Кровь Василиска. Том 12

Диего посмотрел туда, куда до этого смотрел Матиас.
– Много кораблей, – произнёс контрразведчик.
– Так и есть. – Сервантес сразу же нахмурился.
– Куда отправляетесь? – поинтересовался капитан, и на его губах появилась хищная улыбка.
– Думаю, вам и так это известно, – спокойно ответил генерал. – Поэтому давайте закончим этот фарс и сразу перейдём к делу. Я человек занятой, вы – тоже, – добавил Матиас, выпуская из трубки облако сизого дыма, который пах пряным табаком, черносливом и косточкой вишни.
  
– Это мне всегда в вас нравилось, генерал Сервантес, – ответил Диего. – Значит, решили поддержать врага? – прищурившись, спросил он.
– Думаю, вы сами знаете, что нет.
– Хм, интересно. – Перес провёл рукой по жидкой бородке. – С каких пор Жозе Жумельяк, сын Армана Де'Лузиньяна высокопреосвященства Галларии, перестал считаться врагом нашей страны? – с явным сарказмом в голосе спросил молодой контрразведчик.
– С тех пор, когда он помог своему другу сбежать из Кастилии, – проигнорировав тон Диего, ответил ему глава семейства Сервантес.
– И думаете, это хоть как-то оправдывает ваш поступок?
– А я не должен ни перед кем оправдываться. Я хочу вернуть свою дочь, и ради этого пойду на всё, – в той же спокойной манере ответил Матиас, хотя это стоило ему больших трудов.
Этот выскочка ужасно его раздражал, но ему приходилось быть с ним вежливым, ведь связываться с контрразведкой было себе дороже.
– Нет, генерал, вы ошибаетесь! – покачал головой Диего. – Не важно, какими словами вы прикрываетесь, но факт остаётся фактом: вы помогаете врагу, а это – измена родине! – произнёс он. – Вернее, может ей быть, если вы всё же решите закончить начатое, – добавил капитан, и улыбка на его лице стала немного шире.
Было видно, что он упивался своей властью и явно наслаждался моментом.
Генерал западного фронта затянулся, а затем повернулся к Пересу и выдохнул ему дым прямо в лицо.
– Советую вам, капитан, не ссориться со мной, – холодным тоном процедил глава семейства Сервантес, глядя ему в глаза.
– Кха-кха! – закашлялся Диего, после чего помахал рукой перед лицом, чтобы разогнать дым.
– Ох, зря вы так, генерал, – произнёс капитан. – Я вас понял, – кивнул он и, резко развернувшись, хотел было уйти, но внезапно врезался в невидимую преграду. – Ой! – от неожиданности воскликнул Перес.
Он хотел было развернуться, но у него ничего не вышло. Его вдруг сжала невидимая сила и медленно начала сплющивать.
– Генерал! Что вы делаете?! – спросил офицер контрразведки, хотя последние слова ему и дались тяжело по причине того, что воздух из лёгких был выбит невидимыми преградами, сдавливающими тело спереди и сзади.
Сервантес тяжело вздохнул, повёл рукой в сторону, и, повинуясь его воле, две невидимые плоскости вместе с человеком, заключённым внутри, медленно приблизились к нему.
Матиас посмотрел на испуганное лицо капитана, который явно хотел ему что-то сказать, но не мог из-за того, что его лёгкие были сдавлены.
– Прощай, капитан, – спокойным голосом произнёс глава семейства Сервантес, после чего пошёл в сторону края пирса.
Оказавшись в шаге от воды, генерал западного фронта Иллерии заставил магические рамки, которые медленно плыли за ним, продолжить движение вперёд, и вскоре они оказались над водой.
Матиас посмотрел на испуганного офицера и улыбнулся, когда увидел, что тот обмочил свои портки.
– Эх, не та молодёжь нынче пошла, – произнёс он и медленно начал опускать руку, тем самым заставляя невидимые рамки тоже опускаться вниз.
– Ум-м-м-м-м! – простонал Перес, когда оказался в воде наполовину, но глава семейства Сервантес не обратил на это внимания. Он продолжил погружать тело Диего в воду, всё это время глядя в его испуганные глаза, пока вода полностью не скрыла его голову.
При этом никто из тех, кто сейчас работал в порту на Матиаса, и бровью не повёл.
Скорее наоборот: все старались глядеть в противоположную от пирса сторону, понимая, что на месте того человека они могут оказаться и сами.
– Сорок три, сорок четыре, сорок пять, – отсчитал генерал вслух, а потом сделал несколько магических жестов.
Несколько секунд ничего не происходило. Затем на гладкой поверхности воды появились первые пузыри, вслед за которыми всплыл и сам Перес.
Офицер тяжело дышал, но при этом его глаза, обращённые вверх – на Сервантеса, выражали лишь страх.
Матиас снова сделал несколько магических жестов – и невидимая рамка, созданная над капитаном, начала медленно топить его, не давая всплыть.
Генерал отсчитал положенную минуту, а затем заставил свою магию развеяться.
– Ах! Кха-кха! – голова офицера контрразведки снова показалась над поверхностью воды. – Я… Я не…
Сервантес кивнул и повторил процедуру.
На третий раз Перес мог и не всплыть, поэтому генерал закончил экзекуцию.
Он не стал топить его, но, встретившись с ним глазами, произнёс:
– Лучше тебе больше никогда со мной не встречаться. – Матиас покачал головой. – И для тебя же будет лучше, если всё, что сейчас с тобой произошло, и всё, что ты увидел, ты навсегда забудешь как страшный сон, – добавил глава семейства Сервантес, после чего огляделся по сторонам и, найдя свой корабль, на котором ему предстояло отправиться на другую сторону Разлома, уверенными шагами направился к нему.
 
