстоятельствах, но не более того.
— Он говорил об этом доме, как о хорошем или как о плохом месте?
— Как о месте, куда не стоит соваться, — честно ответила девушка.
— Почему? — с интересом спросил Эрик, наблюдая за Антоном, который что-то, казалось, рисовал для своей спутницы, чей тихий приятный смех порой был слышен даже до сюда.
— Я не спрашивала, — просто ответила Ксюша, и Эрик наигранно-укоризненно посмотрел на неё:
— Как можно так безответственно относиться к своему парню?
— Не знаю, Эрик, — пожала плечами Ксюша, которая в этот момент и сама ощутила себя странной и неправильной. Так порой бывало рядом с Эриком, особенно в начале их совместной жизни. Девушка нахмурилась: — Я же говорю: я не такая, как ты. Будь ты не таким открытым и душевным, я бы и о тебе ничего никогда не узнала.
— Ладно… — прервал эту тему Эрик и приобнял жену, почувствовав, что сказал лишнее. Она не относится безответственно к бывшему парню, она просто никогда не считала его действительно близким и важным человеком. А судьбы тех, кто не относится к её близким, не очень-то её волновали, это Эрик уже давно понял. Он поцеловал девушку в щёку и попросил: — Пожалуйста, вспомни ещё. Антон что-то говорил о коттеджном посёлке? Надо понять, он едет туда, ища там спокойствие или наоборот. Ведь он явно едет именно туда…
— Если он говорил, что туда лучше не соваться, то вряд ли он ищет спокойствие там, — заметила Ксюша. — К тому же, с чего ты взял, что он едет не к кому-то из друзей?
— Скоро праздники, а он едет налегке… Без подарков, без провизии… Это не к добру.
Ксюша пожала плечами. Эрику, в конце концов, видней: он не первый месяц работает на своей работе, да к тому же он маг, хоть и не всесильный. Всё равно у него должна быть развита интуиция, как считала девушка.
Да и к чему теперь рассуждать: всё равно они уже сели в автобус, который уносит их прочь от города навстречу приключениям. И это в лучшем случае. В худшем — на встречу скукотище…
Эрик посмотрел на Ксюшу. Она сидела с закрытыми глазами, так что не могла видеть, как лучатся добротой и нежностью глаза парня.
Милая, любимая для него она была той ещё колючкой для тех, кто для неё ничего не значил. Эрику нравилось это, но порой он любил шутливо докапываться до Ксюши и требовать от неё большего человеколюбия.
— Как ты можешь быть такой спокойной? — поинтересовался он, положив голову ей на плечо и тоже закрывая глаза. — Он ведь твой бывший парень и он готов умереть…
— Что-то не заметно по нему, что он умереть готов, — хмыкнула девушка скептически. — Ты вообще говорил, что все подряд его бросают. Тогда это ещё что за девица с ним?
— Не знаю… — честно ответил Эрик. — Мне кажется, они познакомились на автовокзале, пока ждали автобуса…
— Ты серьёзно? — поразилась Ксюша. — Парень, желающий уйти из жизни, запросто знакомится с девушкой и играет в детские игры с ней?
Эрик молчал.
Тогда Ксюша подергала своим плечом, на котором покоилась голова парня:
— Эй! Объясняй давай, знаток человеческих душ!
Эрик приподнял голову, подождал, пока Ксюша прекратит дёргать плечом и устроился обратно.
— Не знаю… — пробормотал Эрик. — Он твой бывший парень, тебе должно быть видней, что и как он делает. Ему свойственно так знакомиться?