Глава 2
 
Я внимательно выслушал Принявшую разложение и нахмурился.
– Значит, они объявили твоему племени войну… – задумчиво произнёс я, но она отрицательно покачала головой.
– Нет, Люк, это больше не моё племя. Но я всё равно переживаю за него.
Странные, конечно, традиции. Но как часто говорили в моей гильдии: «Со своим уставом в чужой монастырь не ходят».
– Понимаю, – кивнул я. – Теперь главный вопрос: что именно ты хочешь, чтобы я сделал? – прямо спросил её, и жена задумалась.
– Думаю, мне нужно вернуться обратно, – наконец ответила Принявшая разложение и посмотрела на меня. – Я не могу оставить отца, – добавила она, и я увидел, как от её ответа изменилось лицо Багровой росы.
Дочь Утопающего в крови совсем не умела скрывать свои эмоции, поэтому все они сейчас читались мной как открытая книга.
И судя по всему, сейчас она испытывала страх…
«Хм-м, интересно, по какой причине?» – подумал я, так как понимал, что она вряд ли боялась самой войны. Уверен, что, как и её отец, она любила сражаться, и тогда дело было в другом.
И скорее всего, я понимал в чём.
«Неужели дочь Избранника Угла стала настолько важной для неё?» – подумал я, глядя на лицо второй жены.
Видимо, она так боится, что дочь Избранника Угла уйдёт.
Признаться честно, стало как-то даже немного обидно.
Всё же я был её мужем, а Принявшая разложение лишь жена.
Не понимаю я этих женщин…
В особенности Иных…
– Думаю, с Городом Мёртвых можно пока повременить, – произнёс я, глядя на Принявшую разложение.
– Значит, ты разрешишь мне вернуться к отцу? – в её голосе прозвучали нотки радости и надежды.
«А ей что, требовалось моё разрешение?» – немного удивился я. Да, дочь Избранника Угла практически мне никогда не перечила, но это вовсе не означало, что для того, чтобы что-то сделать, ей требовалось моё разрешение.
Да по большей части она и делала, что ей хотелось, а тут вдруг…
– Да, – ответил я. – И я пойду с тобой.
Судя по лицу Принявшей разложение, именно на такой ответ она и рассчитывала.
«Хм-м, а она неплохо манипулирует», – промелькнула в моей голове мысль.
Вот только она не на того напала.
Я читал её как открытую книгу, и на мне эти манипуляции не работали.
  
Присоединиться к дочери Избранника Угла и помочь её племени – моё взвешенное решение. Да, знакомство с Детьми Угла началось не лучшим образом – они пленили меня, а затем провели со мной свой странный обряд, который с лёгкостью убил бы любого, окажись он на моём месте.